Обещанный вчера криатифф:

Штрек-2

Из кинорецензий Арика Векслера

У меня появилась кошка. Её зовут Зёпа. Изначально предполагалось, что это кот. Назван он был Бегемотиком, в честь легендарного зоопиромана из «Мастера и Маргариты». Однако иностранное происхождение родителей заставило нас передумать и переименовать этого якобы кота в Цеппелина, поскольку объемы маленькое чудовище набирало просто катастрофические. Ничто, тем не менее, не предвещало беды, кроме полового вопроса, ведь Цеппелин оказался девочкой, а мы слушали Led Zeppelin. Сокращение Зепа совершенно не радовало, как и Цыпа – так что назвали Зёпой.

Так вот, вторая часть этой шахтерской саги, этой фантасмагорической дилогии, эпохального полотна о потомке самураев и драконов, работающем в болотах и шахтах Донбасса, Зёпу не впечатлила. Даже игривый ломающийся голосок Брандераса не оказал на Зёпу такого действия, какое может оказать на грамотную кошку простая надпись мелкими буквами «Экстракт валерианы».

Для тех, кто не знаком с историей создания этого кинофильма, расскажу немного о происхождении идеи и сценария: Замысел «Штрека» родился у молодых украинских кинематографистов сразу после появления на экранах их родной страны первых выпусков известного каждому советскому человеку анимационных комиксов о похождениях крокодила Гены и Чебурашки. Немногие знают, что в основу книги Успенского легла древнеяпонская детская сказка о сыне Годзиллы (точнее, Годжира, поскольку в традиционном японском произношении нет буквы Р) по имени Крокоджиро Генэ, который после смерти своего легендарного отца переселился в мир людей, где нашел друга – говорящего покемона Тебураскэ (это имя народности айнов, населявших северные острова Японии, Успенский переделал в более привычное русскому уху Чебурашку).

Молодые донецкие ребята мечтали снять полнометражную картину, чтобы раскрыть в ней всю глубину характеров Гены и Чебурашки. Однако они прекрасно понимали, что олигархи от анимации П. Хитрук, Ю. Норштейн и В. Котеночкин, связанные кровными узами с японской киномафией (точнее с кланом Сони Пикче), никогда не позволят сделать такой шедевр, который бы затмил славу Годзиллы, его сына Гены и покемона Чебурашки. Забегая вперед, скажу, что японцы своей цели частично достигли.

Что интересно, отрицательная героиня Шапокляк, которая везде появляется со своим помощником киберкрысой-электропокемоном Ларисой, не имеет прямого прототипа в японских сказках. В мифах о Годзилле и его сыне встречается, правда, злой владелец по изготовлению шляп из рисовой соломки и вулканического обсидиана, но такие герои есть во многих сказках: У Льюиса Кэрролла это Сумасшедший Шляпник (Madhatter), в «Пиноккио» и «Буратино» - это Карбас-Барабас… Всегда есть кто-то, связанный с безумными головными уборами – иногда это человек в кожаной кепке или пыльной будённовке. И все же имя Шапокляк не имеет ничего общего с ее образом. Она носит обычную папильотку, в то время, как французским термином «шапокляк» обозначалась совсем другая модель – складной цилиндр, который при трансформациях издавал своим пружинным механизмом характерный щелчок – «кляк».

Долго ли – коротко ли, а юные украинские дарования перебрались, наконец, в землю обетованную для каждого «западенца» - в Канаду. В этой свободной стране они смогли снискать не дававшие им покоя лавры признания. Да, этим паренькам из Донбасса пришлось даже сменить имена, чтобы их не настигла месть якудза от кинокамеры, но дело сделано – на экраны всего мира вышел сначала первый, а теперь и второй «Штрек».

Во втором «Штреке» зритель снова не узнает захватывающую историю появления Штрека на земле тогда еще советской Украины, которой поделились с нами близкие к националистическим кругам высшего украинского руководства отаку. Оказывается, по совету Джорджа Лукаса, создатели «Штрека» решили перенести изложение этой истории в последующие части саги.

Сегодня, когда простой донбасский паренек Шрек стал известен каждому жителю планету, у которого есть видеомагнитофон или деньги на билет в кинотеатр, можно приоткрыть завесу тайны.

Оказывается, злобная Шапокляк, приехав из Одессы в Ленинград под видом администратора областной филармонии, опоила Гену рижским бальзамом. Гена легко поддался на предложение поработать в курортных городах баянистом-массовиком, поэтому сразу же пошел к Шапокляк в номер гостиницы «Астория», где и был зачат в пьяном угаре его единственный наследник – Штрек.

Шапокляк не была создана для материнства, поэтому оставила новорожденного зеленого младенца на Киевском вокзале, где его подобрали добрые шахтеры. Маленький Штрек был усыновлен добрыми гигантами – бездетной семье Тараса Працюка и его жены Лизаветы. Закончив три класса церковно-приходской школы в заброшенном логове шахтеров-националистов, Штрек, как его назвали приемные родители, пошел работать в забой. Его мускулистое и извилистое тело легко протискивалось в самые узкие и сложные проходы шахты. Часто он приносил домой найденные в подземных закоулках чудные штуковины от Хозяйки Подземной горы, которая переехала с Урала в Днепропетровск, чтобы завладеть всем топливно-энергетическим комплексом незалэжной Украiны.
В 1990 году Штрек почуял в себе неутолимую тягу к странствиям. Он решил найти землю, которая стала бы ему настоящей Родиной, где он смог бы построить свой собственный дом. И такой землей стала сказочная Ирландия, где Штрек впоследствии и нашел свою жену – дочь пары голливудских продюсеров Дэвида и Джерри Цукера, ставших настоящими королями пародий на советский киножурнал «Фитиль». О приключениях юного эмигранта Штрека Працюка, осваивающего плодородные ирландские болота со своей женой, и повествует лента «Штрек-2».

Чтобы не портить впечатление у тех, кто еще только собирается посмотреть эту широкоформатную, цветную киноленту с реалистичным звуком отрыжек и хлопанья ресниц, я не буду рассказывать, что случится с главными героями. Но – я настоятельно советую посмотреть фильм немного постаревших, но юных духом украиносов. Шахтер на приеме у голливудских продюсеров трансвеститов – это что-то - я плакал весь. А Крестная фея - смотрящий авторитет всей гомосексуалистской мафии Лос-Анджелеса – укатайка полная. Короче – я не согласен с Зёпой – кино правильное, оценка – твердая пятерка.