Петлюра, Симон Васильевич

 

[300x407]

 

Си́мон[1][2][3] (Семён) Васи́льевич Петлю́ра (укр. Си́мон (Семен) Васильович (Василійович) Петлюра, 10 (22) мая 1879, Полтава, Российская империя — 25 мая 1926, Париж, Третья Французская республика[4]) — украинский военный и политический деятель, глава Директории Украинской народной республики в 1919—1920 годах. Главный атаман войска и флота.

 

 

Ранние годы и образование

Симон Петлюра родился 10 (22) мая 1879 в Полтаве. Учился в Полтавской духовной семинарии, откуда был исключён. В 1900 году вступил в Революционную украинскую партию (РУП). Придерживался левонационалистических взглядов.

 

В 1902 году начал журналистскую деятельность в «Литературно-научном вестнике». Журнал выпускался во Львове (Австро-Венгрия), а главным редактором его был М. С. Грушевский. Первая публицистическая работа Петлюры была посвящена состоянию народного образования на Полтавщине[5].

 

На Кубани

В 1902 году, спасаясь от ареста за революционную агитацию, Петлюра переехал на Кубань[6][7], где сначала давал частные уроки в Екатеринодаре, а позже работал ассистентом-исследователем в экспедиции члена-корреспондента Российской Академии наук Ф. А. Щербины, который занимался систематизацией архивов Кубанского казачьего войска и работал над фундаментальным трудом «История Кубанского Казачьего Войска»[8]. Работа Петлюры получила положительную оценку Ф. А. Щербины[9].

 

Симон Петлюра учительствовал в Екатеринодарском начальном городском училище, публиковался в местных журналах, сотрудничал со львовскими журналами «Хорошая новость» и «Труд». Известны несколько его работ в местной периодической печати и в сборниках статей[10][11] и исследование по истории Кубани в «Литературно-научном вестнике»[12].

 

Среди публицистических работ Петлюры есть статья об известном кубанском историке, первом секретаре Кубанского статистического комитета, председателе Кавказской археографической комиссии Е. Д. Фелицыне, с которым Петлюра был лично знаком[13].

 

На Кубани Петлюра пробыл не более двух лет. Продолжая революционную деятельность, организовал в Екатеринодаре ячейку РУП — Черноморскую вольную громаду, наладил в своём доме тайную типографию для выпуска антиправительственных листовок. Это привело к аресту в декабре 1903 года. Только в марте следующего года на основании фиктивной справки о болезни он был освобождён под денежный залог и содержался под особым надзором полиции, а позднее был вынужден уехать с Кубани[8].

 

Уже гораздо позже, в 1912 году, Петлюра, став редактором журнала «Украинская жизнь», поместил в нём ряд публикаций о Кубани, авторами которых были как он сам, так и кубанские корреспонденты журнала[14][15].

 

1904—1914 годы

Переехав в Киев, включился в конспиративную работу РУП, постепенно приобретая всё большее влияние в организации. Спасаясь от полицейского преследования, осенью 1904 года эмигрировал во Львов, где занимался редактированием журналов РУП «Селянин» и «Труд», сотрудничал с изданиями «Воля», «Литературно-научный вестник», установил контакты с И. Франко, М. С. Грушевским. Не получив формального образования, здесь он прослушал курс Подпольного украинского университета, где преподавали представители украинской интеллигенции Галиции[8].

 

Амнистия 1905 года позволила Петлюре вернуться в Киев, где он принял участие во II съезде РУП. После раскола РУП и создания УСДРП С. Петлюра вошёл в её Центральный комитет.

 

Во время революции 1905—1907 годов возглавил один из отрядов еврейской самообороны в Полтаве[16]. Благодаря хорошо организованной самообороне, погромов в городе удалось избежать.

 

В январе 1906 года Петлюра выехал в Петербург, где редактировал ежемесячник УСДРП «Свободная Украина», однако уже в июле возвратился в Киев, где по рекомендации М. С. Грушевского устроился секретарём редакции газеты «Совет», издававшейся Радикально-демократической партией, впоследствии работал в журнале «Украина», а с 1907 года — в легальном журнале УСДРП «Слово». Осенью 1908 года Петлюра вновь работал в Петербурге в журналах «Мир» и «Образование»[8]. Во время похорон в Санкт-Петербурге Льва Мациевича, являвшегося активным деятелем санкт-петербургского украинского Общества имени Шевченко, Симон Петлюра нёс венок от этого общества[17].

 

В 1911 году Петлюра женился и переехал в Москву, где работал бухгалтером страховой компании до 1914 года. На общественных началах редактировал журнал «Украинская жизнь», который был единственным украинским (русскоязычным) общественно-политическим журналом в дореволюционной России. Работа в Москве позднее дала повод противникам Петлюры обвинить его в русофильстве. Например, В. К. Винниченко писал, что основным направлением работы журнала «Украинская жизнь» была «пропаганда среди украинцев лозунга „Бороться за Россию до победного конца“». Острой критике подвергся напечатанный Петлюрой в седьмом номере «Украинской жизни» редакционный манифест-декларация «Война и украинцы» об отношении украинцев к началу мировой войны, в котором указывалось, что украинцы выбирают сторону России и будут защищать свою землю[8]. Петлюра заверял правительство в том, что украинцы «не поддадутся провокационным воздействиям и выполнят свой долг граждан России в это тяжёлое время до конца», и утверждал, что он выступает за объединение всех (в том числе галицийских) украинцев под эгидой России[18].

 

Первая мировая война. Февральская революция

Уже в 1914 году Петлюра предвидел радикальные перемены в жизни украинского народа, о чём в статье «О практических задачах украинства» писал:

 

Мы определённо переживаем период роста украинства, превращения его в общественную силу, в реальный фактор государственной жизни России.

 

В начале 1916 года Петлюра поступил на службу во «Всероссийский союз земств и городов», созданный в 1914 году для помощи правительству Российской империи в организации снабжения армии, служащие которого носили военную форму и назывались презрительно «земгусарами».

 

На этой работе Петлюре пришлось немало общаться с солдатскими массами и благодаря этому удалось завоевать популярность среди военных. Во многом благодаря его энергичной деятельности после Февральской революции на Западном фронте были созданы украинские войсковые рады — от полков до целого фронта. Авторитет среди солдат и общественная активность Петлюры выдвинули его в руководство украинским движением в армии. В апреле 1917 года он выступил инициатором и организатором проведения в Минске украинского съезда Западного фронта. Съезд создал Украинскую фронтовую раду, а её председателем выбрал Петлюру.

 

Как председатель фронтовой рады и уполномоченный «Земгора», Петлюра был делегирован на Всеукраинский национальный съезд, созванный Центральной радой (проходил 6—8 (19—21) апреля).

 

Первый Всеукраинский военный съезд

5—8 (18—21) мая 1917 года Петлюра принял участие в Первом Всеукраинском военном съезде. Со всех фронтов, флотов, гарнизонов и округов не только Украины, но и всей Российской империи на него съехалось более 900 делегатов. Уже в ходе избрания председателя съезда проявилось противостояние между представителями разных течений украинского национального движения — социалистами-«автономистами» и «самостийниками» (сторонниками самостоятельности Украины). От киевских военных организаций предлагали кандидатуру Николая Михновского как человека, имеющего «огромные заслуги в деле организации украинских войсковых частей и создания украинского военного движения». От сторонников социалистического направления был выдвинут Симон Петлюра. После острых и продолжительных дебатов пришли к компромиссному решению: избрать не председателя съезда, а президиум, члены которого по очереди будут вести заседания. С. Петлюра таким образом представлял фронтовые части, Н. Михновский — тыл, В. Винниченко — Центральную раду, матрос Грамотный — Балтийский флот. Почётным председателем съезда делегаты избрали М. Грушевского и пригласили в президиум командира Первого Украинского полка имени гетмана Богдана Хмельницкого полковника Ю. Капкана[8].

 

Несмотря на то, что кандидатура Петлюры прошла лишь незначительным большинством голосов, именно с его избранием членом президиума Военного съезда, а позднее — главой Украинского генерального войскового комитета (УГВК) — Петлюра вошёл в украинскую политику. 8 мая, по завершении съезда, его кооптировали в состав Центральной рады.

 

Благодаря своим неоднократным выступлениям на съезде Петлюра постепенно приобретал популярность среди делегатов. Он председательствовал на заседаниях, выступал с докладами «О национализации армии», «О вопросах просвещения», предложив перейти к обучению солдат-украинцев на родном языке и перевести на украинский язык воинские уставы, наставления, а также приступить к преобразованию существующих на Украине военных училищ. Возможно, что именно такой его практический подход импонировал военным[8].

 

Несмотря на явный радикализм делегатов и намерения Михновского и его сторонников использовать съезд для того, чтобы потребовать от руководства Центральной рады приступить к немедленной организации национальных вооружённых сил, «самостийницких» взглядов придерживалось относительное меньшинство, так что идею немедленной национализации армии по национально-территориальному принципу провести не удалось.

 

Ведущей на съезде стала автономистская идея социалистических партий, представители которых преобладали в Центральной раде. Они категорически отрицали необходимость создания собственных силовых структур. М. Грушевский отстаивал мнение, что ведущим направлением в историческом развитии Украины должен быть не революционный путь, который сопровождается насилием, кровью и разрушениями, а эволюционный и мирный путь. В. Винниченко отстаивал марксистскую идею «всеобщего вооружения народа», отрицая любые шаги, направленные на развитие национальной армии. Под влиянием выступлений Винниченко съезд принял резолюцию «Об украинской народной милиции»: украинская армия после войны должна стать «армией народа (народной милицией), единственной целью которой будет охрана интересов и прав народа»[8].

 

Будучи членом УСДРП, Петлюра, разумеется, не мог выступать против линии партии по вопросам военной политики, но и не делал заявлений о нецелесообразности регулярной армии. Наоборот, он приложил немало усилий к тому, чтобы смягчить влияние позиции Винниченко на военное строительство на Украине.

 

Поведение Петлюры на съезде было прагматичным, рациональным, демонстрировало его способность адекватно оценивать общеполитическую ситуацию. Он призывал «не отделять судьбы России от судьбы Украины. Если Россия потерпит поражение, следствие этой катастрофы отразится и на Украине»[8].

 

По докладу Петлюры съезд принял резолюцию «Об украинизации армии». В ней, в частности, содержалось требование о том, что «в существующих подразделениях тыловых частей все военнослужащие-украинцы, как офицеры, так и солдаты, должны быть немедленно выделены в отдельные части… На фронте это выделение должно проходить постепенно — в зависимости от тактических и других военных обстоятельств, с тем чтобы это выделение не вносило дезорганизацию на фронте»[8].

 

Была составлена резолюция съезда — «потребовать от Временного правительства и Совета рабочих и солдатских депутатов немедленного объявления особым актом национально-территориальной автономии Украины». На переговоры в Петроград направилась делегация Центральной рады. Одним из её требований было: «В интересах поднятия боевой мощи армии и восстановления дисциплины необходимо проведение в жизнь выделения украинцев в отдельные войсковые части как в тылу, так, по возможности, и на фронте». Военный министр Керенский занял в отношении украинизации армии отрицательную позицию. Не найдя взаимопонимания с Временным правительством и Петросоветом, делегация вернулась в Киев.

 

Тем временем на Украине приступил к работе Украинский генеральный войсковой комитет (УГВК), созданный Первым военным съездом для практического руководства формированием национальных вооружённых сил. В него вошли, в частности, Симон Петлюра (председатель), Владимир Винниченко, Николай Михновский.

 

Склонность к радикальным действиям, тягу к «самостийности» в УГВК олицетворял Михновский, которому противостоял прежде всего Винниченко, а в самой Центральной раде — и Михаил Грушевский, которые не только не разделяли взглядов Михновского, но и считали их объективно вредными, даже преступными для тогдашнего этапа создания украинского государства. К этому крылу формально относился и Симон Петлюра. Отсутствие внутреннего согласия мешало работе УГВК. В своей практической деятельности Петлюра во многих принципиальных вопросах не столько руководствовался позицией руководства Центральной рады, сколько следовал своему импульсивному характеру, склонности к шумным эффектам. Он нередко совершал поступки, показной радикализм которых выделял его на фоне других лидеров УЦР и воздействовал на настроения наэлектризованных масс. При этом большинство членов УГВК вообще были мало подготовлены к той роли, которая им выпала — они были либо гражданскими людьми, либо малоквалифицированными военными специалистами, которые занимали низшие офицерские чины, да и то полученные в основном в условиях тотального призыва на штабную службу в годы войны.[источник не указан 2319 дней]

 

Второй Всеукраинский военный съезд. Первый Универсал Центральной рады

В поддержку требований автономии Украины УГВК принял решение созвать Второй Всеукраинский военный съезд.

 

Керенский телеграммой по всем частям запретил проведение съезда под угрозой военно-полевого суда. В ответ Петлюра обратился к самому Керенскому, а также к верховному главнокомандующему, командующим фронтами и военными округами, предупредив их, что «запрещение съезда вызовет неизбежную реакцию и посеет в массах недоверие к верховному командованию и снизит боевой дух украинцев…»[8].

 

Несмотря на запрет, съезд состоялся 5—10 (18—23) июня 1917 года с участием около 2000 делегатов. Исследователи отмечают некую противоречивость его выступлений — с одной стороны, руководствуясь программными постулатами УСДРП, Петлюра заявлял, что «постоянная армия может иметь в себе элемент опасности», а с другой, — признавал необходимость реальной военной силы[8].

 

Резкая критика звучала на съезде в отношении планов Керенского по подготовке крупного наступления. Делегаты заявляли, что это приведёт лишь к массовым потерям среди украинцев в угоду интересам российского правительства. Когда ситуация особенно накалялась, на трибуне появлялся Петлюра, сдерживая радикально настроенных делегатов от преждевременного выступления[8].

 

Обстановка, сложившаяся на военном съезде, подтолкнула Центральную раду на принятие и обнародование I Универсала, провозгласившего в одностороннем порядке национально-территориальную автономию Украины в составе России. Универсал был зачитан В. Винниченко на съезде 10 (23) июня.

 

Съезд вынес целый ряд важных решений в сфере военного строительства, поручив УГВК как можно быстрее разработать детальный план украинизации армии и принять меры для немедленного его осуществления. Штат УГВК, который должен был этим заниматься, был расширен с 17 до 27 человек, возглавил его вновь С. Петлюра. Съезд также избрал Всеукраинскую раду войсковых депутатов численностью 132 человека. Все члены УГВК и Всеукраинской рады войсковых депутатов были кооптированы в состав Украинской центральной рады.

 

В течение июня Петлюре удалось наладить работу всех отделов УГВК, установить тесную связь с большинством украинских военных организаций, наладить сотрудничество со штабами командования Юго-Западным и Румынским фронтами. Петлюра пытался объединить вокруг УГВК военных специалистов из числа бывших старших офицеров российской армии и добиться того, чтобы комитет выполнял роль высшего органа создаваемой национальной армии[8].

 

Готовясь к наступлению на Юго-Западном фронте, командование считало, что создание «национальных частей» (польские, латышские, сербские, чехо-словацкие и т. п.) поможет укрепить боеспособность русской армии, поэтому позволило украинизировать 34-й и 6-й армейские корпуса и переименовать их в 1-й и 2-й Украинские, а 7-й, 32-й и 41-й корпуса были пополнены маршевыми ротами, размещёнными в тыловых губерниях[8].

 

Генеральный секретариат. Второй Универсал

15 (28) июня Центральная рада объявила о создании высшего исполнительного органа — Генерального секретариата, в котором С. Петлюра занял пост генерального секретаря по военным делам. В Декларации Генерального секретариата, провозглашённой 16 (29) июня, вновь созданному секретариату по военным делам была поставлена задача «украинизации армии, как в тылу, так, по возможности, и на фронте, приспособления военных округов на территории Украины и их структуры к потребностям украинизации армии»[19][20].

 

28 июня (11 июля) в Киев прибыла делегация Временного правительства в составе А. Керенского, И. Церетели, М. Терещенко с целью наладить отношения с Центральной радой. Делегация заявила, что правительство не будет возражать против автономии Украины, однако просит воздержаться от одностороннего декларирования этого принципа и оставить окончательное решение Всероссийскому учредительному собранию[21].

 

Петлюра вошёл в комиссию Центральной рады по ведению переговоров с Временным правительством. Самые острые споры касались полномочий Генерального секретариата. Среди вопросов, которые обсуждались, важное место занимали военные проблемы: украинизация всех гарнизонов на территории Украины, а также запасных полков, замена всей военной администрации украинцами и перевод украинизированных частей с других фронтов на Юго-Западный и Румынский фронты.

 

Переговоры закончились соглашением, основанным на взаимных уступках. В частности, было согласовано, что «Временное правительство, считая необходимым сохранить во время войны боевое единство армии, не считает возможным допустить действий, которые могут нарушить единство её организации и командования… Вместе с тем Правительство считает возможным далее способствовать тесному национальному объединению украинцев в армии путём комплектования отдельных частей исключительно украинцами, насколько это, по мнению военного министерства, будет возможным с технической стороны и не нарушит боевой мощи армии».

 

2 (15) июля Временное правительство сообщило о признании Генерального секретариата как высшего распорядительного органа Украины[21]. 3 (16) июля была подписана совместная декларация Временного правительства и Центральной рады. В тот же день Центральная рада провозгласила Второй Универсал[20].

 

Временное правительство в своём постановлении от 6 (19) июля об утверждении Генерального секретариата исключило Петлюру из состава секретариата по военным делам. Сам УГВК был лишён каких бы то ни было командных функций и рассматривался как общественная организация, члены которой фактически являлись дезертирами из российской армии и могли в любой момент быть преданы военно-полевому суду.

 

В военной сфере территориальный принцип комплектования армии, которого добивался Петлюра, был отвергнут Временным правительством, которое пошло лишь на одну уступку — разрешив комплектование отдельных частей украинцами.

 

Тем временем массовый подъём национального самосознания приводил к тому, что радикально настроенные группы среди военнослужащих-украинцев продолжали выдвигать требования, ставившие руководство Центральной рады в затруднительное положение. Одной из таких попыток оказать давление на Центральную раду стало вооружённое выступление Второго украинского полка им. гетмана Полуботка в Киеве в начале июля 1917 г.[22]

 

Центральная рада направила на переговоры с «полуботковцами» делегацию, в состав которой вошёл Петлюра. Выступая перед полком, он призвал солдат от имени УГВК «не становиться на путь анархии, потому что это нарушает план, по которому УГВК проводит формирование украинской армии». Переговоры, однако, не дали результатов. Тем временем провал наступления российских войск, начавшееся контрнаступление германской армии и провозглашение Центральной радой Второго Универсала подтолкнули «полуботковцев» к восстанию.

 

УГВК, располагавший подробной информацией о настроениях в полку, в ночь на 4 (17) июля созвал совещание представителей частей киевского гарнизона. Постановлением УГВК на это совещание был делегирован Петлюра. Представители «полуботковцев» в своих выступлениях обвиняли Центральную раду, Генеральный секретариат и УГВК в угодничестве перед Временным правительством, низкой активности и равнодушии к проблемам армии. Они требовали, чтобы Временное правительство признало Центральную раду и Генеральный секретариат верховной властью на Украине, а также чтобы сама Центральная рада признала их часть действующим Вторым украинским пехотным полком им. гетмана Павла Полуботка. Центральная рада, однако, отказалась поддержать восстание.

 

8 (21) июля Генеральный секретариат постановил отправить «полуботковцев» на фронт в составе отдельного полка им. гетмана Павла Полуботка. Петлюра совместно с другими представителями УГВК убедили «полуботковцев» сложить оружие. 14 (27) июля полк отбыл на фронт. Здесь военное командование, не сдержав обещания, включило их в состав Немировского полка, располагавшегося на передовой в Галиции.

 

10 (23) июля на заседании Комитета Центральной рады был рассмотрен вопрос о Первом украинском полке им. гетмана Богдана Хмельницкого, и было решено согласиться с требованием командования, настаивавшего на его отправке на фронт, при условии использования полка в качестве отдельного украинского военного формирования. Однако во время отправления из Киева два эшелона полка были обстреляны кирасирами и донскими казаками. Погибло 16 человек, не менее тридцати получило ранения.

 

Петлюра обратился к верховному главнокомандующему с предложением создать комиссию для расследования инцидента, сам выезжал на место происшествия. Проведению начатого расследования, однако, мешал командующий войсками Киевского военного округа полковник Оберучев, а вскоре оно и вовсе было приостановлено. Полк был разоружён, солдаты были отправлены на фронт в составе других военных формирований, командира полка полковника Ю. Капкана поместили под домашний арест, а на его место назначили подполковника Василевского[19].

 

Генеральный секретарь военных дел УНР

25 октября (7 ноября) 1917 года в Петрограде произошло большевистское вооружённое восстание, в результате чего Временное правительство было свергнуто. 26 октября (8 ноября) на заседании Малой рады (постоянно действующего между сессиями комитета Центральной рады) с участием представителей различных политических и общественных организаций был создан Краевой комитет охраны революции, ответственный перед УЦР. Одновременно Малая рада приняла резолюцию о власти в стране, в которой высказалась против восстания в Петрограде и пообещала «упорно бороться со всеми попытками поддержки этого восстания на Украине»[23]. 28 октября (10 ноября) после неудачной попытки большевистского восстания в Киеве Центральная рада упразднила Краевой комитет охраны революции и наделила его функциями Генеральный секретариат, в котором Симон Петлюра вновь занял пост генерального секретаря военных дел. 7 (20) ноября по решению Малой рады в чрезвычайном порядке был принят Третий Универсал[23], в котором провозглашалось создание Украинской Народной Республики в федеративной связи с Российской республикой.

 

К середине ноября 1917 года, в условиях, когда единственной реальной силой стала армия, борьба за влияние на которую ещё не была окончена, пост главы военного ведомства УНР стал ключевым.

 

В связи с тем, что лидеры Украинской центральной рады намеревались выполнять военные обязательства перед Антантой, они спешили с формированием национальной армии, считая её одним из основных атрибутов и гарантий государственности. Большевистское руководство на первых порах не препятствовало образованию национальных частей, в том числе украинских, хотя Петлюра в своих обращениях к воинам-украинцам, выпущенных 11 (24) ноября, призывал их возвращаться на Украину немедленно, не считаясь с распоряжениями Совнаркома. С 21 ноября (4 декабря) на Украину стали прибывать украинизированные подразделения из разных военных округов и фронтов. В течение ноября украинизация шла медленнее, чем хотелось киевским властям, по ряду объективных обстоятельств, к которым относились серьёзные транспортные проблемы, необходимость заполнять участки фронтов, которые покидали украинизированные части, и сложности с украинизацией этнически неоднородных частей[23].

 

Между тем украинская государственность, провозглашённая односторонним актом, пока не имела никакого международно-правового оформления — ни признания другими государствами, ни официальных границ, установленных путём согласованного размежевания с соседями, в том числе с Советской Россией — тем более что Центральная рада отказывалась признавать большевистское правительство в Петрограде[23].

 

Тем временем Всеукраинская рада войсковых депутатов потребовала от Генерального секретариата немедленно приступить к разрешению вопроса о мире в согласии с народными комиссарами и демократами других частей России. Малая рада 21 ноября (4 декабря) была вынуждена принять постановление об участии её представителей в делегации от Юго-Западного и Румынского фронтов для переговоров о перемирии и об обращении с предложением мирных переговоров к Антанте и Центральным державам[23].

 

Вечером 23 ноября (6 декабря) Симон Петлюра известил по прямому проводу советского Верховного главнокомандующего Николая Крыленко об одностороннем выводе войск Юго-Западного и Румынского фронтов бывшей Русской армии из-под управления Ставки и объединения их в самостоятельный Украинский фронт Действующей армии УНР[23], который возглавил антибольшевистски настроенный генерал-полковник Д. Г. Щербачёв. Крыленко, не вступая в дискуссию, известил о произошедшем Совнарком и запросил инструкций. Инструкции для Крыленко 24 ноября (7 декабря) передал Лев Троцкий[23]. Троцкий одобрил установку главковерха «не чинить никаких политических препятствий передвижению украинских частей с севера на юг» и поручил учредить при Ставке представительство украинского штаба. Вопрос о едином Украинском фронте нарком предложил пока считать открытым. В то же время Троцкий дал указание Крыленко начать немедленную подготовку и выдвижение вооружённых отрядов против белоказаков Каледина и Дутова — и поручил «запросить Украинскую Раду, считает ли она себя обязанной оказывать содействие в борьбе с Калединым или же намерена рассматривать продвижение наших эшелонов на Дон как нарушение своих территориальных прав»[23]. Крыленко вечером 24 ноября (7 декабря) попросил Петлюру дать «ясный и точный» ответ на вопрос о пропуске советских войск на Дон. Генеральный секретариат, однако, по докладу Петлюры постановил отказать в пропуске советских войск и решил искать соглашения с Донским правительством[23].

 

Тем временем с разрешения французской военной миссии при Румынском фронте генерал Щербачёв 26 ноября (9 декабря) заключил перемирие между объединёнными русско-румынскими и германо-австрийскими войсками. Это позволило ему приступить к подавлению большевистского влияния в армии.

 

Провозглашение самостоятельности Украинского фронта и вторжение украинских властей в непосредственное управление фронтами и армиями привело к дезорганизации и путанице, подрыву системы единоначалия — так, например, на Румынском фронте 8-я армия не признала своей принадлежности к УНР. Чрезвычайный съезд Юго-Западного фронта, состоявшийся 18-24 ноября (1-7 декабря), не согласился с переходом в подчинение украинским властям, а в вопросе о политической власти высказался за Советы солдатских, рабочих и крестьянских депутатов в центре и на местах. Исполнявший должность командующего Юго-Западным фронтом генерал Н. Н. Стогов, обеспокоенный положением на передовой, сообщал в Киев, что «русские части угрожают бежать с Украинского фронта. Катастрофа не за горами»[23].

 

30 ноября (13 декабря) Петлюра направил командующим фронтами и украинским комиссарам телеграмму о запрете следования воинских эшелонов без специального разрешения Генерального секретариата по военным делам. Получив сообщение об этом, начальник штаба революционной Ставки генерал М. Д. Бонч-Бруевич предписал «продолжать отдавать распоряжения согласно положению о полевом управлении войсками»[23].

 

С Юго-Западного фронта к Киеву выдвигались части большевизированного 2-го гвардейского армейского корпуса. Для того, чтобы их остановить, Петлюра приказал разобрать железнодорожное полотно, блокировать узловые станции, немедленно разоружать подозрительные воинские части. Командир 1-го Украинского корпуса генерал армии УНР П. П. Скоропадский был назначен командующим всеми войсками Правобережья Украины (до 20 тысяч бойцов, 77 пушек), прикрывавшими Киев. Скоропадскому удалось разоружить и разогнать солдатские массы, устремлявшиеся к Киеву. Разоружение гарнизонов и частей происходило одновременно в десяти городах — тех, где не был выполнен приказ Петлюры об увольнении солдат-неукраинцев, — а ещё в четырёх городах по подозрению в заговоре были распущены местные Советы[23][24].

 

В период с 4 по 11 (17-24) декабря по приказу Петлюры и командующего Украинским фронтом генерала Щербачёва войска захватили штабы Румынского и Юго-Западного фронтов, армий, вплоть до полков, произвели аресты членов Военно-революционных комитетов и комиссаров-большевиков, при этом некоторых из них расстреляли[23]. За этим последовало разоружение румынами тех частей, в которых было сильно влияние большевиков. Оставшись без оружия и продовольствия, сторонники большевиков были вынуждены пешком уходить в Россию.

 

4 (17) декабря Совнарком Советской России направил открывающемуся в Киеве I Всеукраинскому съезду Советов «Манифест к украинскому народу с ультимативными требованиями к Центральной раде», в котором содержалось требование к УЦР прекратить дезорганизацию единого общего фронта и пропуск через подконтрольную УЦР территорию войсковых частей, уходящих с фронта в регионы России. Совнарком заявлял, что в случае неполучения удовлетворительного ответа на предъявленные требования в течение сорока восьми часов он будет считать Раду в состоянии открытой войны против Советской власти в России и на Украине[25][26][27]. Центральная Рада отвергла эти требования и поставила свои условия: признание УНР, невмешательство в её внутренние дела и в дела Украинского фронта, разрешение на уход украинизированных частей на Украину, разделение финансов бывшей империи, участие УНР в общих переговорах о мире[24].

 

Выступая на съезде Советов, военный министр УНР Петлюра сделал заявление[24]:

 

На нас готовится поход! Мы ощутили, что нам, украинским демократам, в спину кто-то готовит нож… Большевики концентрируют своё войско для разгрома Украинской республики…

 

8 (21) декабря в Харьков прибыли эшелоны с красными отрядами под командованием Р. Ф. Сиверса и матроса Н. А. Ховрина — 1600 человек при 6 орудиях и 3 броневиках, а с 11 (24) декабря по 16 (29) декабря — ещё до пяти тысяч солдат из Петрограда, Москвы, Твери во главе с командующим Антоновым-Овсеенко и его заместителем, начальником штаба бывшим подполковником Русской армии М. А. Муравьёвым. Кроме того, в самом Харькове уже находились три тысячи красногвардейцев и пробольшевистски настроенных солдат старой армии[24].

 

В ночь на 10 (23) декабря в Харькове прибывшие из России советские войска арестовали украинского коменданта города и установили в городе двоевластие. Прибывший в Харьков Антонов-Овсеенко вначале сосредоточился на белоказаках как наибольшей опасности для революции. В отношении УНР проводилась политика пассивного противостояния. Украинские администраторы в Харькове были выпущены из-под ареста, в отношениях с местным украинским гарнизоном был установлен нейтралитет[24].

 

С прибытием советских войск в Харьков приехала и группа делегатов, покинувших Всеукраинский съезд Советов в Киеве, к которым присоединились депутаты съезда Советов Донецкого и Криворожского бассейнов[24]. 11−12 (24-25) декабря в Харькове состоялся альтернативный киевскому 1-й Всеукраинский съезд Советов, который провозгласил Украину Республикой Советов, объявил «решительную борьбу гибельной для рабоче-крестьянских масс политике Центральной Рады», установил федеративные связи Советской Украины с Советской Россией, избрал Центральный Исполнительный Комитет Советской Украины (ВУЦИК)[28]. 14 (27) декабря из состава ВУЦИК был выделен Народный секретариат — первое правительство Советской Украины[29]. Совнарком РСФСР немедленно признал его.

 

В первых числах декабря советский главком Крыленко обратился к фронтовикам с заявлением о том, что Совнарком РСФСР будет бороться «за независимую Украинскую республику… где власть будет в руках Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов». По его приказу в Смоленской губернии и Белоруссии было разоружено до 6 тысяч солдат украинизированных частей, направлявшихся на Украину. В ответ на эти действия Петлюра призвал украинизированные части Северного фронта остановить советские отряды, направляющиеся на Украину. Эти призывы Петлюры подтолкнули правительство Советской России к решительным действиям[24].

 

Премьер УНР В. К. Винниченко заявил, что в конфликте с Совнаркомом виновен Петлюра и его отставка позволит избежать войны. Винниченко выступал за замену профессиональной армии народной милицией, что ослабило бы позиции Петлюры, который настаивал на сохранении старой армии и создании регулярных воинских частей[24]. В киевских газетах была опубликована статья Сталина «К украинцам тыла и фронта», в которой автор прямо указывал на Петлюру как на главного виновника конфликта между УНР и Советской Россией. Винниченко стал настаивать на немедленном разоружении казачьих эшелонов, проходящих через Украину. Петлюра отказывался, заявляя, что порывать связи с российскими казаками не выгодно[24].

 

С 12 (25) декабря Петлюра начал переводить украинские части на восток Украины, чтобы взять под охрану важнейшие железнодорожные узлы: Лозовую, Синельниково, Ясиноватую, Александровск, надеясь сохранить связь с Доном как с возможным стратегическим союзником в войне против большевиков. Через Лозовую шли железнодорожные эшелоны с казачьими частями, возвращающимися с фронта. Узнав об этих передвижениях, командование Южной группы советских войск перешло к активным действиям против УНР[24]. План командования Южной группы советских войск первоначально не предполагал широкой войны против УНР, похода на Киев и ликвидации Центральной Рады. Речь шла лишь об организации обороны на полтавском направлении, захвате узловых станций Лозовая и Синельниково[24].

 

Антонов-Овсеенко передал командование войсками, дислоцированными на Украине, своему начальнику штаба полковнику Муравьёву, а сам возглавил борьбу против казачьих войск Дона. Муравьёв, наступавший на главном направлении Полтава — Киев, располагал армией численностью около семи тысяч штыков, 26 пушками, 3 броневиками и 2 бронепоездами. Наступление главной колонны Муравьёва поддерживали следующие за ним в эшелонах малочисленные «армии» П. В. Егорова от станции Лозовая и А. А. Знаменского (Московский отряд особого назначения) от станции Ворожба[24].

 

На заседании правительства УНР 15 (28) декабря выяснилось, что войска УНР не в состоянии остановить наступление Красной Армии. Винниченко не верил в реальность начавшейся полномасштабной войны и предлагал потребовать от СНК РСФСР прекратить военные действия и отозвать войска. Петлюра предлагал организовать немедленное наступление частей УНР на Харьков и создать небольшие мобильные части из оставшегося состава старых разложившихся дивизий для использования их по линии железных дорог без объявления войны[24].

 

Генеральный секретариат УНР вместо решительных действий по обороне территории сформировал ещё одну управленческую структуру — Особый комитет — Коллегию по обороне Украины. 18 (31) декабря 1917 года решением Генерального секретариата и Центральной Рады Петлюра был отправлен в отставку с поста военного министра и выведен из состава Генерального секретариата по причине превышения полномочий[24]. Генеральным секретарём по военным делам был назначен Николай Порш.

 

Военачальник

Отстранённый от руководства армией, Петлюра решил самостоятельно сформировать в Киеве особую боевую добровольческую часть — Гайдамацкий кош Слободской Украины. Имелось в виду, что это формирование поставит своей целью возвращение захваченной большевиками Слободской Украины (историческое название Харьковской губернии). Поначалу (на деньги французской миссии) был создан только Первый курень красных гайдамаков из 170—180 добровольцев. Позднее к ним присоединились 148 киевских юнкеров[24].

 

Провозглашение советской власти в Харькове и занятие большевиками ряда промышленных центров на территории Восточной и Южной Украины при сохранении в Киеве Центральной рады, декларировавшей самостоятельность Украины, неизбежно вело к переходу борьбы за власть на Украине между большевиками и Центральной радой в острую фазу. Совнарком РСФСР, признавший советское правительство Украины, 4 (17) января принял решение о наступлении на войска Центральной рады. Главный удар решено было нанести от Харькова на Полтаву при дальнейшем движении на Киев совместно с большевизированными частями бывшей Русской армии, которые угрожали Киеву с разных сторон, в том числе частями распавшегося Юго-Западного фронта. Общее руководство операцией было возложено на начальника штаба Южной группы войск М. А. Муравьёва.

 

9 (22) января перед лицом разворачивающегося наступления советских войск Малая Рада провозгласила самостоятельность Украинской Народной Республики, поручив новому правительству УНР — Совету народных министров — начать мирные переговоры с государствами австро-германского блока. 12 (25) января части Гайдамацкого коша Слободской Украины были брошены на полтавское направление в попытке остановить наступление. Атаману Гайдамацкого коша Петлюре было предложено осуществлять общее руководство мизерными остатками сил УНР на Левобережье Днепра. 17 (30) января, однако, Петлюрой был получен приказ о немедленном возвращении в Киев для ликвидации большевистского вооружённого восстания, угрожавшего самому существованию Центральной рады. 19 января (1 февраля) гайдамаки прорвались в Киев и 21 января (3 февраля) участвовали в штурме последнего оплота восставших — завода «Арсенал». Во время штурма Петлюра лично возглавил своих подчинённых и по окончании боевых действий, как утверждается, остановил готовившийся расстрел пленных. Боевые действия против разрозненных групп восставших продолжились и на следующий день. К вечеру того же дня, однако, к Киеву подошли войска под командованием Муравьёва. Начался многодневный артиллерийский обстрел и штурм города[24].

 

В ночь с 25 на 26 января (7-8 февраля) правительство и остатки войск УНР покинули Киев. Отступив из столицы, Петлюра отказался соединиться с регулярными частями армии УНР и подчиняться власти военного ведомства УНР, заявив, что гайдамаки — «партизанско-добровольческие» части со своими задачами и целями и находятся лишь в «союзе» с частями УНР[24].

 

Мир с Центральными державами и австро-германская оккупация Украины

Утром 28 января (10 февраля) премьер Голубович объявил о подписании в Брест-Литовске мира с австро-германским блоком. В обмен на военную помощь в вытеснении советских сил с территории Украины УНР обязалась поставить Германии и Австро-Венгрии до 31 июля 1918 года 1 миллион тонн зерна, 400 млн яиц, до 50 тыс. тонн мяса рогатого скота, сало, сахар, пеньку, марганцевую руду и пр. Австро-Венгрия также взяла на себя обязательство создать автономную Украинскую область в Восточной Галиции. Стороны высказали желание жить в мире и дружбе, отказались от взаимных претензий на возмещение убытков, причинённых войной, обязались восстановить экономические отношения, произвести обмен военнопленными и излишками сельскохозяйственных и промышленных товаров.

 

Петлюра встретил известие о мире без особой радости. Тем временем отступление сил УНР продолжилось в направлении Житомира, где находился командующий Юго-Западным украинским фронтом прапорщик Кудря и подчинённые ему войска. В этом же районе, однако, находилась 1-я Гуситская чехословацкая дивизия из состава Чехословацкого корпуса, сформированного в составе Русской армии в основном из пленных чехов и словаков — бывших военнослужащих австро-венгерской армии, выразивших желание участвовать в войне против Германии и Австро-Венгрии. На основании декрета французского правительства об организации автономной Чехословацкой армии во Франции чехословацкие части в России с 15 января 1918 года были формально подчинены французскому командованию и готовились к отправке во Францию. Командование дивизии, узнав о союзе УНР с Германией, стало проявлять враждебность к украинским частям. Уже 30 января (12 февраля) было решено отойти главными силами из Житомира на северо-запад, в глухое Полесье, рассчитывая на помощь частей Польского корпуса, восставшего против большевиков в Белоруссии, под Мозырем. Отряд Петлюры направился в Овруч и Новоград-Волынский, а Центральная рада и «Сечевой курень» отбыли далее на запад, в Сарны, к самому германо-украинскому фронту. Деятели Рады надеялись продержаться здесь до вступления на украинскую территорию немецких войск[24].

 

31 января (13 февраля) в Бресте делегация УНР, по тайному решению нескольких украинских эсеров из Совета министров, обратилась с меморандумом к Германии и Австро-Венгрии с просьбой о помощи УНР против советских войск, что стало логическим продолжением подписанного несколькими днями ранее мирного договора. Хотя военная конвенция между УНР, Германией и Австро-Венгрией, ставшая правовой основой для вступления австро-германских войск на территорию Украины, была официально оформлена позднее, германское командование в тот же день дало свое предварительное согласие на вступление в войну против большевиков и начало активно готовиться к походу на Украину[24].

 

Начиная с 18 февраля немецкие и австро-венгерские части численностью более 230 тысяч человек (29 пехотных и четыре с половиной кавалерийские дивизии) стали переходить украинский участок линии Восточного фронта и продвигаться в глубь Украины. 19 февраля немецкие войска вошли в Луцк и Ровно, 21 февраля оказались в Новоград-Волынском. Австро-венгерские войска вторглись в пределы УНР 25 февраля, перейдя приграничные реки Збруч и Днестр, и с ходу заняли города Каменец-Подольский и Хотин. Австрийские военные силы, наступая на одесском направлении — вдоль железной дороги Львов — Тернополь — Жмеринка — Вапнярка, быстро оккупировали Подолию. При продвижении оккупационных войск вдоль линий железных дорог малочисленные украинские войска УНР, хотя и шли в авангарде, полностью зависели от решений немецкого командования. Украинскому командованию нужно было обязательно согласовывать с ним все свои военные операции и тактические действия[24].

 

Правобережная Украина вернулась под контроль УНР практически без боя. Зная, что немцы готовят торжественное вступление в Киев, атаман Гайдамацкого коша Петлюра потребовал от украинского командования дать гайдамакам возможность первыми войти в Киев. На совещании украинских командиров возник острый конфликт по этому поводу между Петлюрой, премьером Голубовичем и новым военным министром Жуковским. Премьер и военный министр были категорически против предложения Петлюры, считая, что в Киев первыми должны войти основные силы — немцы. Но по приказу Петлюры один из его командиров — атаман Волох — развернул пулемёты гайдамаков прямой наводкой на окна министерского вагона и потребовал согласия на вступление гайдамаков в Киев, угрожая военным переворотом. Согласие премьера и военного министра было таким образом получено, и отряд Петлюры устремился на Киев вдоль железной дороги, опережая на 8—10 часов движение германских сил[24].

 

1 марта передовые отряды армии УНР — гайдамаков, сечевых стрельцов и запорожцев, вступили на западные окраины Киева. На следующий день Петлюра устроил парад на Софийской площади Киева, по которой маршем прошли войска, вошедшие в город. При большом скоплении народа был проведён молебен в честь изгнания большевиков. Парад закончился проведением по площади колонны пленных красноармейцев. На следующий день в Киев прибыли немецкие войска, правительство УНР, Центральная рада. Вступление гайдамаков Петлюры в столицу и их несанкционированный парад вывели руководство Рады и немцев из себя (Петлюра считался сторонником Антанты). Премьер-министр Всеволод Голубович добился полного удаления от войска Петлюры, этого «…авантюриста, пользующегося большой популярностью». Петлюра был освобождён от командования гайдамаками и до середины ноября 1918 года оставался частным лицом, вне армии и большой политики[24].

 

Украинская держава

29 апреля 1918 года в Киеве на Всеукраинском съезде хлеборобов (помещиков и крупных крестьянских собственников, около 7000 делегатов), воспользовавшись затяжным кризисом Центральной рады УНР и опираясь на поддержку германских оккупационных войск, сочувствие офицерских кругов бывшей Русской армии, зажиточного украинского крестьянства и казаков, бывший царский генерал П. П. Скоропадский был провозглашён гетманом Украины. Скоропадский распустил Центральную раду и её учреждения, земельные комитеты, упразднил республику и все революционные реформы. Тем самым была упразднена Украинская Народная Республика и установлена Украинская держава с полумонархическим диктаторским правлением гетмана — верховного руководителя государства, армии и судебной власти в стране[24].

 

Несмотря на то, что новая власть не пользовалась поддержкой ни украинского населения, считавшего Скоропадского «узурпатором» власти, ни «русских кругов», которые восприняли гетмана как сепаратиста и противника единой России, с переворотом смирились — Центральная рада не была способна решительно бороться за власть и капитулировала, а русские офицеры-белогвардейцы не были организационно и идеологически подготовлены к выступлению[24].

 

3 мая было сформировано правительство во главе с Ф. А. Лизогубом. Украинские социалистические партии отказались сотрудничать с новым режимом. Скоропадский был намерен искать опору в старом чиновничестве и офицерстве, крупных землевладельцах и буржуазии. К 10 мая были арестованы делегаты Второго всеукраинского крестьянского съезда, а сам съезд был разогнан. Оставшиеся на свободе делегаты призвали крестьян к борьбе против Скоропадского. Первая всеукраинская конференция профсоюзов также вынесла резолюцию против гетмана. Гетман запретил созыв партийных съездов УСДРП и УПСР, но они, проигнорировав запреты, тайно собрались и вынесли антигетманские резолюции. Земства Украины превратились в центр легальной непримиримой оппозиции гетманскому режиму[24].

 

Петлюра, возглавлявший в этот период Союз земств Украины, занимался распространением своих идей среди мелкого и среднего крестьянства через земские учреждения, кооперативные организации, провинциальное духовенство и сельское учительство. Как признавал позднее начальник собственного Штаба гетмана Б. С. Стеллецкий, «все его [Петлюры] распоряжения из центра доходили до народных масс намного быстрее и точнее, чем распоряжения Скоропадского через его бюрократический аппарат. Так же и обратно, Петлюра через те же организации получал значительно более точную и полную информацию о настроениях на местах»[30].

 

С. Петлюра, В. К. Винниченко, Н. Е. Шаповал с другими левыми эсдеками и эсерами и в сотрудничестве с Крестьянским союзом («Селянская спилка») создавали теневые структуры оппозиционной власти по всей стране, проводили подпольные съезды партийных ячеек и тайные совещания влиятельных местных деятелей, которые собирались в провинции или в окрестностях Киева, местные земские собрания, кооперативные съезды и пр.[30]

 

Тем временем в мае 1918 года на Украине началась настоящая крестьянская война, которая быстро охватила всю её территорию. Главными причинами стали возобновление помещичьего землевладения и террор карательных и реквизиционных отрядов интервентов. Против насилия австро-немецких войск и гетманской «варты» (стражи) выступило вольное казачество, отказавшее в поддержке своему гетману. В ходе крестьянских восстаний только за весну и лето погибло около 22 тысяч солдат и офицеров оккупационных сил (по данным немецкого Генерального штаба) и более 30 тысяч гетманских вартовых. Восстания крестьян практически сорвали сбор и вывоз продовольствия[24].

 

В конце мая был создан межпартийный правоцентристский Украинский национально-государственный союз. Вначале он ограничивался умеренной критикой режима и правительства, но с ослаблением германского влияния и, соответственно, позиций гетмана, его деятельность становилась всё более радикальной[24].

 

В ночь на 27 июля, на основании полученных Штабом гетмана агентурных данных о подготовке антиправительственного заговора, по согласованию с немецким командованием были произведены аресты нескольких десятков украинских политиков левого толка (среди них были, в частности, Н. В. Порш, Ю. Капкан и др.). Петлюра был помещён в Лукьяновскую тюрьму, где содержался без предъявления обвинения[30].

 

Тем временем в августе, с присоединением украинских эсдеков и эсеров, «Селянской спилки», петлюровского Союза земств, Украинский национально-государственный союз стал именоваться Украинским национальным союзом. В середине сентября его возглавил лидер УСДРП Владимир Винниченко, который сразу же приступил к поиску контактов с повстанческими атаманами. Винниченко и Никита Шаповал тайно от других лидеров Национального союза пошли на переговоры с советскими представителями Х. Г. Раковским и Д. З. Мануильским, которые вели в Киеве переговоры о мире с Украинской державой. Раковский и Мануильский, со своей стороны, надеялись подтолкнуть все оппозиционные силы Украины к восстанию против гетмана и укрепить большевистское влияние на Украине. Они обещали Винниченко, что в случае победы украинских социалистов Советская Россия признает новое правительство Украинской республики и не будет вмешиваться в её внутренние дела[24].

 

Осенью, в связи с явным приближением поражения Центральных держав в войне, гетман Скоропадский начал лавировать и искать пути к сохранению власти и налаживанию союза со странами-победительницами. Было объявлено о грядущей аграрной реформе и парламентских выборах. Гетман пригласил Национальный союз на переговоры по формированию нового правительства «национального доверия». 24 октября был окончательно сформирован новый кабинет министров, в котором Национальный союз получил лишь четыре портфеля. Состав кабинета министров (в котором присутствовали лица, ориентированные на Белое движение) не устраивал лидеров Национального союза, и Винниченко неожиданно заявил, что Национальный союз продолжает оставаться в оппозиции к режиму гетманской власти[31].