Глава седьмая.
«У них не было решительно ничего общего, ни одной точки соприкосновения». 

(Дж. Лондон, «В далёком краю») 



Его родной брат — убийца. И как же жить со всем этим прикажете теперь? 

Да, как же жить с этим прикажете в одном доме теперь, с убийцей-то? И каждый день его ещё видеть? 

Зяме хотелось орать во весь голос. И он почти наяву видел, как орёт, да братьев пугать не хотелось (даже старшего, убийцу). 

С другой стороны, рвущее душу чувство надо было куда-то девать, а само оно, пёс его заешь, никак уходить не желало. 

— Успокойся, Зяма, — наконец попросил его Лис. 

— Да успокоился уже, — огрызнулся тот. А самого трясло так, что все кости дрожали. И причём явно не оттого, что Лис плохо избу протопил. 

Или всё-таки оттого? 

Решив проверить, Зяма отправился в баню. И не только с целью согреться — сейчас ему куда важнее было быть одному. 

— Мой старший брат — убийца, — произнёс он неслышным шёпотом, одними губами, лёжа в лохани с горячей водой. — Мой старший брат — убийца. 

И что самое поганое, не было во всём свете никого, кому он это рассказать бы мог! 

Ну вот Лис, например, был последним, кому бы стоило о творившемся у Зямы в душе рассказывать. Даром что брат и уже родной почти. 

— А было бы лучше, если бы они продолжали по земле ходить да безнаказанно свои чёрные дела творить? — спросил как-то Лис. И глаза его при этом смотрели не по-лисьи, но по-упыриному жёстко. 

— Да того, что он сделал, ни один крысохвост не сотворит! — возмутился в ответ Зяма. — Вот как мы теперь остальным смотреть в глаза будем?! 

— А ЧТО он сделал? Гадам тем отомстил? А что, надо было и дальше смотреть, как они спокойно по земле ходят? Бог вот что-то не торопился их наказывать, если ты не заметил! 

— Но не убивать же их! — воскликнул Зяма, всплеснув руками. 

— Второй раз спрашиваю — а ЧТО надо было тогда делать? — повторил Лис и тихо ругнулся себе под нос, как именно, брат не разобрал. 

— А потом вы со Зверем рассказываете, что здесь, под Рязанью, много разбойников развелось, — недовольно заметил Зяма. — А сами-то мы их лучше, можно подумать?! 

— А раз можно, то и подумай. Если знаешь, как это делается, — процедил в ответ Лис, развернулся и вышел. 

Так что ему Зяма никогда не стал бы рассказывать. 

И вообще, в последнее время средний брат что-то стал его раздражать. Тоже, второй хозяин дома нашёлся. Самому до совершеннолетия ещё как до хреновой звезды, а уже взрослого из себя корчит! Думать вон, видишь, приказывает, второй император стал прямо! 

Да он лучше бы подумал для начала, как им теперь в глаза землякам-то смотреть! 

И что только те теперь скажут, аж страшно подумать... «А-а-а, а мы ведь так и подозревали, что не такой уж добренькой эта волчьелисья семейка окажется, ведь волки — они и есть волки!» Вот хоть из деревни теперь насовсем уезжай! 

Эх, Зверь-Зверь, что же ты наделал... 

Нет, ну был бы это какой-нибудь другой волк, стайный, тогда Зяма бы понял! Но Зверь?! 

Да ведь он хотя бы потому не был в стае, чтобы на других волков ничем не походить! И теперь что же, он нисколько не лучше этих самых «других волков» оказывается?! 

Да, выходит, зря только Зяма все эти десять лет его не таким, как все волки, считал... 

И как вообще Лис его по-прежнему как старшего брата может любить?! Вот сам Зяма небось никогда в жизни бы больше не смог! 

И исчезнуть из деревни, к сожалению, тоже бы не смог. Да и куда он исчезнет в таком возрасте? В детдом его обратно не возьмут, а один он пока жить не сможет! 

И с братом тоже не сможет. И что делать? 

Да уж, вот так и получается: вместе — неладно, врозь — негораздо... 

Эх, и чего ему в детстве-то не сиделось, всё хотелось когда-то побыстрее вырасти? Вот он уже почти вырос и что хорошего? 

Да уж какая сейчас совсем недетская жизнь с её заботами началась, пёс её ешь, так сопляком куда лучше было! 

И разгребать все эти заботы он один должен, главное! Не братьев же, убийцу-то с подпевалой, о помощи просить! 

А он ещё переживал, что никогда не вырастет, будучи фейри. Да лучше бы действительно не вырос. Тогда хоть всё это разгребать бы не пришлось. 

И да, нашёл, дурак, беду, что фейри родился! Да не волком же рождаться-то, в конце концов! 

И уж тем более не лисом. А то вон какие лисицы-то пошли, прямо хуже волков! 

Нет, видик у этого чернобурого гада, конечно, будто только что с обложки этого... как его , мать его, который первопоселенцы до Катастрофы читали, ещё слов на Всеобщем такое мудрёное... а, журнала, вот. Но Зяма всё равно никогда в жизни не захотел бы им родиться. 

Вот даже сам Зверь, даром что убийца, всё никак пережить не может, что тех двух поганцев к праотцам отправил. А Лису хоть бы хны, делает вид, будто ничего и не было! 

Да уж, бывают же на свете такие братья, что и врагу не пожелаешь... 

Да и вообще, не таких-то родственников он бы себе выбрал, если бы мог. Ведь братья должны хоть чем-то походить друг на друга. А у него что? 

С одним братом вообще ровным счётом ничего общего нет, с другим — и того меньше! 

Так что верно Лис говорит, из него разбойник — как из сов-оборотней дневной дозор, даром что он в печально известной Одессе родился. Ведь он же и близко не такой (и слава Богу!), как старший брат. 

Вспомнив о разбойниках, Зяма вздохнул и покачал головой. Да уж, каким дураком ещё недавно был, во что играл — аж вспомнить стыдно! 

С этими мыслями он уткнулся головой в шею неторопливо тянувшего воду коня. Да уж, дурак — дурак и есть, прости Господи! 

И вдруг кто-то, неслышно подкравшись сзади, резко схватил за шею уже его самого. А в следующий миг не успевший ничего понять Зяма почувствовал холодное лезвие нож под подбородком и чей-то хриплый грубый голос произнёс прямо в ухо: 

— Ну что, щенок, молись, конец тебе пришёл...
Глава восьмая.
«Ты пушечку-то свою убери. Может, разговор и получится». 

(Сериал «Громовы») 

«Нет, мужик, так у нас с тобой не получится разговор...» 

(Из моего стихотворения «Я с шестнадцати лет вор») 

— Зачем мальца пугаешь? — спросил с усмешкой другой голос. И к Зяме подошёл бородатый мужик в рваной одежде, явно людской. 

— Да нешто креста на мне нет? — ответил второй злодей, всё ещё невидимый мальчишке. — Не отправить же я его к праотцам хотел, а просто сговорчивее сделать! Чтобы выкладывал побыстрее, где тот антихрист, что брата моего зарезал! 

Зяма от неожиданности вздрогнул. Так это ты Зверем интересуешь, что ли, человечина?! 

Только если вы там со своим дружком себе думаете, что вам тут вот так вот, с кондачка, выложат его местонахождение, то не по адресу обратили! Здесь братьев не выдают, в другом месте иуд поищите! 

Но вслух он сказал другое, надеясь потянуть время: 

— Так вы ножи-то уберите, может, беседа и получится. Хотя я вряд ли его знаю, того, которого вы ищете. 

Хотя, конечно, долго ему так время не потянуть. А, с другой стороны, умирать-то тоже ой как не хотелось! Так что же делать прикажете? Тем более если братьев рядом нет, на помощь прийти некому? 

А кстати, Зяма, не припомнишь, кому это ещё недавно тут братья не нужны были? 

— Так что, рассказывать-то будешь али нет? — не дал припомнить первый разбойник. 

— А если не буду, тогда что? — с неожиданной для самого себя нефейрийской (а уж не волчьей ли, кстати?) смелостью прищурился Зяма. 

— Тогда по-другому разговаривать будем, — недобро усмехнулся злодей. 

— А я, может, и не знаю вовсе никакого убийцы, — с самым честным в мире лицом отрезал Зяма. 

— Нам-то не бреши! — гаркнул за его спиной грубый голос второго разбойника. — Колдун сказал, сопляк с разноцветными глазами нужен! Он, дескать, знает, где тот душегуб хоронится. 

Нет, ребята, так у нас с вами разговор не получится, если оскорблять будете... 

— Али ты свои глаза ни разу в отражении не видел? — продолжал первый. 

Зяма сжал кулаки. Так, и кто это у нас на Руси, интересно, настолько совесть потерял, что не только людям открылся, но ещё и помогает таких вот гадам? Надо будет Зверю шепнуть, если уцелеть удастся! 

А ему удастся, если сумеет сообщить братьям о своей беде. И уже даже придумал, как. 

— Ну, ты долго телиться-то будешь?! — не выдержали недруги. 

— Коня дозволите до дому сперва отпустить? А то вдруг вы меня здесь убьёте, кто вас знает? 

— Дозволяем, — кивнул первый разбойник, помоложе. — Нам ты нужен, а не конь твой. 

— Домой, — Зяма хлопнул коня по спине, отчего тот развернулся и ускакал. 

— Ну что ж, мы твоё желание выполнили, теперь и ты наше выполни. Где он? 

— Сейчас покажу, — Зяма повернулся ко второму неприятелю, всё так же стоявшему за спиной. 

А хотя и без показа перетопчешься. Хрен тебе по всей роже, а не Зверь! 

— Вон там эта деревня, где он живёт, — показал Зяма в совершенно иную сторону. И вдруг неожиданно сильно пнул врага куда следует. 

Тот схватился за пострадавшее место и рухнул, скорчившись, на землю. А сам Зяма опрометью кинулся бежать. 

И убежал бы, если бы не тот проклятый камень, что попался ему под ноги. 

Зяма беззвучно выругался и стукнул кулаком по земле. Ну вот не мог он другое время найти, чтобы споткнуться?! 

Да ещё почти на ровном месте! Это же ни в какие ворота! 

Конечно, через мгновение он уже снова был на ногах и хотел бы бежать дальше, но не успел. Вихрем подлетевший первый злодей тут же схватил его сзади за рубаху. 

— Режь его, гада.. — с усилием просипел второй. — Он меня небось без детей оставил, антихрист! 

Первый вновь недобро усмехнулся, кивнул и вынул уже знакомый мальчишке нож. 

Зяма злобно посмотрел на него. Да давай уж быстрее, гадина! 

И пусть Зверь и убийца, но уж лучше самого себя принести в жертву, чем предавать его, как иуда! И причём в руки убийцам куда более худшим! 

И, очевидно, злодей прочёл всё это во взгляде "сопляка". Ибо не стал больше пытаться его расспрашивать, а недобро сверкнул глазами и приставил нож к его горлу. 

Вот только зарезать не успел, к несказанному облегчению мальчишки. Ибо в тот же миг между деревьями мелькнуло до боли знакомое Зяме мохнатое чёрное тело. 

Тот радостно улыбнулся. Ну наконец-то! 

И разбойник, удивлённый было его неожиданной радостью, обернулся тоже. И увидел Лиса, уже успевшего принять, чтобы перед людьми не светиться, человеческий облик и вылетевшего из-за деревьев уже на двух ногах. 

Улыбка Зямы сделалась ещё шире. Ну что ж, сейчас вам всё и расскажут. С удовольствием. И про Зверя, и про деревню, и про всё что угодно. И причём подробно! 

Но перед началом беседы Лис, видимо, решил убрать младшего родственника из опасного места, ибо в ответ на нетерпеливый поторапливающий жест последнего заорал что было мочи: 

— Брат, беги!!! 

— Ах, это твой брат?! — злобно зыркнул на мальчишку второй разбойник, мгновенно перестав корчиться. — Ну так посмотри, как мы его сейчас будем на куски резать! 

И в этот момент, к несказанному удивлению Зямы и Лиса, произошло то, чего они оба меньше всего ожидали...