На этот раз Старикан украсил себя красивой благородной шевелюрой старого аристократа. Благородная седина.В каждой мочке уха по сережке, тускло сверкающими аристократической древностью. Шкиперская бородка и усы. Превосходный, расшитый золотом камзол. На всей одежде не пылинки. Трость из благородного дерева в правой руке, в левой гавайская сигара.
Всё гармонирует и внушает доверие своей ненавязчивой правдивостью.
-Ну что, располагает?
-Внушает…
-Пыхнешь?
-Нет.
-Не простая, заговорённая… Ну как занешь.
Старикан из выбранной роли не выходит, она ему нравится уже так долго…
Проходят времена, проходят оттиски некоторых, всё проходит. Антураж меняется. Это то немногое что нравится Старичку.
Глаза его принимают неподдельную детскую ясность:
-Поигаремся?
-К чему?
-Манкируешь… А ведь это важно – играть в Слова.
-С шулерами не играю…
-Ну вот опять оскорбления. А ведь у меня профессия такая…
-Порыдай…
-Из любви между прочим. К искусству…
-Конечно же… Беня знает за облаву…
Он молчит и держит паузу, потом залезает на внезапно появившуюся глыбу. Подмигивает.
Пытается поправит шляпу которой у него нет. Щёлкает пальцами. На его голове сначала возникает появляется цилиндр, но тут же исчезает превращаясь в бархатный берет каплевидной формы. Старичок театрально прокашливается:
-Скушай «Твикс»…
Замолкает.
-Склероз…
Толкает:
«Слова и термины - большая сила ибо порождают они ассоциации, которые могут вести туда или не туда. Быть по-настоящему инвариантным относительно терминологии - серьезный уровень внутренней проработки сознания.»
Приподнимает цилиндр и кланяется…
-И как?
-Я шляпу потерял. А то бы снял наверное, а может быть и не снял…
Старичок слезает с камня.
-Резюме благородный дон…
-пикаро..
Старикан пускает слезу.
Слеза тоже благородна…
Она падает в пыль исчезает…