Семилетняя школа, в район которой попадал наш двор, находилась с противоположной стороны большого городского квартала. Чтобы попасть в эту школу, достаточно было, не переходя улицу, обойти квартал.

Все ребята из двора должны были стать первокласниками в один 1954 год. Девочки начали посещать школу на год раньше и попали, почему-то в другую, на противоположенном квартале.

Больше всего я боялся, что Толик окажется со мной в одном классе потому, что я тайно готовил своё сердце к многочисленным влюблённостям в однокласниц, которых ещё не видел.
Антисемит - Толик своими непрекращающимися обзываниями и нареканиями за спиной, сразу же раскрыл бы им всем секрет моего еврейства и тем самым разрушил бы внутреннее реноме тайного донжуана. Ну на какую же любовь мог претендовать презренный, отверженный еврей, жид?

Нужно сказать, что к тому времени я уже имел опыт, и немалый, не только платонических отношений с девочками.
Однако, свою управляемо-неуправляемую платоническую влюблённость неизменно ставил превыше всего. Уже тогда, ещё не прочитав даже первых своих книг, я чётко разделил любовь на небесную и земную. Как я после узнал, вполне в соответствии с классическими мужскими штучками.

К моему счастью, Толик оказался в другом классе. Я учился в классе "1б" вместе с Олегом. Другой мой дворовой дружок, Виталик, учился в классе "г".
Первых классов было много. Школы запрудила самая первая волна послевоенных бебибумеров.

В школу я пошёл ,уже умея хорошо читать. Я даже успел к тому времени прочесть такую толстую книгу, как "Таинственный остров" Жюля Верна.

А вот писать хорошо я не умел.
Научиться писать, было второй тайной целью, после любви, при поступлении в первый класс.

Писать мне необходимо было для того, чтобы записывать стихи.


(Продолжение следует.)