Это цитата сообщения Alice_M Оригинальное сообщение

Одна - очень одна - ночью - глубокой - в пустом доме - пуще не бывает - жарю пельмени и думаю: во что бы я хотела все это превратить.

Пельмени - последние из того, что нужно добить до отъезда рано утром - стремятся на свободу: выпрыгивают со сковородки в неметеный тупик. Я, с методичностью укротителя, поднимаю, обдуваю и возвращаю: в масло. Одного выпустила в ведро. Мысли у меня не пельменные: о счастье.

Я думаю: я счастливый человек - парадоксально. Мое счастье - как фига в кармане, я шевелю большим пальцем, когда особенно радостно.

Людка меня жалеет. С Людкой - не разговариваю лет пять. Людка - моя одноклассница, в которой принимала участие: устраивала на работу и выдавала замуж. Людка ленивая для работы и замужества, но замуж - вышла: без меня, за мужика, который подбирался к ее пятой чакре. Когда выяснилось, что у Людки есть чакры-мужеловки, я не удержалась заржать. Мужик выяснился жилистый и тенниснообразный, Людка развела нас в пространстве, отказав от дома. Я расценила это, как комплимент: я - без чакр, но представляю опасность для жилистых мужиков, словно одна сплошная чакра. Людка приезжает с мужиком и чакрами на озеро и ведет здоровый образ жизни. Мой, нездоровый, интересует ее чрезвычайно: Ирка-челнок держит всех в курсе. Теперь у Людки есть чакры, мужик и джакузи, а я, как была дура, так и осталась. И меня можно жалеть. Я сконфужена: мне кажется, я морочу Людку, я оправдываюсь и прошу Ирку передать. Прям, хоть не ходи к Ирке: как ни приду - сидят и жалеют. Когда Людка сказала, что сейчас я пойду ва-банк, я совсем пала духом. Выспроси - прошу Ирку - куда я должна пойти, у меня пространственный идиотизм, я боюсь ошибиться направлением.
Куда должна пойти женщина, оставшаяся без мужчины? Я раздумываю, жаря пельмени.
У меня нет чакры, но ест карма: я всегда не оправдываю ожидания. По всем зодиакам я очень упрямая, это проявляется через некоторое время. У меня ригидные пальцы, плохо подвижные в суставах: сложенные в фигу, они застывают, как холодец из коровьей голяшки. Самая ужасная фига, за которую мне стыдно, сложилась спонтанно, когда директор объелся груш, а свекровь звонила каждый вечер - узнать: жива ли я от печали. Я была жива и мариновала огурцы. Я чувствовала неприличность этой акции в драматический момент, но огурцы прибывали, а врать я так и не научилась, и, вместо приличествующего ситуации надрыва и дрожащих вибраций, выясняла пропорцию уксуса и сахара, и прочие бестактные штуки. Возможно, это не бесчувственность, а постмодернистский - российский - подход к классическому мексиканскому алгоритму.
Когда визави, утомленный подозрением фиги, лезет ко мне в разползшийся по шву карман, я вытаскиваю большой палец из симбиоза второго и третьего и складываю в новую тайсон-фигуру. Новую: для меня - привыкшие к атонии поникших запястий, в нокдауне от радостного "да пошли вы".
Так я о счастье.
Наконец-то пригодились чеканка работы Карла: изображающая пролетария. Я очень люблю этого безымяного пролетария, гремящего цепями, как Кентервильское привидение. Я иду на звон, как на дудочку Крысолова. Я люблю пересматривать порнуху потерянных цепей: пролетарий, оргазмирующий от потери. Я счастливее пролетария, потому что мультиоргазмична: не только потерять - но и описать процесс. В описании особый, изысканный оргазм - как у подсматривающего за подсматривающим за сношением. Я могу описать все, и эта уверенность складывает в немузыкальную комбинацию три моих музыкальных пальца. Невозможно быть по-настоящему несчастной в быту и жизни, если любая бытовуха и жизнь - только глина, из которой налеплю, как Пракситель, как Гудон, как народный гжельский умелец. Если любой дождь и слеза - развести краску, да поярче: пуантильно, акварельно, лубочно, графично.
Слоган "развитого социализма": из говна - конфетку! Это штука посильнее фуа гра. Вообще, люблю домашнее питание: анаболик для мускулистой культур-фигуры. Фиги-счастья.


[показать]