[200x306]
Зачитал книгу «Великая огнестрельная революция» В.Пенского* об изменении характера войны, который растянулся во времени на достаточно значительный период.
Название книги содержанию не соответствует.
Первая глава вне всякой критики. Относительно остальных можно придираться по мелочам, но достоинств книги они не умаляют.
К прочтению рекомендую.

«…В самом деле, средства истребления людей, которыми располагали Мориц Нассауский и Наполеон спустя 200 лет, не слишком сильно различались друг от друга. Разница была лишь в том, что Наполеон располагал значительно большими ресурсами и поэтому мог утверждать, что «Бог всегда на стороне больших батальонов». Так что переход от сравнительно небольших армий смешанного комплектования 1-й половины 17 века, в которых наёмники всё ещё господствовали, к армиям 2-й половины 17-18 веках, где их существенно потеснили рекруты, набранные принудительно из числа подданных короля, к конскрипционным и первым массовым армиям 1-й половины 19 века вовсе не означал радикальных перемен в европейском военном деле. Менялись мундиры ,причёски, отдельные элементы тактики и стратегии, но не оружие и основные идеи и уж тем более не ментальность военного сообщества. Войны наполеоновской эпохи стали несколько более грубыми, жестокими, избавились в значительной степени от салонности, церемонности, присущей войнам 2-й половины 17-18 веков и только. Пока не появились пулемёты, скорострельные магазинные винтовки и артиллерийские орудия, телеграф, радио и железные дороги, европейские армии и их тактика и стратегия не менялись настолько существенно, чтобы можно было говорить о новой военной революции. Чтобы это случилось, европейское общество должно было окончательно завершить переход от мануфактуры к фабрике, завершить промышленную революцию. С последней была связана очередная военная революция, пришедшаяся на годы Первой мировой войны и завершившаяся уже в годы Второй мировой войны».
(стр.17-18)

«…в самом деле, набираемые обычно из низов общества и зачастую из разного отребья, люмпенов, маргиналов, оказавшихся вне традиционной иерархии средневековых «сословий»-tats, наёмники-рутьеры были действительно настоящей «сволочью», «сбродом» в изначальном смысле этих терминов, к которым были неприменимы обычаи «правильной» войны. Для них и в самом деле «законы были не писаны». С учётом этого становится понятным, почему войны становятся всё более и более кровопролитными».
(стр.30-31)

«…пущенное в ход, едва появившись на свет, огнестрельное оружие достаточно быстро вошло в практику, несмотря на долгое время отрицательное к нему отношение. Как писал военный писатель 2-й половины 17 века Фрёнсбергер, «…не понадобится больше ни настоящего человека, ни храбрости, раз всевозможная хитрость, обман, предательство вместе с этими омерзительными орудиями получили такой перевес, что ни умение фехтовать, бороться, драться, ни оружие, ни вооружение, ни сила, ни искусство, ни храбрость уже ничего не могут, ничего не значат. Ибо часто случается, что храбрый малый бывает убит из пушки никуда не годным, отовсюду выгнанным малым, который не посмел бы в другое время с ним заговорить или даже взглянуть на него…». Преимущества, которые давало обладание этим оружием были слишком велики, чтобы им пренебрегать из моральных побуждений».
(стр.33-34)

Для прочтения можно порекомендовать исключительно интересующимся историей военного дела.
Ниже, немного на итальянскую

«…Наёмничество в Италии возникло очень рано, что было обусловлено особенностями её политического и социально-экономического развития, и к 14 веку приобрело широкий размах, постепенно вытесняя традиционное городское ополчение и рыцарскую милицию. Отряды «компании» наёмников, действовавшие в Италии, на первых порах были относительно немногочисленны и далеко не всегда брались на содержание нанимателями, нередко существуя длительное время преимущественно за счёт собственных средств. В этом отношении они мало чем отличались от рутьеров 12-13 веков. Однако вместе с тем уже тогда в их организации стали явственно просматриваться элементы нового. Ещё раз подчеркнём, что в то время Италия, в особенности северная, представляла в экономическом отношении один из наиболее развитых регионов Западной Европы, тем более что она оказалась не затронута Столетней войной. Купцы и банкиры, стоявшие во главе североитальянских городов, пришли к выводу, что им нет смысла брать в руки меч, копьё или арбалет и выступать в поле биться с такими же купцами и банкирами других городов, когда есть те, кто готов сделать это за вознаграждение…

…одним словом, итальянский городской патрициат пришёл к мнению, что каждый должен заниматься своим делом, спрос породил предложение, а предложение, в свою очередь, как это уже было не раз, стимулировало развитие спроса. Почти после полувекового преобладания «компаний», в рядах которых сражались главным образом англичане, немцы, французы, испанцы, венгры, бретонцы и др.иностранцы , с 80-х гг. 17 века их постепенно вытесняют «компании», укомплектованные преимущественно итальянцами во главе с капитанами-кондотьерами (condottieri).
Военная служба была полностью поставлена на коммерческую ногу. Заказчик-локатор (locator) нанимал подрядчика-кондуктора (conductor), заключая при этом с ним контракт-кондотту (condotta). В кондотту заносились имя капитана, численность отряда, размеры жалования, принципы дележа добычи и порядок выкупа попавших в плен солдат, размеры власти капитана над его людьми и пр. Обязательно оговаривался срок службы – обязательный (ferma) и на сколько он мог быть продлён (di rispetto). Характерно, что и размеры оплаты солдат, и сроки службы непрерывно возрастали. И то, и другое должны были служить залогом верности наёмников своему нанимателю и исполнения ими определённых в кондотте обязанностей. Не случайно, что именно итальянский кондотьер Дж. Тривульцио, нанявшийся на службу к французскому королю Карлу 8-му, на вопрос своего локатора, что ему больше всего необходимо для ведения войны, заявил: «Деньги, много денег, ещё больше денег!» Весьма характерное признание! Как говаривали древние римляне, «Деньги –нерв войны» (Pecunia nervus belli), и итальянские кондотьеры, равно как и их наниматели, это хорошо усвоили.
Высокую и постоянно растущую цену своих услуг капитаны «компаний» объясняли своей высокой боевой эффективностью. И они были правы – высокий профессионализм, основанный в том числе и на редкой для того времени специализации родов и видов войск, был характерной чертой итальянского кондотьерства. В коннице это было заметно не так сильно – наряду с тяжело вооружёнными латниками, представлявшими главную ударную силу «компаний» , важным элементом последних являлись так же и легко вооружённые и экипированные лёгкие всадники. Среди лёгкой итальянской конницы того времени особую известность завоевали так называемые страдиоты (stradiotti), происходившие с Балканского полуострова…

…тяжеловооружённые всадники по традиции нанимались на службу «копьями» (lance), в состав которого, помимо латника (capo lancia или armigero vero), обязательно входили его оруженосец (piatto) в облегчённом доспехе и паж (ragazzo). К концу 15 века размеры «копья» увеличились до 4-5 человек за счёт включения в него дополнительно ещё и конного арбалетчика и легковооружённых всадников. На поле боя латники действовали отдельно от прочих членов «копья», объединённые в «эскадроны» (squadri) во главе с caposquadra и squadrieri . Примечательно, что «эскадрон», как правило, был примерно одной и той же численности – от 50 до 100 «копий», которые нередко для удобства управления делились на малые «эскадроны» по 25 «копий». К концу 15 века появился обычай соединять по 8-10 малых «эскадронов» в colonella во главе с colonelli. Сражались латники конными, но в случае необходимости могли спешиваться – этот обычай они переняли от англичан, с тактикой которых итальянцы ознакомились в 14 веке, когда многие «компании» были укомплектованы в значительной степени бойцами с Британских островов…

…Намного больший интерес представляет итальянская пехота – fanti, или fanteria. К 15 веку она стала исключительно профессиональной. Городское ополчение, столь успешно противостоящее немецким рыцарям в 12 веке к этому времени практически перестало существовать. Ему на смену пришла поначалу немногочисленная, а ссередины15 века стремительно увеличивавшаяся в числе хорошо обученная и подготовленная наёмная пехота. Для итальянской пехоты той эпохи была характерна чрезвычайная специализация. Анализ содержания кондотт показывает, что ко времени начала Итальянских войн «компании» кондотьеров включали в себя следующие виды пехоты: копейщкиов-lanctri с длинными или короткими копьями, арбалетчиков –balestrieri, лучников-arceri, пикинёров-picchieri, возникших под влиянием успехов швейцарских пикинёров, лёгких пехотинцев-rotularii, действовавших совместно с арбалетчиками, щитоносцев-targhieri и, наконец, стрелков из ручниц-скопитусов-schiopettari. И если в начале 15 века пехота оставалась относительно немногочисленной – так, кондотта, заключённая между Флоренцией и Микелетто дельи Аттендоли в ноябре 1432г., предусматривала, что капитан выставит на службу республики 600 «копий» (т.е. 1800 конных воинов) и всего лишь 400 пехотинцев – 200 арбалетчиков, 100 павезьеров и 100 копейщиков, то к концу века всё переменилось. Венецианская республика располагала 20 тыс. пехотинцев на 2 тысячи конных латников и 3 тыс. стратиотов. Флоренция же имела 10 тыс. пехотинцев (7 тыс. пикинёров, 1 тыс. аркебузиров, 2 тыс. арбалетчиков, алебардьеров и рондашьеров). Примечательным было широкое распространение в итальянских армиях конца 15 века ручного огнестрельного оружия. Ещё в 1448 г. Франческо Сфорца выставил в поле столько скопитариев, что из-за порохового дыма им было трудно ориентироваться на поле боя, а в 1482 г. миланская армия на 233 арбалетчика имела 352 аркебузира и 1250 воинов с петриналями. Эффективность скопитариев была признана настолько высокой, что венецианский Совет десяти решил в 1490 году полностью отказаться от арбалетов и заменить их на ручницы.
Столь же изощрённой была и тактика итальянцев. Конница и пехота обучались действовать в тесном взаимодействии друг с другом, а само деление пехоты на несколько узкоспециализированных родов изначально предполагало, что они будут действовать на поле боя только совместно. Вооружённые древковым оружием пехотинцы обычно формировали центр боевого порядка и действовали при поддержке арбалетчиков, лучников и стрелков из ручниц, лёгкие же пехотинцы вместе со стрелками обучались ведению маневренного боя в рассыпном строю, максимально используя складки местности. Конница атаковала противника накатывающимися одна за другой волнами «эскадронов», разворачиваясь для боя под прикрытием лёгкой конницы стрелков. Характерной чертой тактики итальянцев было использование полевых фортификационных укреплений и укреплённых лагерей (seraglii), в которых, в случае необходимости могла укрыться целая армия. Венецианцы активно использовали своих страдиотов для совершения набегов и рейдов в глубь неприятельского расположения, ведения разведки и опустошения местности. Примечательно, что итальянские кондотьеры и их наниматели вообще придавали большое значение экономическому истощению противника, потому в армиях кондотьеров всегда были отряды «опустошителей»-quastatori, специализировавшихся именно на опустошении неприятельских земель.
Наряду с практикой в Италии 14 и в особенности 15 веков получила развитие и военная теория, что опять-таки было ещё одной из черт военного дела Нового времени. Трактаты по тактике и стратегии Орсо дель Орсини и Диомедо Караффа и других авторов, работы по фортификации и ведению осадной войны, артиллерийскому делу, основанные на обобщении богатого опыта войн (только в 15 веке в Италии произошло 71 крупное сражение и 51 большая осада, не считая мелких и незначительных стычек и осад), - всё это выгодно отличало итальянское военное дело от остального европейского. Единственное, в чём уступали итальянцы своим соседям к северу от Альп, - так это в артиллерии. К концу 15 века итальянская артиллерия, несмотря на свою многочисленность, находилась на относительно низком техническом уровне. Возможно, что это объяснялось стремлением кондотьеров решать все вопросы в полевом сражении, не расходуя время, силы и драгоценный вышколенный и обученный личный состав на ведение осад и штурма хорошо укреплённых городов.
Тем не менее к концу 15 века Италия в целом опережала своих непосредственных соседей в развитии военного дела, подойдя на то время ближе всех к созданию армии нового типа».
(стр.42-47)
--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
*
ООО «Издательство «Яуза», 2010
Тираж 3,5 тысячи экз.