[показать]
20 июня - день памяти священномученика Андроника, архиепископа Пермского и Соликамского. Он был очень незаурядной и энергичной личностью, его даже называли "огнь пылающий". Будущий священномученик служил во многих епархиях России и Сибири, работал в православной миссии в Японии под началом архимандрита Сергия (Страгородского), будущего патриарха, и епископа Николая (Касаткина), причисленного впоследствие к лику святых.
В 1914 году его назначили епископом Пермским и Соликамским. В жизнеописани святого сказано, что "жизнь владыки Андроника была образцом древнего благочестия. Подвижник, молитвенник и нестяжатель, всякое материальное благополучие он вменял ни во что; шелковых ряс не носил; хотя и был награжден многими орденами, но никогда их не надевал. Архиерейской каретой не пользовался - на ней соборное духовенство ездило по требам".
Время служения святителя было временем расцвета духовной жизни в Пермской епархии: устраивались лекции, беседы, собрания духовенства и мирян, во всех храмах города служились акафисты, после которых проводились беседы. Пастырям епископ советовал не ограничиваться богослужением в храме, но служить и в поселках, «чтобы все имели возможность помолиться. Смотря по местным условиям, можно в одном поселке совершить с вечера бдение, а в селе с утра другое бдение и обедню. Вечером же съездить в другой поселок и совершить там вечерню или акафист с беседою...». Он советовал приходским священникам завести в храмах общенародное пение. Начать со всем известных молитв и кончить тем, чтобы всё богослужение вместе с канонархом исполнялось самими прихожанами. «Таким путем и в жизнь пойдут церковные песнопения, в старину заполнявшие жизнь народную; и теперь они вытеснят собою все грязные, расплодившиеся в народе, песни мирские; научат и благоговению в самом поведении».
Большое значение епископ придавал кружкам ревнителей благочестия. А в 1916 году в Пермской епархии были созданы миссионерские курсы по обличению неверия и социализма, знакомившие слушателей со средствами борьбы с неверием, которое уже не ограничивалось «интеллигентным» населением городов, но широко разливалось по селам и деревням среди крестьян.
Епископ резко отрицательно относился к Григорию Распутину, тот знал это и боялся владыку. Проезжая из Петербурга в Тобольск, Григорий обыкновенно останавливался на два дня в Перми. Ходил в собор, но становился подальше от архиерейской кафедры, тогда как при предшественнике Андроника епископе Палладии стоял всегда впереди у правого клироса.
В 1916 году владыка ездил в ставку Верховного Главнокомандующего с депутацией от Пермской губернии. Во время беседы с императором Николаем епископ стал увещевать государя, говоря ему, что Григорий Распутин личность недостойная, что о нем много говорят грязного, нехорошего, и близость его к царской семье порождает множество сплетен и компрометирует государя. В жизнеописании священномученика говорится:
"Молча выслушал государь святителя, и когда тот кончил, встал с кресла и позвонил в колокольчик.
— Граф, проводите владыку! — сказал государь вошедшему министру двора графу Фредериксу. И сам пошел к выходу. В дверях он обернулся и сказал:
— До свидания, владыка, советую вам не верить всякому вздору.
Император был задет этим выговором. Но святитель не мог не сказать того, в чем был убежден, ища не своей выгоды, а пользы государя и народа".
Святитель никогда не боялся говорить правду. Не шел он на компромиссы и с большевиками, захватившими власть после октябрьского переворота 1917 года.
С февраля 1917 г., после опубликования декрета об отделении Церкви от государства, начались бесчинства и зверства со стороны властей по отношению к Церкви. Владыка за каждой церковной службой обличал распоясавшуюся безбожную власть как разбойников, бесстыдно обманывающих народ.
14 июня 1918 года его арестовали. А 20 июня, в первом часу ночи, святителя повезли расстреливать. В лесу ему велели самому копать могилу. По немощи святитель копал медленно, и палачи ему помогали. Когда закончили, начальник приказал: "Давай ложись!". Могила оказалась коротка, святитель подрыл в ногах, лег второй раз, но и тогда она оказалась короткой, и он снова копал, удлиняя ее. Наконец, когда могила была закончена, владыка попросил помолиться. Палачи разрешили. Минуть десять он молился, затем поклонился на четыре стороны света, и лёг в своё последнее пристанище. Его тут же начали закапывать заживо, но священномученик не подавал признаков жизни. Несколькими выстрелами чекисты закончили свою «работу адову». Перед этим они сняли с Владыки архиерейский наперсный серебряный крест, на цепи от которого затем водили собаку.