На мой взгляд, этот отрывок из работы А.Кроекера,удачно иллюстрирует концепцию разрыва связи внутри соссюровской диады означаемое-означающее. В плоскости телесного дискурса, линия разрыва проходит по оси соотношения органов тела к концептуальному представлении о теле как о целостной анатомической системе. Кроекер выворачивает известную делезовскую модель "тела-без-органов" наизнанку, в результате чего появляется конструкт - органы без тела -которые участвуют в хаотическом броуновском движении материи, ре-комбинируясь в случайные сочетания означаемых без означающего. ОРГАНЫ ЖИВУТ САМОСТОЯТЕЛЬНОЙ ЖИЗНЬЮ, будучи органами без тела, автономно кочуют между континентами. В приведенном отрывке описывается дигитальный язык (с неизбежной путаницей понятий lingua и lingus)
2
Сцены
рекомбинируемого тела
Болтающийся Язык
Какова дальнейшая судьба инвиртуального бытования языке? Это уже не тот старый добрый
чувственный язычок, притаившийся в полости рта, это-
новый улучшенный дигитальный язык. Номадический язык, готовый в скором времени покинуть
темную полость ротовых секретов, чтобы наконец представть в дневном свете.
Подобно Spasm, новой компьютерной программе артикуляции языка тела
для NEXT, в которой дигитальный язык экстерриоризирован из своего эволюционного локуса
в анатомии тела, язык ампутируется
изо рта. В нашем случае, язычок мог бы щекотать ротовое небо со всеми сопровождающими носовыми звуками
, но потом
он эмигрирует из полости рта, путешествуя вниз по груди, касаясь
пальцев ног, игриво затрагивая либидиальный отросток говорящего пениса. Это не тот
сюрреалистический пенис, в котором объекты теряют свои исконные знаки-референты,
и кружаться в бесконечном знаковом калейдоскопе, это - есть означаемое языка
который потерял свою речевую функцию. Spasm - это сюрреализм,
[280x349]прописанный в плоть.
С той лишь разницей, что дигитальный язык окончательно
ожил, позаимстовав звуки у различных телесных рефрентов.
[280x349]23
Язык натыкается на грудь с приглушенным криком; он копирует
гиперреальный пенис на мутированые звуки секса без выделения половых секреций;
он становится звуком ладони, звуком колен, анальным звуком. Того языка
, что участвовал в процессе дыхания, движения губ и челюстей,уже нет, а есть только
дигитальный язык во вселенной флуактирующих губ, болтливых глаз,
кричащих волос, сопящих гениталий, ноющих ступней.
Дигитальный язык членит тело.Действуя в соответсии с
с логикой пространственных ассоциаций, он меняет звук в зависимости от своего
положения на поверхностях тела. Здесь, текст тела
слизывается и потребляется в пищу номадическим языком: в ход идет все
[280x349]рука, вены, потроха, суставы. Забудьте о локализированом звуке - представьте себе
речевые спазмы насильственной диссоциации; это не контекстуализированный шум
но флуактирующий язык,который может ьыть бесконечно реконфигурирован
в зависимости от своего географического положения в симулякре
тела.
Дигитальный язык предназначен для номадического звука в эпоху
флуктуирущего тела. Но может быть, язык - это нечто иное.
[280x349]Возможно, что Spasm отсылает не к дигитальному языку, но к
рекомбинируемому языку. Этот алгоритмическия язык явился в роли
генопотрошителя- полу-ген/полу-код: он маркирует собой точку
в котрой реконфигурированый язык смешивается с холодной плотью
рекмобинированого тела, и начинает говорить. Возможно Spasm имеет
более широкое антропологическое значение: эволюционный скачок
в тени компьютерной программы, которая начинает
материализовать звуки нашего тела. То что мы слышим
в Spasm, нечто иное, а именно, первые смутные звуки нас в роли
андроидов. Все это ведет не столько к видению будущего, сколько к
уже ностальгическому видению Телематической Историии, которую человечество
ужо прожило.
Спазм - это ностальгия по искажению.