http://www.liveinternet.ru/images/attach/1/3504/3504215_zima_kupaetsya_v_snegu.mp3
С чем - с чем, но с идеями у меня всегда было тяжело. Ну в том смысле, что их было слишком много.

Вот и тогда я напридумывал с десяток названий и эмблем, кучу церемоний по приёму в клуб, положение о членстве в клубе, всякие опознавательные значки и нашивки для членов, список мероприятий для нового сообщества, кодекс членов клуба и ещё не помню чего.

В те времена для всех участников моих походов я обязательно самолично рисовал нашивку с эмблемой именно этого похода и делал знамя. Мне казалось, что это помогает людям острее почувствовать свою сопречастность, оставляет более глубокую и оригинальную память о каждом походе.

Помню, что среди придуманных мною для клуба эмблем и названий был Поющий Медведь с гитарой, который тогда у меня, почему-то, ассоциировался с самим Ланцбергом. Была также Поющая Рыба, опять же с гитарой, и много метаморфоз самой гитары, например, в гуся.

В красном уголке, как и в первый визит, царила атмосфера ожидания. Часть людей была та же, появились и новые лица. Никакого действа не происходило и, видимо, не предполагалось.

Как и в прошлый раз, Ланцберг тихонечко беседовал, переходя от группы к группе. На этот раз я уже сам перехватил его, дочка была при мне, и время Ч оставалось прежним.

Торопливо разложив свои бумажки и зачитав первую страницу предложений, я почувствовал, что мой любимый автор песен и основатель нового клуба несколько смущён и даже испуган моим напором, изобилием и откровенной несерьёзностью.

- Ты знаешь, - сказал он, - Мы всё это обязательно используем, но не сейчас. Мы решили, что наш клуб будет называться не Клубом Туристской Песни, а Клубом Самодеятельной Песни - КСП. Для этого есть много политических причин. Нам нужно себя утвердить. Ты знаешь, как трудно получить разрешение и помещение?
Я знал.
- А насчёт эмблемы и флага, у нас здесь появились девушки из художественного училища. Ты поговори с ними, изложи свои идеи, они всё нарисуют и сделают - завершил нашу беседу Основатель.

Тут он представил меня хорошенькой, молоденькой, тоненькой, розовой девушке по имени Люда Лебедянцева. Вот не помню, была ли Люда тогда одна, или вдвоём с Юлей Киндер, тоже молоденькой и хорошенькой.

Ну что я мог им сказать?

Стыдливо и торопливо раскинул на минуту перед ними свои наброски, пробормотал что-то про эмблемы и знамя, обьявил, что я, как непрофессионал, полностью полагаюсь на них - профессионалок, и поскорее убежал с папкой и с дочкой подмышками, чтобы окончательно не влюбиться.

Пишу эти строки и думаю: - Ну зачем всё это рассказывать, изображать себя этаким генератором идей, извлекать из склерозов памяти собственные небесспорные впечатления? Не означает ли это, что я полусознательно пытаюсь спекульнуть на любви к Ланцбергу, подсунуть вам себя, любимого на его фоне?
Нет, ребята. Стараюсь, как выходит, предельно честно, рассказать что припоминаю. Всю жизнь чурался корысти.

Конечно, лучше бы было обо всём говорить при жизни. Ланцберг хотел написать о Клубе Самодеятельной Песни Саратова и собирал для этого материал. Именно с его подачи Полина пару лет назад переслала мне списки фактов-воспоминаний о том, что, где и как было, составленных Мишей Бяльским и самим Ланцбергом.
Мог бы поместить их сюда, но они требуют обработки, и, боюсь, уж совсем не достигну цели, объявленной вначале.

Я пишу не о Клубе Песни, а о своих чувствах к песням Ланцберга. Хочу делить их с вами.
http://www.liveinternet.ru/images/attach/1/3504/35...tixo_na_sever_katitsya_den.mp3