Вчера, тихим майским вечером (если не считать пьяных лошадушек в белых фартуках и толп счастливой молодежи с разбитыми хлебалами) узнал я, как Шульц назвал маленького Шульца.

Эмиль Александрович.

Кио, наверное? Вот такого от Шульца не ожидал.