«Две тысячи лет война,
война без особых причин…»


-Ну и как? Передохнём?
Старичёк приобретает образ солдата-пехотинца каким-то случаем незаслуженно прожившим три первых года войны «без единой царапины», как пример соломинки надежды для каждого кто думает о том, что возможно же выжить в этой грязи окоп и осенних дорог больше первых двух атак.
Закуривает ловко скрученную самокрутку, затягивается, заламывает пилотку…
-Слезу выбиваешь?
-Да ладно, что-то вспомнилось. К тому же мне это классово близко, сам от сохи так сказать. Партбилет показать?
-Ты ещё песнь затяни, под гармошку. Царапни гены…
-А что?
Старик достаёт гармошку и затягивает: «Мы так давно, мы так давно не отдыхали…»
Песня с хрипцой прокуренного отвратительным табаком голоса плывёт над раскисшей и раздолбанной маршевыми колоннами дорогой, цепляясь за колонну проходящих по ней Теней и стелясь над хлюпающей грязью, морозит первыми укусами землю.
-На жалость давишь, служивый?
Старик откладывает гармошку.
-Обижаешь? При деле я. А некоторые между прочим нет, муйнёй занимаются…
-Да ты никак жалуешься – собака?
-Собака не собака а место своё знаю.
-Что ж клеешься? Что то зачастил?
-Ошибки свои исправляю, молодости далёкой и глупой. Климат тёплый знаешь ли расслабляет, Магрибы, море, вино, молодые женщины…
Старик откидывается спиной на остатки сломанной берёзки. Набежавшая тучка мелкой моросью заливает всё окружающее медленно превращающееся в одни размытые пятна…
Глаза Старика как будто возвращаются откуда-то…
-Да, не Камбоджа однако… Знаешь, что? Пойду ка я, а ты тут поскучай без меня а то слишком много внимания к твоей никчемной персоне…
-Будь Древний…
Старик не отвечает, он встаёт, забрасывает за плечо чахлый вещмешок, Берёт в руки ППШ.
-Может закончим Всё и Сразу?
-Как то по русски получится, не кажется?
-Что твориться? Что твориться? – говорит Старик и уходит по разбитой дороге вслед прошедшим Теням…
Хлюпанье разбитых сапогов пропадает буквально через пару секунд.
Дождь продолжает шуметь, он видел и не такое, ему не интересно...