Радует, что не все ещё мозги пропили.
Рецензия:

"ПЛАТА КРОВЬЮ ЗА ДОСТИГНУТЫЕ "ВЫСОТЫ"

НЕВЕЖЕСТВО АПОЛОГЕТОВ ПОСЛЕДНЕГО РУССКОГО ЦАРЯ НИКОЛАЯ ВТОРОГО ВЫЗЫВАЕТ ОТОРОПЬ

Телеканал "Россия" 20 января показал документальный фильм "Николай Второй. Сорванный триумф". В фильме авторы пытались показать, каких высот достигла Российская империя при последнем императоре (на снимке). При просмотре фильма словно переносишься на два десятилетия назад, когда сделавшие карьеру в советское время деятели культуры наперебой стали воспевать "Россию, которую мы потеряли", где поручики голицыны и корнеты оболенские наслаждались упоительными вечерами и "хрустом французской булки" в обществе "гимназисток румяных". Ну а организатором и вдохновителем всей этой идиллии был, конечно же, главный герой документального фильма - Николай Александрович Романов, он же император Николай II.
Приглашенные авторами фильма историки и прочие деятели не скупились на похвалы: "Одна из самых прекрасных фигур в истории России", "Люди не всегда могут понять, что это был за подвиг, что это был за человек". Понять, что это был за человек, лучше всего позволяют его дневники, а дневники Николая II содержат много интересного: "Гулял, убил ворону и катался на байдарке" (17 мая 1904 г.), "Гулял с Дмитрием в последний раз. Убил кошку" (8 мая 1905 г.), "Ездил на велосипеде и убил 2 ворон" (28 мая 1905 г.), "Гулял и убил ворону" (2 февраля 1906 г.), "Гулял долго и убил две вороны" (8 февраля 1906 г.) - и все эти записи сделаны во время Русско-японской войны и первой русской революции! Действительно, понять подобное поведение главы государства в переломный для страны момент может далеко не каждый человек!
То, что Николаю II выпало править в эпоху научно-технического прогресса, создатели фильма выдают за его личную заслугу - и первую российскую кинохронику, аэроплан, автомобиль, подводную лодку. И здесь они проявляют незнание "матчасти": первая отечественная подводная лодка появилась не при Николае II, а при Николае I - в 1837 году, сконструированная бароном Шильдером и способная осуществлять запуск ракет из подводного положения. Однако никто почему-то не считает это, а также появившуюся при Николае I российскую железную дорогу достаточным основанием для создания хвалебных фильмов и биографий (хотя о Николае II их в последние двадцать лет написаны и изданы десятки).
Много хвалили в фильме и командира Семеновского полка генерала Мина за подавление восстания в Москве в 1905 году. Вот только не уточняют методы этого подавления: людям, клеймящим "преступления большевизма", как-то неудобно вспоминать, что подчиненные Мина вели огонь по жилым домам из скорострельных орудий и топили людей в выгребных ямах. Но Мин был не одинок - военный министр в годы первой русской революции А.Ф. Редигер писал в своих мемуарах: "Палицын (начальник Генштаба. - Прим. авт.) мне говорил, как командир одной из кавалерийских бригад генерал Крыжановский ему доказывал в особой записке, что беспорядки быстро были бы прекращены, если бы войска действовали более энергично или, вернее говоря, более беспощадно, не останавливаясь перед сжиганием деревень. Эту записку Палицын передал Дурново и Витте (министр внутренних дел и премьер-министр. - Прим. авт.), которые стали приставать ко мне, чтобы я дал соответствующее распоряжение: " Так что если бы не неуступчивость военного министра, то хатыни в нашей стране появились бы за 40 лет до нацистской оккупации - в благодатные годы правления Николая Святого!
Приглашенные специалисты в один голос восхищались высокими темпами роста российской экономики при Николае II (только не могли прийти к единому мнению: что это была за страна, которой Россия уступала по этому показателю, - Германия или США), но запамятовали, что российская экономика при Николае II была не столь уж российской: к 1914 году иностранные инвестиции в России составили 2,24 млрд. рублей, и если в 1890 году в России было лишь 16 компаний с капиталом, контролируемым иностранцами, то к 1914 году таких компаний стало 457 и были они в среднем богаче и могущественнее собственно российских. Если на одну российскую компанию к 1914 году приходилось 1,2 млн. рублей, то на иностранную - 1,7 млн.
Во многом развитие промышленности при Николае II было обусловлено иностранными займами, прежде всего французскими, но давались они не на развитие промышленности, а на строительство стратегических железных дорог в приграничных западных округах России для обеспечения доставки войск для будущей войны Франции с Германией. К 1914 году сумма задолженности России Франции составляла около 10,1 млрд. рублей, и это позволяло Франции быть для России не только кредитором, но и начальником. Таким образом, развитие российской экономики при Николае II было вызвано не российскими интересами, а узкоспециальными задачами французской Третьей республики, и это унизительное подчиненное положение (подробнее о котором будет рассказано ниже) сохранялось на протяжении всей Первой мировой войны. Если бы не Октябрьская революция, то это продолжалось бы весь ХХ век.
Можно бесконечно долго восхищаться появившимися в России в начале ХХ века автомобилями "Руссо-Балт" и первыми в мире многомоторными самолетами Сикорского, но при этом полезно помнить, что "руссо-балтов" было произведено за 1909-1917 годы всего 600 штук (по 90 машин в год на 170-миллионную страну!), а восемь десятков построенных бомбардировщиков "Илья Муромец" не могли полностью решать задачи стратегической авиации и стали своего рода фронтовыми летающими лабораториями. На них приходилось 30 модификаций, на которых постоянно что-то испытывали: пытались ставить броню, устанавливали орудия (вплоть до 76-мм), применяли сверхтяжелые по тем временам бомбы (до 600 кг) и тому подобное, вот только главную свою функцию - бомбардировку объектов противника в глубоком тылу они выполняли нечасто.
А тем временем Запад быстро догонял: в октябре 1914 года в Италии первый полет совершил оригинальный трехмоторный двухбалочный тяжелый бомбардировщик "Капрони" Са.31, на основе которого было построено 315 самолетов (впервые применены на фронте 25 августа 1915 года, модификация 1916 года - Са.36 с тремя двигателями по 150 л.с. могла нести до 800 кг бомб), а позже 225 бомбардировщиков Ка-46. В Германии уже в июле 1915 года появился средний бомбардировщик AEG G.II, способный нести 300 кг бомб - столько же, сколько и "Илья Муромец" тех лет, но делал он это всего при двух двигателях и вдвое меньшем экипаже.
Но поскольку дееспособность любого государства лучше всего проявляется в ходе экономического кризиса или войны, то кульминацией достижений правления Николая II будет Первая мировая война, которую я предлагаю рассмотреть подробнее.
БЕССИЛЬНАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ
В первые же месяцы Первой мировой войны все страны-участницы пришли к неутешительному для себя выводу, что довоенных запасов вооружений и боеприпасов на эту войну не хватит. Поэтому во всех этих странах на рубеже 1914-1915 годов можно было наблюдать одну и ту же картину: на фронте - строгая экономия боеприпасов, как следствие их дефицита, в тылу - лихорадочная переориентация промышленности на военное производство и строительство новых оборонных предприятий. Но только российская промышленность (показателями которой "в 1913 году" нам предписано гордиться со времен перестройки) оказалась менее всего готовой к таким преобразованиям.
Лучше всего это видно в цифрах: Великобритания произвела за всю войну 47 873 боевых самолета и 52 598 авиационных двигателей, Россия - 5600 самолетов и ни одного двигателя; во Франции выпустили 312 000 пулеметов, в России - 27 927. В 11 раз меньше! Численность русской полевой артиллерии в ходе войны увеличилась на 19%, французской - на 43%, немецкой - на 117%.
Всего за время войны русская армия получила 8529 76-мм пушек, тогда как германская промышленность в конце войны справилась бы с этим заказом всего лишь за три месяца! Словом, в ходе Первой мировой войны русская промышленность с "одними из наиболее высоких темпов экономического роста" почему-то проявила себя хуже всех прочих, поэтому прозвучавшее в фильме утверждение, что наша страна "одерживала победу в мировой войне и была на пороге триумфа, триумф уже начинался:", просто смехотворно: ведь на фронте не хватало даже винтовок. По расчетам Генштаба на три года войны требовалось 17,7 млн. винтовок, а с российских заводов за это время поступило лишь 3,6 млн. Поэтому многие виды вооружений приходилось импортировать - либо большей частью (самолеты, тяжелые орудия, патроны), либо полностью (авиадвигатели, ручные пулеметы).
Поставки выполнялись крайне неаккуратно и с полным пренебрежением русскими интересами, а поскольку до введения программы ленд-лиза оставалось еще более четверти века, все поставленное имущество требовало оплаты, причем средств для этого Росси не хватало. Совокупный дефицит во внешней торговле в 1914-1916 годы составил 2,8 млрд. рублей. Чтобы представить себе масштаб этой суммы, достаточно вспомнить, что почти столько же перед войной правительство было готово потратить на 22-летнюю кораблестроительную программу или что в 1913 году в России в наличном обращении было 2,282 млрд. рублей.
Поскольку денежных средств для оплаты военных поставок не хватало, с 1915 года стала применяться своего рода "оплата кровью" - действия русской армии в соответствии с потребностями франко-германского фронта и непосредственная отправка русских частей во Францию. Эти явления и будут рассмотрены ниже.
ЛЮДИ ЗА ВИНТОВКИ
Зимой 1914-1915 годов в критическое положение на Западном фронте вынудило Англию и Францию обратиться за помощью к России, поскольку перед войной Россию на Западе рассматривали как страну с огромной армией и неисчислимыми людскими резервами. Но это только казалось. Призывная система России, действовавшая в соответствии с Уставом о воинской повинности 1874 года, была несовершенна: 10 процентов населения (жители Средней Азии, Финляндии и так далее) не подлежали призыву вообще, а из оставшихся призывников 49 процентов пользовались различными льготами (единственные сыновья, единственные или вторые работники в семье, лица, непосредственно следующие по возрасту за уже призванными братьями, и тому подобное). Поэтому всю войну на русско-германском фронте не хватало солдат, хотя по населению наша страна превосходила Германию и Францию вместе взятые.
В конце 1915 года, когда одна Россия противостояла Германии и Австро-Венгрии при относительном затишье на франко-германском фронте, наши союзники снова подняли вопрос о посылке во Францию русских войск. В Петроград 20 ноября отправился Поль Думер - французский сенатор, член сенатской комиссии по военным вопросам и помощник по гражданской части военного министра генерала Ж.-С. Галлиени. Военный агент (атташе) России во Франции полковник А.А. Игнатьев писал о его миссии так: "...Вопрос касается посылки во Францию крупных контингентов наших военнообязанных, посылка коих явилась бы своего рода компенсацией за те услуги, которые оказала и собирается оказать нам Франция в отношении снабжения нас всякого рода материальной частью". Поскольку на французских заводах не хватало рабочих рук, а количество заказов постоянно возрастало (в том числе и из России), Париж решал эту проблему, по словам Игнатьева, "просто" и "наивно": заставить Петроград прислать во Францию 100-300 тысяч солдат, вооружить их и распределить по 10-15 человек на роту во всех французских войсках.
И действительно, Думер предлагал послать во Францию 400 000 русских солдат в обмен на поставку из Франции военного снаряжения для русской армии. Солдат предполагалось отправлять во Францию как "пушечное мясо": из них французы предполагали сформировать особые ударные роты французских пехотных полков под командованием французских же офицеров. Таким образом, российских солдат, которые формально были представителями армии полноправного союзника Франции, низводили до уровня колониальных войск, которым не позволено даже иметь офицеров-соотечественников. Следует отметить, что и император, и армейское командование (за исключением начальника Генерального штаба генерала М.А. Беляева) относились к французскому предложению весьма негативно.
Думер 7 декабря был принят Николаем II и в отчете об этой встрече доложил премьеру Бриану, что переговоры идут хорошо и он согласился на просьбу Николая II прислать для русской армии 450 тысяч ружей (из которых добрая половина составляла устаревшие однозарядные винтовки системы Гра образца 1874 года - аналоги наших "берданок"!). Президенту Пуанкаре Думер уверенно сообщил, что добился отправки во Францию русских воинских частей с командным составом из французских офицеров, хотя это заявление было крайне далеко от истинного положения дел, так как начальник штаба Верховного главнокомандующего генерал от инфантерии М.В. Алексеев 14 декабря дал согласие на отправку во Францию одной бригады и телеграфировал Беляеву: "Повторяю, что это (отправка русских войск во Францию. - Прим. авт.) крайность, на которую можно идти только в силу особой необходимости и желания сохранить добрые отношения (с Францией. - Прим. авт.)". Видимо, Думер не хотел открыто признавать свою неудачу в переговорах и тем самым осложнять свою карьеру, поэтому просто обманул президента и премьера.
Сформированная русская бригада для Франции в апреле была отправлена к месту службы, для чего ей пришлось совершить почти кругосветное путешествие: из Самары и Москвы через Сибирь в Манчжурию, а затем - через Полинезию, Индию и Суэцкий канал во Францию. Еще одну бригаду было решено сформировать для действий в Македонии. Всего, по данным французского Генштаба, в 1916 году во Францию и на Балканы из России к ноябрю 1916 года были отправлены 745 офицеров и 43 547 нижних чинов.
В Могилеве 11 мая 1916 года представители французского правительства Вивиани и Тома с одной стороны и Алексеев - с другой подписали соглашение, по которому Россия обязывалась послать во Францию и Македонию (помимо 1 и 2-й) еще пять бригад (50 000 человек плюс подкрепление - 10 000), а 17 мая Тома подписал с военным министром России протокол, регулировавший вопросы снабжения русского фронта артиллерией. Легко догадаться, что этот временной интервал был вызван тем, что Тома известил Париж о своем успехе и в ответ получил "добро" на заключение соглашения о поставке артиллерии, оплаченной, таким образом, жизнями 60 тысяч наших соотечественников.

ЗА РОДИНУ, ЗА... ФРАНЦИЮ!

Была еще одна форма "платы кровью": проведение операций на русско-германском фронте, исходя из потребностей не России, а ее западных союзников.
В августе 1914-го две русские армии (1 и 2-я) начали наступление в немецкой Восточной Пруссии, чтобы сорвать немецкое продвижение на Париж. При этом 2-я армия начала бои на стадии формирования, некоторые корпуса находились еще на марше, далеко от границы. В результате переброска немецких войск с Западного фронта на Восточный позволила французам удержать свою столицу, но ради этого Россия потеряла 70 000 человек.
Ответной благодарности Россия не дождалась: когда в 1915 году русская армия вела тяжелые бои (практически без артиллерии и боеприпасов) и была вынуждена отступать на протяжении всего фронта от Балтийского моря до Румынии, дойдя от границы Германии до Риги и Минска, на Западном фронте сохранялось затишье на протяжении всего года, что позволило Германии к маю 1915-го перебросить на Восточный фронт 90 пехотных и 54 кавалерийских полка.
А зимой французам снова потребовалась помощь. Шли тяжелые бои за Верден, поэтому 19 февраля (3 марта) 1916 года начальник французской военной миссии при русской ставке генерал Пьер По передал генералу Алексееву телеграмму главнокомандующего французской армией маршала Жоффра: "В предвидении развития вполне вероятных германских операций на нашем фронте и на основании постановлений, принятых в Шантильи (на межсоюзнической конференции, где был принят план действий на 1916 год. - Прим. авт.), я прошу, чтобы русская армия безотлагательно приступила к подготовке наступления, предусмотренного этим совещанием".
Итак, Россию просили начать наступление на четыре месяца раньше запланированного. Пользы России от этого не было никакой, но все снова было увязано с военными поставками из Франции, поэтому пришлось соглашаться. В ходе Нарочской наступательной операции (5-17 (18-30) марта 1916 года) две русские армии потеряли 150 000 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести, но запланированного успеха не добились. Зато именно в это время у Вердена наступило затишье, так как германскому командованию пришлось перебросить на Восточный фронт четыре дивизии и ни один немецкий батальон не был отправлен с Восточного фронта под Верден, который французам в итоге удалось отстоять.
Как союзники отблагодарили Россию на этот раз? Снова никак. В вышедшей в 1929 году книге "Верден" командовавший французской армией маршал Петэн ни словом не обмолвился о помощи, оказанной непосредственно ему русской армией, зато подчеркнул, что помощь пришла в мае "от доблестного сопротивления итальянских войск австрийским атакам в Тироле", хотя австрийские войска в наступлении на Верден не участвовали. Через месяц после Нарочской операции посол Франции в России Морис Палеолог на встрече с российским премьером Штюрмером, когда речь зашла о потерях, понесенных ради французских интересов, заявил: "По культурности и развитию французы и русские стоят не на одном уровне. Россия одна из самых отсталых стран в мире. Сравните с этой невежественной и бессознательной массой нашу армию: все наши солдаты с образованием, в первых рядах бьются молодые силы, проявившие себя в науке, искусстве, люди талантливые и утонченные, это цвет человечества. С этой точки зрения наши потери гораздо чувствительнее русских потерь".
Именно такое потребительское, высокомерно покровительственное отношение Запада к гражданам России и стало венцом правления безвольного и недалекого "хозяина земли русской", навязываемого телезрителям в качестве идеала человека и правителя. Но об этом сейчас стараются вспоминать пореже, что может привести лишь к повторению печального опыта. История, бывает, мстит.

Евгений КИСЕЛЕВ
http://www.vpk-news.ru/article.asp?pr_sign=archive.2009.270.articles.rostrum_02