Дети покладистые, слегка ошалевшие от новых впечатлений. Подрались всего один раз, и то когда никто не видел.
*
В доме, где мы живем, есть собака по имени Вик, веселый шумный пес. Максу нравится:
- Хорошая у вас Вика… Только лижется много. И лапы мне на живот ставит зачем-то.
- Да не Вика, а – Вик! Полное имя – Ордовик.
- Хороший у вас Бордовик...
*
Очередная попытка научить Макса играть в карты. Мучительно пытается вспомнить, как называется дама.
- Ну эта… короляшка!
*
Понаблюдал как дед, покряхтывая, принимает лекарства. Шепчет мне в ухо:
- Я ведь не старый, да? Я еще новый?!
*
Горячий Ключ. Удивительные здесь деревья. Пушистые, шумящие, и такие высокие, что голова кружится от счастья.
Степе не кайф ходить по тропинкам и аллеям, он лезет по скалам и кручам. Приплясывает на крутых обрывах, дурашливо изображает, как он вот-вот сорвется. Макс пыхтит: "Я тозе" и лезет за ним. Мне ничего не остается, как, чертыхаясь, карабкаться следом. А все думают, что мы такие офигенные дружные альпинисты.
Гора Петушок - скалистый гребень, нависающий над рекой.
Макс: "Полезли на эту Курочку". Полезли. Уселись на гребень. Страшно и хорошо. Я бы тут села с блокнотом и писала бы. И смотрела, как солнце садится.
*
Перед сном, Макс, неожиданно.
- Знаешь, мама. Я на тебя гордюсь.
*
Дача тети Аллы. Маленький домик, заросший сорняками огород. Никто из соседей не знает, что тетя Алла - профессор, доктор наук, проректор Кубанского университета.
У ворот грозная дворняга по кличке Боцман, лает сердито. Ему объясняют, что мы свои, и он тут же дружелюбно вывешивает розовый язык.
Это не ее собака. Это пес - беспризорник. Он ходит сюда в гости. И охраняет ее.
- Мы друзья.
- Боцман, ты чего разлегся на цветах!
- Не гони его.
- Он тебе все цветы помнет.
- Друзья дороже, чем цветы.
Цветы торжествуют повсюду - яркие, жизнерадостные.
- Да ну его к черту этот огород. Здесь растет только, то за чем мне в радость ухаживать.
У нее поседевшая шевелюра. Глаза за очками - огромные живые умные. Сто лет, сто лет мы не виделись.
- Лера, какие у тебя мальчишки! Как ты с ними управляешься?
- Ну ... не расслабишься.
- Я вот думаю… Это же постоянно надо быть готовым принимать педагогические решения… Сейчас в эту минуту, в этом конфликте. Молниеносно…
- Так и есть. (пару секунд горжусь собой)
Неумело наклеенные обои. Два матраса на полу, аккуратно застеленные старенькими покрывалами. Огромная банка с окурками, плотно закрыта крышкой.
- А зачем закрыта?
- Чтобы не пахло.
- А чего не вытряхните окурки?
- Наполнится – вытряхну.
Умывальника нет: где-то внизу из стены торчит труба с вентилем и под ним тазик. Чайник и чашки для кофе – основательные, уютные. В чашках для чая – семена цветов. На бревенчатых стенах приколоты мохнатые ослепительно красивые бабочки.
- Вот эту, самую большую, внук поймал.
Скрипучий журнальный столик. На нем ноутбук и настольная лампа, провода перемотаны изолентой. Повсюду - на полу, на табуретках, на подоконниках сложены стопки листов, испещренные формулами. Научные труды, курсовые студентов, дипломы. Книги – тоже стопками – и тоже везде. Сажусь над ними в оцепенении.
Наука, она творится не на кафедрах, не в аудиториях, и не в лабораториях.
Она вот здесь – на ветхой запыленной даче, где цветы, пес Боцман, и внук, который ловит бабочек.
Тетя Алла. Я на тебя гордюсь.