И все в белой холодной пыли. И Москва согрета только теплом метротоннелей и любящих сердец. Темнеет рано, улицы пустеют, и только в желтом свете уличных фонарей дрожат и искрятся мелкие хлопья. И горит свет на кухнях, пыхтят на газу чайники. И новости звучат фоном, бессмысленные и ледяные. Медленно ползут по небу серые тучи. Всю ночь. А я наслаждаюсь пушистым белым одеялом, в одиночестве, сквозь сон надеясь, что утро не настанет ближайшие месяцев пять.