Вспоминаю. Сумрак коридора. Общага. За каждой дверью кто - то есть и они все ворочаются, шуршат невнятно в своих конурах. А мы просто стояли и пускали дым из легких... просто кто-то умный понял что нам нужно остаться одним... и я невыносимо смущалась этого молчания и с трудом скрывала дрожь волнения, пытавшуюся заставить мою сигарету совершать нервно - коллебательные движения. И тем неменее я была счастлива, это была дрожь счастливого волнения, я просто не хотела чтобы она радовалась за меня, эгоиска, я знала, что настанет критический момент и кто-нибудь что - нибудь скажет и неважно теперь кто. И это было новое начало. И как только я поняла, что неважно кто скажет это первым. Я подняла глаза (нашла в себе смелость) и спросила просто так без предисловий всяких, потому что они нам были не нужны, мы так часто общались мысленно друг с другом, что как будто и не было расставания на этот без малого год, расстования без расстояния. И я спросила: "Ты скучала?" и она так же просто ответила: "Да". И это было самое счастливое сумеречное "да" в моей жизни. И этот сумрак и дым этот сладкий от того что ее он, от того, что в ней он... и тихое это "да" ее - сколько раз я слышала от нее короткое это слово потом, но больше не было того волнения, больше не было того чувства всепоглощающей гармонии, этого невесомого, никому невидимого кроме нас единения глаз и мыслей, потому что тогда я любила ее еще, любила так как никто и жила и дышала для нее только, и говорила для нее только, и ела и спать ложилась для нее только... и долго еще я вспоминала то чудо сумеречное, пока не поняла, что не нужно было ей это "только" не свойственно оно ей было и втягость оно ей было и что не ТАК она скучала, а как - то иначе... и как - то по капле высочилась оно, высохло и пожухло оно, посветлело оно, чудо это. И стало все обыкновенно - улыбки и взгляды - обыкновенные, обыкновенное "привет" и не менее обыкновенное "пока". И теперь мы с ней друзья))) конечно, никто не говорит что это плохо... и сейчас снова чудо и до слез мне его жаль. Правда жаль. Никто за него не заступится. А я смеюсь. А оно жмется в угол глупое, счастье мое такое возможное, и так хочется приласкать его напуганное, тяну руку... а быть может, черт, с ними? с пальцами этими твоими щелкающими, с дружбой этой дурацкой, так ли уж нужна она мне? Ведь не пожалев его я стану ОБЫЧНОЙ. Пустой опять стану. Безцветной, безжизненной опять стану...