.....гы....на мыло приплыло...
Пионерская байка


В 13 лет я была на удивление некрасивым ребенком: очень худой покрытый прыщами
глист с большущей башкой и кривыми зубами . Моя мама меня сторонилась и весь
подростковый период держала меня подальше от родственников и знакомых , на все
лето отсылала меня в пионерский лагерь .


Пионерский лагерь состоял из клоповников с детьми , домика дирекции и пяти
сортиров . Туалеты состояли из кирпичной будки , ямы , закрывающего эту яму
деревянного настила с дырками и г.. вна с хлоркой . Г..вно с хлоркой смердели ,
поэтому туалеты предусмотрительно строили далеко от жилых зданий и обсаживали их
кустами .


Девочки долго думали , что я мальчишка ... В общем , со мной не дружили . В ту
трагическую ночь полуночный понос стал моим единственным спутником . Поносил
весь лагерь: недоспелые фрукты , грязные руки повара и всякое гавно , которое
жрали пионэры с голодухи сделали свое черное дело . Дырки в сортире были
обгажены расстроенными желудками четырехсот человек и девочки ходили ср..ть
парами : одна срет , другая светит фонарем , чтоб первая не влезла в продукты
распада предшественниц . Мне никто не хотел светить фонарем , поэтому в ту ночь
я высеривала солянку в гордом уединении; в тусклом свете фонаря были видны
только очертания , и , сидя в сортире , я смирилась с тем , что уже влезла в чье
- то скользкое дерьмо .


Вдруг какая-то тень метнулась прямо на меня , я заорала , резко дернула
неустойчивым телом , ноги проехались по чьему - то поносу и я вошла в дырку как
хорошо смазанная пуля .
Чёрт! Летучая мышь загнала меня по пояс в кучу говна , над головой еле-еле
виднелось очко , если кто-нибудь сейчас придет срать , то состояние мое сильно
ухудшится . Надо выбираться!


Через час , потея и тихо матерясь , я достала до очка руками: это , блин , было
крайне сложно - все твердые опоры были склизкими , как сопли! Ухватившись за
края дыры , я подтянулась и высунула башку : от свежего ветерка закружилась
голова и я удержалась на с трудом доставшихся позициях только волей к свободе .
Подтянулась еще и оперлась на руки : нужно за что - то ухватиться , чтоб не
соскользнуть . Все вокруг было скользким , зацепиться можно было только за
поперечную деревянную палку в полуметре от меня , я с остервенением пыталась до
нее дотянуться , шипя от напряжения: - Ну ! Иди же сюда! Дай , я до тебя
дотянусь!..


Вдруг меня ослепила яркая вспышка света , потом какой-то не то вздох , не то
стон , и глухой удар - я перепугалась и... скатилась обратно . Еще полчаса - и я
снова над очком . Так . Тянемся... Есть . Я ухватилась за перекладину и вылезла
на бетонный пол еле дыша от счастья . Отдышавшись , решила идти к речке
отодраиваться .


Метрах в трех от тубзика лежал директор , рядом с ним валялся разбитый фонарик –
подох что ли ? Я побрела на речку , отмылась как сумела , а затем кликнула
людей: может и не подох еще , спасти можно .


На утро нам сообщили , что у директора был удар , вернулся в лагерь он лишь под
конец смены . Говорить он не мог , сидел весь день на крыльце и ему нравилось ,
когда к нему ходили дети . Я навещала его часто , он меня как то особенно любил
- ведь собственно я тогда позвала к нему людей .


На следующий год мы узнали , что перед самой смертью директор ненадолго пришел в
себя . Он сказал , что той ночью он обходил территорию лагеря , случайно услышал
странное шипение в сортире и открыл дверь .


На него из зловонной дыры лез адский говняный лупоглазый глист , протягивал к
нему щупальца и шипел:


- Ну-у-у... Иди же сюда-а.... Дай , я до тебя доссстануууу!..


За лупоглазую обидно , конечно ....



Дуня Нефигаблина.