Я разбирался сам с собой.

- Чего ты ещё ждёшь? Трус! Это трусость!
Чего тебе ещё нужно, чтобы уничтожить этих подонков? Я знаю. Он хочет, чтобы я начал первый. А я не могу.
Мне надо, чтобы он меня ударил. Я не могу ударить человека первым.
А может это трусость?

Больше всего я боялся, что они вдруг повернутся и уйдут. Вот тогда я пропал.

- Ударь! Ударь меня! - почти умолял я его про себя.

Вместо этого он набрал в рот слюны и плюнул мне в лицо. Плевок повис где-то недалеко от уха.
Я не двинулся.

Тогда он плюнул ещё. На этот раз я почувствовал слюну над правой бровью, рядом с глазом.

Ещё секунда, и они уйдут. Тогда я покончу с собой.

И тут он мне помог. Он ударил меня.

Ударил совсем не той рукой, какой я ожидал. Без замаха, огромным мощным кулаком, но не очень сильно потому, что я не упал и только на миг лишился сознания.
Удар попал точно в нос.

Все, кто когда-нибудь хоть как-то получали в нос, хорошо знают освежающее, бодрящее действие этой процедуры.

Время кинематографически растянулось. Вся накопленная веками ярость бросилась в мою голову. Эта ярость была смешана с ликованием пружины, освободившегося от табу затвора.


(Продолжение следует.)