[200x307]
Прикупил роман “[ЗЕМЛЯ] Тайная история красок» из серии «Амфора Travel» от «Амфоры», написанный Викторией Финли. Чтение большинства книг серии ««Амфора Travel» интересно и познавательно с точки зрения получения новой информации о мире, в котором мы живём.
Цитировать, как и все книги вызывающие интерес можно страницами или главами.
По укоренившейся привычке привожу несколько цитат:

«…вы прочтёте о моде, дизайне помещений, музыке, фарфоре, а в главе, посвящённой красной краске, даже о почтовых ящиках. Большинство этих историй разворачивалось до конца 19 века, но не потому что 20 век не интересен, просто после 1850 года произошло столько изменений в области цвета, касающихся разных сфер, что каждое из них заслуживает внимания и могло бы стать предметом отдельного исследования, и такие исследования уже существуют».

«А интересного было немало: рассказ археолога о том, насколько китайцы зависели от Персии, поставлявшей синюю краску (ибо без неё немыслимо было производство знаменитого фарфора эпохи династии Мин); шокирующая новость о том, что английские живописцы, оказывается, грунтовали холсты человеческими останками; или признание ханойских художников, что вьетнамская живопись кардинально изменилась вовсе не потому, что после того, как страна открылась миру, у неё появились новые сюжеты, - объяснение более банально: да просто-напросто к ним извне хлынули новые, более совершенные и яркие краски».

«Индийский жёлтый – вышедший из употребления лак из эксантиновой кислоты; его изготавливали в Индии путём выпаривания мочи коров, которых предварительно откармливали листьями манго».

«Изумрудная зелень, или швейнфуртская зелень – самый яркий оттенок зелёного. В настоящее время от данной краски повсеместно отказались в силу её высокой токсичности. Используется как инсекцид».

«В трактате Чиннини черпали вдохновение многие изготовители подделок. Одним из самых известных британских фальсификаторов 20 века был Эрик Хебборн, ставший своего рода звездой. Он написал несколько книг, но его последнее сочинение «Руководство по подделке произведений искусства» недвусмысленно учит любителей, как изготовить подделку у себя дома на кухне. Он отлично усвоил советы Ченнини и прибегал к ним, чтобы состарить картину».

«В 16 веке на графите, который тогда назывался плюмбаго, зарабатывали огромные деньги при производстве вооружения. Растирание тонким слоем графита внутренней стороны пушечного дула обеспечивало быстрый и легкий выстрел снаряда: всё равно что вынуть приготовленный пирог из смазанной маслом формочки. И только значительно позднее – в конце 18 столетия – этот маслянистый камень переименовали в «графит» за его свойство оставлять следы на бумаге».

“В 17 и 18 веках графит стоил сотни тысяч фунтов, и торговля им находилась под протекторатом Казначейства Великобритании: разработки в шахтах велись в обстановке такой секретности, как будто здесь располагались военные базы. Одно время это пустынное место изобиловало тайнами, здесь совершались подвиги и преступления, при том что шахта работала только семь недель в году, чтобы удерживать на высоком уровне стоимость графита на мировом рынке. Вооружённые охранники обычно заставляли рабочих раздеваться в конце каждой смены, чтобы проверить, не пытаются ли те унести ценные самородки. Тонна плюмбаго стоила примерно тысячу триста фунтов, и не мало людей было готово рискнуть ради таких денег».

«Линии фронта нарисовались , так сказать, в 1794 году, когда француза Николя Конте попросили найти замену английскому карандашу. Изобретатели потратили годы на неизменно провальные пытки положить конец британской монополии на торговлю карандашами, но Конте справился с задачей всего за восемь дней».

«Всего за тридцать лет после изобретения Конте карандашные фабрики открылись по всей Европе. Первя английская фабрика была основана в Камбрии около 1792 года, и её руководство, должно быть, злилось из-за необходимости закупать сырьё в Лондоне, поскольку владельцы шахт поставили условие: весь добытый графит должен проходить через и лондонские торговые дома и затем продаваться на аукционе в первый понедельник каждого месяца».

«…Моя мать была одним из свидетелей, и когда настал соответствующий момент, она вытащила свою авторучку из сумочки и приготовилась расписаться.
«Нет! -воскликнула регистратор, хватая маму за руку. – Ни в коем случае! Вы должны использовать только нашу ручку».
Позднее она объяснила, что их ручка наполнена специально разработанными чернилами для официальных документов: они не только сохраняются на протяжении жизни многих поколений, но и обладают необычным свойством становиться темнее с течением времени. Их доставляют из Центрального бюро регистраций, причём не в баллончиках, а в чернильницах.
«Откровенно говоря, мы их ненавидим: эти чернила слишком густые для того, чтобы использовать их в обычной авторучке, и если они попадают на одежду, то въедаются так, что нипочём не вывести».
Ливерпульская компания по производству чернил «Дорми лимитед» снабжает Центральное бюро регистрации Англии и Уэльса почти половиной тонны регистрационных чернил ежегодно: рождения, смерти, заключение и расторжение браков- всё это предполагает много писанины. Химик Питер Тэлфолл, сотрудник этой компании, объяснил, чем их чернила отличаются от всех остальных…

…содержащиеся в таких чернилах вещества, заставляющие их въедаться в бумагу, - это дубильная и галлиевая кислоты (сегодня в «Дорми лимитед» используют синтетический аналог природных дубовых чернильных орешков), смешанные с сульфатом железа, более известным как купорос. Забавно, что каждая свадьба в Англии и Уэльсе должна быть узаконена с помощью вещества, символизирующего яд и раздор».

«Уже первые испанские суда вернувшиеся из Нового Света, привозили кампешевое дерево, или «кампеш». На него был постоянный спрос, поскольку оно было хорошим ингредиентом для чёрной и красной красок, хотя в Англии практически не использовались до 1575 года. А затем почти сразу парламент запретил его использование, ибо «краски, сделанные из кампеша, быстро испарялись». Члены парламента утверждали, что сей запрет якобы вызван заботой о здоровье потребителей и не имеет никакого отношения к тому, что торговля кампешевым деревом приносила серьёзный доход испанцам, чему нельзя было способствовать. Закон, запрещающий кампешевую краску, приняли в 1581 году, а сражение с Непобедимой армадой произошло в 1588 году.
В 1763 году закон отменили, и теперь парламент утверждал, что причиной тому послужили «изобретения нашего времени, научившие красильщиков Англии искусству закрепления красок, сделанных из кампеша». Циник, наверное, не удержался бы от вопроса: не была ли отмена запрета связана с тем, что британцы неожиданно получили доступ к естественным плантациям кампеша в Центральной Америке и нуждались во внутреннем рынке для его реализации? В 1667 году Англия и Испания заключили минный договор, по которому испанцы даровали торговые права англичанам в обмен на пресечение последними пиратства. Карибские острова стали безопаснее, однако во всём есть свои минусы – множество пиратов осталось не у дел...

…в те дни одним из способов быстро разбогатеть был сбор кемпеша – чёрной краски, которой снова стало можно торговать и на которую в Европе был большой спрос».

«Англия и Испания сражались за мангровые плантации вплоть до 1798 года, когда британцы выиграли сражение при Сент-Джорлдж Кей и получили права на область, которую впоследствии назовут Британским Гондурасом (ныне Белиз). Одна из главных причин, по которой Британия стремилась сто пятьдесят лет присоединить эту область к империи, были кампешевые концессии. Многие жители Белиза сегодня ведут происхождение от рабов, которых заставляли рубить эти тяжёлые красильные деревья – причём только для того, чтобы помочь Европе стать более чёрной».

“Секрет «турецкого красного» , как ещё называли ализарин, охраняли так строго, что европейским красильщикам понадобилось несколько столетий, чтобы вызнать его, и наверняка, не обошлось без подкупа и шпионажа. В какой-то момент, в начале 18 века, молодому французскому химику удалось вплотную приблизиться к разгадке, когда он обратил внимание, что если кормить голубей мареной, то их кости становятся красными. Химик предположил, что цвет удерживает кальций. Но разгадал загадку сначала голландец в 1730-х, а за н им уже француз в 1747 году. Британцы «тормозили», и в итоге им на помощь пришли два брата по фамилии Борель из Руана, которые в 1787 году приехали в Манчестер и предложили городской палате купить у них секрет «турецкого красного».
Рецепт подоспел как раз вовремя, поскольку 1790-е стали настоящей, как мы бы сейчас выразились, декадой Красной Банданы. В наши дни этот яркий хлопчатобумажный платок носят редко, а в то время полторы тысячи ткацких станков и несколько красильных фабрик в Глазго занимались исключительно производством бандан. В основном они предназначались для экспорта в Индию, Западную Африку м на Дальний Восток, а так же в Америку, где их приобретали для рабов. Кроме того, банданы носили британские матросы…

…забавно, что от возможности производить небольшие платочки с белым узором на красном фоне зависело, удержится ли та или иная компания на плаву, но такова правда модного бизнес».