Четыре секунды и вся жизнь…


У каждого времени свои герои. Сегодня, когда нам предлагают на выбор: то «вора» – Владимира Машкова, то явно нездорового на голову «Агента национальной безопасности» Михаила Пореченкова, то батьку Махно, а то и вовсе - Соньку Золотую ручку, само понятие «герой» сильно дискредитировано. Неужели в современной России нет настоящих героев? Да есть, конечно! Они живут рядом с нами! И те, о ком я хочу рассказать, и есть самые настоящие Герои нашего времени.


Подслушанный разговор

2 августа 2000-го года в день Воздушно-десантных войск, стоя в толпе зрителей на городской площади, я случайно услышала обрывок разговора двух военнослужащих. Где-то в Чечне, спасая жизнь товарищей, накрыл своим телом брошенную боевиками гранату боец разведчик. Имени названо не было, но из разговора я узнала, что служил парень в отряде «Русь», и что в отряд перевелся совсем недавно из 21-й, Софринской бригады.
Когда-то в школе мы писали сочинения, определяя место подвига в нашей будничной жизни. Конечно, чаще, разговор носил теоретический характер. И вдруг сегодня, в России 2000-го, когда и страна другая, и слово товарищ стало почти что ругательством, такое …
Случай с разведчиком выходил за рамки теории. Человек, сознательно пожертвовавший собой во имя спасения товарищей? Сегодня, когда основной лозунг строителя капитализма – хватай все что можешь, не спрашивая, чье это было?
А ведь вот он, самый настоящий Герой нашего времени! Не вымышленный, не телевизионный!
Так почему же общество ищет какого-то «последнего героя», на необитаемом острове, и ни слова не говорит о Герое истинном? Почему в эти дни с телевизионных экранов не сходят все эти темирбулатовы, басаевы, масхадовы, новодворские?
Мне захотелось узнать о герое все: имя, биографию, каким он был в жизни, что любил. Я решила, что должна найти его сослуживцев, найти тех, кому парень подарил жизнь.

День призывника в Софрино

Случай вскоре представился: в Софринской бригаде проводился День призывника. С толпой журналистов я приехала туда. Основная часть бригады находилась в командировке на юге, видны были только новички - те, кто проходил «Курс молодого бойца». Но среди незнакомых лиц, были и знакомые. Лицо капитана Олега Мулюкова показалось почти родным. Правда, разговор получился невеселым. Олег из бригады уходил, отдав ей 15 лет жизни, оставляя здесь частицу своего сердца.
Я больше не хочу выживать на те деньги, которые нам платят, – сказал Олег с горечью, - пойду в охрану, и риска меньше, и платят нормально, .
Мне знакома эта проблема. Олег не первый говорит о положении российских военнослужащих, но я задаю ему вопрос, ради которого приехала:
– Кто тот герой, который накрыл своим телом гранату?
– Да вы же знаете его! – неожиданно говорит капитан, – помните, весной мы привезли дембелей?
- Вторым со мною тогда был…
Было. В апреле 2000-го. Я стояла тогда на дороге, ожидая санитарную машину, чтобы отправиться в Реутовский госпиталь. Было пасмурно, холодно, ветрено. К исходу третьего часа я промерзла насквозь, но уйти все равно не могла.
Начался, а потом закончился перерыв в движении электричек. Я уже понимала, что ждать несколько часов машину, стоя на обочине совершенно бессмысленно. Скорее всего, ее не будет сегодня, но другой возможности попасть в госпиталь у меня не было, поэтому я продолжала ждать…
Неожиданно мимо меня от платформы Софрино в сторону Ашукинской, прошла колонна солдат.
Я не видела, как они приехали, как шли от платформы.

Случайная встреча

Темные усталые лица, бронежилеты, оружие. На ремнях большие тяжелые ящики. Ящики время от времени срываются, и тогда колонна останавливается, ждут, пока солдаты перехватят груз поудобнее.
Впереди колонны офицер, с небольшим букетом цветов в руке, сзади сержант, и тоже с цветами.
Ясно, что солдаты вернулись с войны.
Колонна быстро удалялась, в сторону, откуда должна была прийти машина.
Еще минута и я уже не смогу догнать их…
Я оставила свой пост. В бригаде я бывала не раз, комбрига и его зама знала лично. Осенью, когда уезжали софринцы на юг, провожала их. В декабре, встречала на вокзале. Поэтому вопросы задавала конкретные.
Высокий парень, замыкавший колонну, в голубом берете, похожий на того, что зовет нас идти служить в ВДВ по контракту, отвечал сдержанно:
- Да, с юга. Привезли дембелей. Комбриг и бригада остались там.
- Но почему вы идете с таким грузом пешком? – я хотела объяснить необъяснимое.
- Наверное, в бригаде телеграмму не получили, - усмехнулся в ответ старший сержант.
Внимание постороннего гражданского лица к чужим проблемам, тем более к проблемам армии его удивило.
Колонна останавливается в очередной раз. Солдаты поправляют срывающиеся ремни.
– Но почему вы не остановите любую машину? Вон сколько их на дороге! - я, наверное, последний человек в стране, который считает, что армия и ее заботы это заботы каждого из нас.
Я сама попыталась тогда остановить пролетавший мимо грузовик.
Водитель, завидев вооруженных солдат, только добавил газу.
Дойдя до проходной Художественно-производственного предприятия «Софрино», солдаты остановились перекурить.
Я же, поспешила на проходную, за помощью к руководителю предприятия Евгению Алексеевичу Пархаеву, которого знала по прошедшим недавно выборам. Я уверена, что мы все остались в долгу у этих мальчишек. И теперь пришло время платить.
Трубку взяла женщина.
Боясь, что меня прервут, на одном дыхании изложила суть проблемы:
– Софринцы вернулись из Чечни! До войсковой части еще топать и топать, а у них автоматы, бронежилеты, тяжеленные ящики с оружием!
Невидимая собеседница вопросов не задавала. Дослушав до точки, она произнесла всего два слова:
— Подождите минуточку!
Минут через семь из-за угла выехал раскрашенный в счастливые цвета огромный автобус и, обалдевшие от этого чуда солдаты, начали грузить в машину свой груз, удобно тонули в мягких креслах.
Я не досмотрела картинку до конца. Долгожданный УАЗик с красным крестом, наконец, появился, и, перебежав через дорогу, я уже хотела влезть в него, но… что-то остановило меня.
Что-то заставило меня вернуться к автобусу, спросить имена сопровождавших колонну военнослужащих. Они охотно назвали себя. Впереди шел мой тепершний собеседник, капитан Олег Мулюков. Сзади - старший сержант Сергей Шрайнер. Сережа смотрел через плечо в мой блокнот, беспокоясь, чтобы я правильно записала его «трудную» немецкую фамилию.
– Шрай-нер — продиктовал он по буквам.
Запись осталась в блокноте.
Я отправилась в госпиталь, а бойцы - в бригаду.
Холодный апрельский день закончился вполне благополучно. В газете прошла серия «военных» материалов, и судьба надолго увела меня от моих героев, чтобы в нужный момент вернуть меня к ним.
Круг замкнулся. Я открываю свой блокнот, нахожу запись, сделанную в апреле:
- Шрайнер Сергей! Мальчик с плаката!
Вот почему я вернулась тогда к автобусу!
Теперь я знала, кого искать, и где.

Отряд «Русь»

На самом деле в отряд «Русь» попасть постороннему человеку вовсе не просто. Но случай такой мне представился. В отряде проходили испытания на краповый берет. С группой журналистов я приехала в отряд. Испытание дело интересное, захватывающее, но главным для меня был вопрос о Сергее Шрайнере.
Я задавала его всем, встреченным в отряде бойцам. И никто не удивился. Ни командир отряда, ни самый молодой боец, пришедший в отряд уже после гибели Сергея. Все называли поступок Сергея именно подвигом. Все вспоминали о товарище с теплом и болью.
Вот что ответил на вопрос, помнит ли он Сергея, командир учебного взвода отряда «Русь», в котором проходил подготовку мой Герой:
– Конечно, помню! Весной 2000 го года, из Софринской бригады к нам в отряд, пришли сразу 9 человек. Среди них было 4 ребят – немцев с Алтая: Сергей Шрайнер, Зиберт, Рейзнар, Брумгер. Они земляки, и все время держались вместе. Сергей вообще очень тепло к землякам относился. Они так и ходили в отряде все четверо, вместе…
– А вообще-то, случайные люди сюда не попадают. Вы же сегодня видели, как достаются бойцам краповые береты? Но это только небольшой эпизод службы. К сожалению. Сергей в отряде пробыл недолго. Вскоре уехал в командировку… Но по жизни своей он из тех, кто идет до конца. Кстати, знаете, командир разведгруппы Константин Зиновьев бывший рядом с Сергеем, проходит сегодня испытание. Найдите его!

Константин

Конечно найду! Ради этого приехала. Впрочем, этот летний день день оказался долгим, и совсем не таким простым. В поисках Константина я прошла с бойцами практически весь маршрут, исключив разве что 12 километровый марш-бросок по пересеченной местности. Вот уж он точно мог стать последним в моей жизни. Но и то, что я увидела, наблюдая за происходящим, заставило меня с еще большим уважением относиться к этим мужественным и отважным людям.
А вот разыскать старлея мне удалось только на последнем этапе соревнований, на ринге, где начинался поединок. Зрелище, скажу я вам, не для слабонервных. Константин испытание выдержал. Но, чтобы читатель понял, что стоит за этими словами, расскажу об этом чуть подробнее.
Итак, на ринге трое соискателей и один инструктор. Бой длится 12 минут. Каждые четыре минуты – смена партнера. Ни рост, ни вес в таком бою значения не имеют. Только умение вести бой, только сила воли и желание победить. В то время, когда с одним испытуемым четыре минуты работает инструктор, два других претендента на краповый берет дерутся друг с другом. Одна деталь придает особую остроту и жесткость поединку. В случае, если испытуемый одержит победу над инструктором, инструктор лишается крапового берета! И, чтобы обрести его вновь, весь путь ему придется пройти с самого начала. Если же два претендента ведут бой пассивно, – пару разбивают и на ринг выходят инструкторы. Бои идут в полный контакт.
Достойно выдержав испытание, Константин попал сначала в дружеские объятия боевых товарищей, потом ему оказали первую медицинскую помощь, и только после этого мы смогли поговорить. Дальнейшее записано с его слов.

Как это было

Они заступили на охрану КПП № 708, на трассе Аргун-Гудермес вечером, в ночь, с 13 на 14 июля.
Задача – своевременно обнаружить и пресечь действия боевиков.
Ночь прошла относительно спокойно, а в половине шестого утра, наблюдавшие за дорогой снайперы, доложили, что в развалинах, недалеко от КПП замечена тонированная Нива.
Сколько всего человек в машине, не разглядеть.
Один вышел и, скрытно, прячась за развалинами, движется в сторону КПП…
Ниву ждали. Те, кто приезжал не ней доставляли немало хлопот.
Было принято решение брать бандитов.
Выдвигались двумя группами: захвата и прикрытия…
Группа захвата – лейтенант Петров и ефрейтор Пелихов.
Прикрытие – Шрайнер, Максимов, и сам старлей.
Двигались где ползком, где короткими перебежками, стараясь остаться незамеченными. В одном месте пришлось ползти по канаве.
Когда до “Нивы” оставалось меньше ста метров, стали двигаться еще осторожнее, обходя машину.
Неожиданно мотор заработал и “Нива” начала сдавать назад, пытаясь развернуться на узкой площадке, чтобы вырваться на дорогу.
Спецназовцы поднялись в полный рост, и уже не скрываясь, бросились наперерез машине.
Те, кто был в Ниве, на встречу, и тем более открытое боестолкновение, не рассчитывали.
Водитель отчаянно газовал, бросая машину то вперед, то назад, пытаясь вырваться из западни, в которую в один миг превратилось укрытие.
Разговора явно не получалось, бандиты не оставили времени на реверансы…
И тогда командиром было принято единственно верное в тех условиях решени: автоматная очередь прозвучала коротко, как приказ заглушить двигатель.
Вам, уважаемый читатель, это ничего не напоминает? Нечто подобное мы совсем недавно слышали на этом позорном судилище над капитаном Ульманом в Ростове-на-Дону. Та же попытка остановить машину с так называемыми “мирными” для проверки документов… Та же вынужденная автоматная очередь по удирающей машине,
Только здесь, пассажиры оказались не такими «мирными», вернее, совсем не мирными.
Старший сержант Сергей Шрайнер, лейтенант Петров и рядовой Максимов уже подбегали к машине, когда дверца «Нивы» неожиданно распахнулась, и один из бандитов, крикнув свое неизменное «аллах, акбар», метнул под ноги разведчикам гранату. Граната, описав короткую дугу, упала под ноги командиру, не оставляя ему шанса. реакция Сергея была мгновенна. Одним прыжком он рванулся в сторону гранаты, навалился на нее грудью… Сергей был в бронежилете, но в этом случае, он не мог защитить Героя.
Взрыв прозвучал глухо. Звук потонул в грохоте автоматных очередей, которые сошлись на быстро удаляющейся машине…
На какое-то мгновение Нива потеряла управление, завиляла, поднимая клубы пыли.
А еще через секунду прогремел мощный взрыв.
Машина была под завязку загружена взрывчаткой и оружием.
Позже, на месте взрыва были обнаружены 4 обгоревших трупа бандитов.
Я не удивлюсь, если и этих бандитов со временем наше правосудие признает невинноубиенными, а Европейский суд обяжет Россию выплатить за них бешенную компенсацию. Но там, в боевых условиях думать о глупостях некогда. Там цена секунды – жизнь.

Место подвигу

О том, что решение пожертвоать своей жизнью во имя спасения жизни товарища было принято Сергеем осознанно, что Герой был готов к своему поступку, говорит другой случай. Рассказали мне о нем там же, в отряде.
За несколько месяцев до гибели Сергея, бандит бросил в окно солдатской палатки гранату, подкатив к ней под видом мирного жителя на мотоцикле. Все, кто был в палатке, в том числе и командир, погибли.
Случай обсуждался в войсках, и когда о нем узнал Сергей Шрайнер, он сказал:
– Неужели среди десятка погибших не оказалось ни одного настоящего мужика!? Он же мог спасти остальных…
В тот момент, никто не понял, сказанное Сергеем.
И только значительно позже, когда Сергей сам совершил этот поступок, стало понятно, что именно он имел в виду.

Четыре секунды и вся жизнь…

Вот, собственно и весь рассказ о Герое – нашем современнике, Сергее Александровиче Шрайнере.
Сколько было времени у Сергея, чтобы принять решение?
Мне сказали, что не более четырех секунд.
Что можно успеть за четыре секунды?
Сергей успел подарить жизнь.
Что осталось после него на Земле?
Скромный солдатский обелиск на сельском кладбище?
Мемориальная плита на здании сельской школы?
Слезы близких? Третий тост и память друзей?
Много это или мало, если цена всему твоя жизнь?
Каждый должен ответить себе на этот вопрос сам.
Вся биография моего Героя поместилась на половинке тетрадного листа.
Позже я нашла этот листок в архиве музея внутренних войск. ..

Шрайнер Сергей Александрович - инструктор-водитель разведгруппы отряда специального назначения “Русь” Внутренних войск Министерства Внутренних Дел (МВД) Российской Федерации, старший сержант. Родился 1 апреля 1979 года в селе Веселоярске, Рубцовского района Алтайского края. Окончил Рубцовское ОПТУ-75 по специальности “водитель”. 26 апреля 1997 года призван на действительную военную службу, которую проходил в Софринской бригаде внутренних войск.
остальное приписано другой рукой:
Остался в армии по контракту. С апреля 2000 года - в отряде специального назначения “Русь”.
14 июля 2000 года в составе разведгруппы вступил в бой с боевиками на трассе Аргун-Гудермес.
В ходе боя один из боевиков бросил гранату. Она упала возле командира.
Сергей Шрайнер накрыл гранату собой, этим спас от смерти командира и своих товарищей.
Похоронен на родине.
Да, висит Сережина фотография на стенде памяти в разведроте Софринской бригады. Там он остался своим, хотя состав роты сменился после его ухода не один раз.
За мужество и героизм, проявленные при исполнении воинского долга, Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2001 года №255, С. А. Шрайнеру присвоено звание Героя России (посмертно). А ровно через месяц, 5 апреля 2001 года в трех тысячах километров от этой проклятой чеченской земли, на родине Героя заместитель главнокомандующего внутренних войск МВД Станислав Кавун передал матери погибшего старшего сержанта Сергея Шрайнера –Анне Александровне Зайцевой Золотую Звезду Героя.

Я не знаю, кто из спасенных Сергеем, ребят выживет на этой проклятой войне. Я не знаю, как проживут они свою жизнь, назовут ли в честь Сергея своих сыновей, расскажут ли своим домашним о подвиге разведчика. Но в моем журналистском блокноте осталась короткая запись, которую продиктовал мне сам Сергей. И мне, кажется, что я просто обязана рассказать соотечественникам о нем.




Человек жив пока о нем помнят.

http://lifecontrary.ru/?p=1757- Источник
...Мы ПОМНИМ!