[показать]
Вот уже пятый год пошел с тех пор, как были канонизированы больше тысячи новомучеников и исповедников Российских. Но много ли и о многих ли из них мы знаем? К глубокому сожалению, за исключением святых царственных страстотерпцев да патриарха Тихона, почти ни о ком и ничего.
Мало известен в широких православных кругах и священномученик митрополит Серафим (Чичагов), память которого отмечалась позавчера, 11 декабря. А между тем он занимает особое место в сонме новых Российских святых. Прежде всего потому, что его имя неразрывно связано с преподобным Серафимом Саровским - именно о.Серафим (Чичагов) добился канонизации этого всенародно любимого святого.
Но не только как церковный деятель и подвижник прославился митрополит. Помимо прочего, он был талантливым гомеопатом, создавшим самобытную лечебную систему и исцелившим множество людей.

Cвященномученик Серафим (Чичагов) был потомственным русским аристократом, блестящим гвардейским офицером, героем Русско-турецкой войны 1877-1878 годов, богословом и священником, прошедшим путь до митрополита и члена Святейшего Синода. Кроме этого, он также известен как композитор, художник-иконописец и целитель, создавший самобытную лечебную систему. Пройдя через ссылку на Соловках, московские Таганскую и Бутырскую тюрьмы, он был расстрелян в 1937 году на печально известном подмосковном полигоне в Бутово.
Остановлюсь лишь на нескольких, на мой взгляд, наиболее ярких эпизодах его жития.

Он вылечил 20 тысяч больных
После окончания Императорского Пажеского корпуса он участвовал в Балканской войне 1876-77 годов. По возвращении с фронта в Петербург познакомился с праведным Иоанном Кронштадтским и стал его духовным чадом. К тому времени штабс-капитан Чичагов был удостоен 10 российских и иностранных орденов и мог рассчитывать на дальнейшее продвижение по ступеням военной иерархии. Однако в этот период он начал интенсивно изучать медицину в Санкт-Петербургском университете и затем разработал свою оригинальную систему лечения динамизированными лекарствами растительного происхождения, взяв за основу народную медицину, аллопатические и гомеопатические фармакологии, собственные испытания лекарств на больных людях. Чичагов также разработал и блестяще применял проверку своего диагноза с помощью лекарств, которые давались непосредственно в ходе консультирования больного и вызывали моментальное улучшение состояния пациента. По некоторым сведениям, за 10-12 лет медицинской деятельности он вылечил свыше 20 тысяч тяжелых больных, от которых отказались другие врачи.

Явление Серафима Серафиму
А в 1891 году он неожиданно для всех вышел в отставку и в 1893 г. по благословению Иоанна Кронштадтского принял священнический сан и стал служить в храмах Москвы. В 1895 году умерла его жена. В это время он начал работать над "Летописью Серафимо-Дивеевского монастыря" и в 1898 году, после поездки туда, принял монашеский постриг с именем Серафим.
Вспоминая об этой своей поездке в Дивеево, о.Серафим писал: «Игумения приняла меня очень приветливо, много со мной беседовала и, между прочим, сказала, что в монастыре живут три лица, которые помнят преподобного: две старицы-монахини и монахиня Пелагия (в миру Параскева, Паша)... Меня проводили к домику, где жила Паша. Едва я вошел к ней, как Паша, лежавшая в постели (она были очень старая и больная), воскликнула: "Вот хорошо, что ты пришел, я тебя давно поджидаю: преподобный Серафим велел тебе передать, чтобы ты доложил Государю, что наступило время открытия его мощей, прославления". Я ответил Паше, что по своему общественному положению не могу быть принятым Государем и передать ему в уста то, что она мне поручает... На это Паша сказал: "Я ничего не знаю, передала только то, что мне повелел преподобный".
В 1902 г. усилиями о.Серафима была переиздана впервые вышедшая в 1896 г. "Летопись Серафимо-Дивеевского монастыря", после чего он удостоился чудесного видения, о котором впоследствии поведал своему духовному чаду протоиерею Стефану Ляшевскому: "По окончании "Летописи" я сидел в своей комнате в одном из дивеевских корпусов и радовался, что закончил, наконец, труднейший период собирания и написания о преподобном Серафиме. В этот момент в келию вошел преподобный Серафим, и я увидел его как живого. У меня ни на минуту не мелькнуло мысли, что это видение - так все было просто и реально. Но каково же было мое удивление, когда батюшка Серафим поклонился мне в пояс и сказал: "Спасибо тебе за летопись. Проси у меня все, что хочешь за нее". С этими словами он подошел ко мне вплотную и положил свою руку мне на плечо. Я прижался к нему и говорю: "Батюшка, дорогой, мне так радостно сейчас, что я ничего другого не хочу, как только всегда быть около вас". Батюшка Серафим улыбнулся в знак согласия и стал невидимым. Только тогда я сообразил, что это было видение. Радости моей не было конца".
Вдохновленный этим видением о.Серафим решился предпринять казавшийся некоторым его собратьям по духовному сословию дерзостью шаг с целью поставить, наконец, вопрос о канонизации преподобного Серафима Саровского в Святейшем Синоде. Сознавая, что не только всемогущий обер-прокурор Синода Победоносцев, но и некоторые архиереи являлись категорическими противниками канонизации преподобного, он обратился с такой просьбой непосредственно к Государю Императору Николаю II, на которого "Летопись Серафимо-Дивеевского монастыря" произвела очень глубокое впечатление.
Как известно, по настоянию Государя в августе 1902 г. было осуществлено предварительное освидетельствование мощей преподобного Серафима, а год спустя он был причислен к лику святых. В это же время о.Серафим (Чичагов) составил и акафист Саровскому чудотворцу.
К слову, в 1924 г. ГПУ вменило в вину митрополиту организацию прославления преподобного Серафима Саровского. Его посадили в Бутырскую тюрьму, но через месяц отпустили благодаря ходатайству св. патриарха Тихона.
В 1909 г. владыка Серафим также принял деятельное участие в подготовке синодального указа о восстановлении почитания св. благоверной великой княгини Анны Кашинской.

Скажу как полковник полковнику...
Своей решимостью пожертвовать военной карьерой ради служения Богу и Церкви будущий священномученик похож на преподобного Варсонофия Оптинского, который тоже, будучи полковником, ушел из армии в монастырь. Даже звания они были одного - хотя Чичагов был уволен в отставку в чине гвардии капитана, через некоторое время "для сравнения со сверстниками" его тоже произвели в полковники.
Однажды жизненные пути обоих будущих святых пересеклись. Святейший Синод поручил владыке Серафиму провести расследование сообщений о якобы имевших место нестроениях в духовной и хозяйственной жизни Иоанно-Предтеченского скита Оптиной пустыни. Прибыв в монастырь 30 декабря 1911 г. и отслужив там литургию, святитель Серафим целый день провел в Иоанно-Предтеченском скиту в общении со скитоначальником старцем Варсонофием, который упоминался в поступивших в Синод сообщениях в числе насельников монастыря, нарушавших монашеское благочиние. Один из наиболее близких старцу Варсонофию его духовных чад о.Василий Шустин потом рассказывал об этом случае следующее: «Приезжавший в Оптину епископ Серафим (Чичагов) обелил Батюшку, но дело его отзыва из Оптиной уже было где-то решено. О. Варсонофий должен был покинуть скит...» Выяснив безосновательность обвинений, возводившихся на о.Варсонофия его недоброжелателями, и высоко оценив духовный опыт оптинского скитоначальника, святитель Серафим стал убеждать старца принять настоятельство в одном из крупных монастырей, духовная жизнь в котором требовала руководства опытного наставника. Через несколько месяцев старец Варсонофий был возведен в сан архимандрита и направлен настоятелем в древний Старо-Голутвин монастырь в Московской епархии.
В то же время святитель Серафим, будучи строгим блюстителем традиций древнего монастырского благочестия, счел недопустимым постоянное проживание в стенах монастыря мирян, даже если они имели своими духовниками оптинских старцев. Весной 1912 г. после доклада владыки Серафима в Святейшем Синоде был принят синодальный указ, регламентировавший некоторые стороны монастырской жизни в Оптиной пустыни и, в частности, не допускавший постоянное проживание в ней мирян. Религиозный писатель С. А. Нилус, вынужденный в связи с синодальным указом покинуть монастырь, был склонен упрекать в излишней жестокости святителя Серафима, указавшего С. А. Нилусу на недопустимость его проживания в Оптиной пустыни в связи с дающими повод к соблазну обстоятельствами его семейной жизни, которые в свое время послужили архиепископу Антонию (Храповицкому) основанием для отказа С. А. Нилусу в священнической хиротонии.

Архиерейская риза для погребения
28 декабря 1929 г. в Ленинградской тюремной больнице скончался от тифа один из наиболее выдающихся церковных иерархов XX века архиепископ Верейский Иларион (Троицкий), тело которого в грубо сколоченном гробу было выдано родственникам. Взявший на себя организацию отпевания и погребения святителя Илариона, владыка Серафим увидел в гробу изможденного узника. Облачив святителя Илариона в собственные белые архиерейские ризы и водрузив на его главу свою митру, владыка Серафим в сослужении шести архиереев торжественно отпел исповедника и совершил его погребение рядом со своей резиденцией на кладбище Новодевичьего монастыря. Отдавая свое архиерейское облачение почившему исповеднику архиепископу Илариону, святитель Серафим как будто провидел, что ему самому не суждено будет принять архиерейское погребение по церковному чину, и что после своей мученической кончины, без облачения в архиерейские ризы, он будет брошен в братскую могилу со многими другими безвестными жертвами палачей богоборческого государства.

Внучка святого создала скафандр для Гагарина
Интересно, что восстановление вышеупомянутого Новодевичьего монастыря связано с именем матушки Серафимы (Черной-Чичаговой), которая был внучкой священномученика Серафима. Именно она стала первой настоятельницей возрожденной в 1994 году обители и, следуя примеру своего деда, добилась восстановления почитания в качестве местночтимой святой первой игуменьи этого монастыря Елены (Девочкиной).
Она же восстановила и память своего деда, после многолетних поисков обнаружила место захоронения его и других священнослужителей, расстрелянных на полигоне в Бутово. Варвара Васильевна (так ее звали в миру) посвятила много времени и собиранию духовного наследия деда. Ее трудами был издан двухтомник "Да будет воля Твоя", в котором собраны проповеди, духовные и научные работы владыки Серафима.
В мирской жизни Варвара Васильевна была ученым-химиком - доктором наук и профессором. С ее именем связано становление и создание целых отраслей латексной технологии, наиболее известными стали разработки латексных изделий для космической техники, за которые разработчики были награждены Государственной премией. В частности, Варвара Васильевна участвовала в создании скафандра для первого космонавта Земли Юрия Гагарина.