В целях уничтожения не нужной макулатуры была произведена работа по отбору ненужного. В ходе данного мероприятия была обнаружена вырезка, которая всё-таки достаточно интересная, но при этом всё равно подлежащая уничтожению. По сему было принято решение выложить её в дневник, на всякий так сказать пожарный. Статья была отсканирована и переведена в соответствующий формат. Касается она очень интересных, на мой взгляд, вопросов связанных с

НАС НАГРЕЛИ
Ратифицировав Киотский протокол, Россия двинулась в поход против собственных интересов, считает ведущий
российский климатолог профессор Владимир КЛИМЕНКО

- Судя по тому, как все происходило, кто-то на Западе сильно выкрутил руки нашему несгибаемому железному Путину… Сначала президент неоднократно и жестко высказывался в том смысле, что Россия еще подумает, ратифицировать ей Киотский протокол или нет, и решит в соответствии со своими интересами. А потом то ли Россия решила не думать, то ли ее интересы резко поменялись, но протокол был в два счета ратифицирован.
Чем это грозит?
— Я думаю, для России глобальное потепление — это очень даже хорошо, если учесть, что у нас самая холодная страна в мире. Есть, правда, еще ряд стран, где тоже нежарко, — Финляндия, Канада…
— Почему-то все вспоминают эту несчастную Канаду… Для справки: главный канадский город Торонто находится на широте Сочи, а самый северный крупный канадский город Эдмонтон лежит на широте нашего Орла, то есть южнее Москвы на 400 км… Ну не живут люди на северах: нельзя там жить, некомфортно! Только в России города-миллионники могут находиться вблизи нулевой изотермы среднегодовых температур.
Заметьте: все мировые цивилизации зародились там, где проходит среднегодовая изотерма, равная 20оС. Эта изотерма проходит через Египет, Месопотамию, долину Инда, Восточный Китай и далее через океан по местам
великих мезоамериканских цивилизаций. Не зря температуру в 20оС называют комнатной — это температура максимального комфорта для нашего тела.
Россию к комфортным для проживания странам отнести никак нельзя. Мы привыкли гордиться размерами своей страны, а ведь на самом деле у России не самая большая территория, если, конечно, считать только ее эффективную территорию, то есть площадь, где могут жить люди. Две трети территории России — вечная мерзлота, то есть местность, для обитания неприспособленная. И ведь только-только растеплилось на планете, только-только жить начинаем, как нате вам — Протокол.
Сейчас мы переживаем период совершенно необычный — наблюдается потепление, которого не бывало со времен Древнего царства в Египте. Из последних пяти тысяч лет нашей истории первые полторы тысячи лет были довольно теплыми, потом наметился тренд к похолоданию, а к концу Средневековья земной шар довольно быстро свалился в так называемый Малый ледниковый период. Во время этого печального периода было много удивительных вещей — на 2–3 месяца замерзал Босфор, например. Одно из таких событий произошло в 764 году и
описано в трудах византийского историка Феофана Исповедника... В первой половине IХ века много раз замерзала Венецианская лагуна, и товары в Венецию доставлялись повозками по льду. Могу привести уж совсем фантастические случаи: в исторических хрониках дважды зафиксировано замерзание Нила у Александрии — в 829-м и 1011 годах!.. Невероятно холодный 1695 год обошелся Европе в миллионы (!) человеческих жизней. В Эстонии население сократилось на 30%, в Финляндии — на 50%, в Шотландии — на 30%.
— Какая неприятность… Представляю, что было тогда в России.
— В России между ХIV и ХIХ веками снег вообще мог выпасть в любой месяц лета. Иногда летние заморозки повторялись несколько лет подряд. Это было в XIV, XV, конце XVI века. Но особенно тяжелым был голод в первую и последнюю декаду XVII века. Правление Бориса Годунова получило в российской хронологии название несчастного правления именно потому, что в 1600, 1601, 1602 и 1603 годах в Москве выпадал снег в июле и августе, а заморозки случались во все летние месяцы.
Самое страшное, когда холодные годы образуют кластер, то есть следуют один за другим; тогда несколько лет подряд не удается собрать урожай, и люди просто вымирают. В некоторых губерниях вымерло до половины населения. Борис Годунов прилагал героические усилия, открыл царские закрома, наделял хлебом голодающих, но всех все равно спасти не мог. Отсюда все тогдашние беды России, все это Смутное время.
— Чем же было вызвано такое ужасное похолодание во времена Годунова?
— Ответ на этот вопрос удалось найти только в последние пять-шесть лет. Кластеры и летние заморозки обычно связаны с крупными извержениями вулканов, которые выбрасывают огромное количество сернистых газов, они образуют мельчайшие капельки серной кислоты, создающей эффективный тепловой экран, отчего снижается светопроницаемость атмосферы и наступает на несколько лет похолодание. Помните, был термин «ядерная зима»?
Тот же принцип… Так вот, недавно удалось определить, где же именно произошло злосчастное извержение, закончившееся для России национальной катастрофой, — в 1600 году в Южной Америке на территории Перу взорвался вулкан Уайнапутина (Huainaputina).
Поэтому слава богу, что происходит самое глобальное потепление. Причем в России оно происходит быстрее, чем в среднем по шарику; среднемировое повышение температуры на 1 градус для России оборачивается повышением на 2–3 градуса: так уж устроена глобальная климатическая система.
За прошедшие сто лет среднегодовая температура в России уже поднялась на 1–1,5 градуса, и это принесло колоссальные результаты — сейчас климат в России гораздо теплее, чем в прошлом и позапрошлом веках.
Некоторым кажется, что 1,5 градуса — это мизер… Знаете, при Николае I в России начал издаваться «Журнал Министерства внутренних дел». Так вот, в конце XIX века этот журнал писал: «16 ноября температура упала до минус 15 градусов. Установился чудный санный путь…». И писано это не о Москве, а о Крыме!
Поскольку я занимаюсь климатом, то, когда читаю русскую классику, машинально отмечаю все связанное с погодой. Читая Достоевского, я много раз обращал внимание на то, что его герои летом ходят по Питеру в пальто. В «Братьях Карамазовых» в одном эпизоде (дело происходит в конце октября) автор между делом упоминает, что морозец стоял минус 10оС. И из контекста понятно, что это обычное явление… У Гиляровского есть эпизод, где он описывает, как первый раз в жизни приехал в Москву. Это было 19 октября 1876 года.
Гиляровский рассказывает, как, сойдя с поезда, он со своими баулами перелез через сугроб и сел на извозчика. И тоже пишет об этом совершенно спокойно: подумаешь, середина октября, а в Москве сугробы…
Россия — страна постоянных климатических катастроф. О чем говорить, если из последней 1000 лет в России 800 лет было неурожайных!..
То, что главная проблема России — холод, российские мыслители поняли еще в XIX веке. Победоносцев — учитель Александра III — как-то написал: «Да знаете ли вы, что такое Россия? Ледяная пустыня, а по ней ходит лихой человек». Империи всегда не хватало тепла и влаги. Лучшие умы России — Менделеев, Обручев — мечтали о модификации климата России. Эти мечты в ХХ веке стали приобретать уже вполне реальные черты. В Детской энциклопедии 1959 года я, будучи школьником, читал проект перегораживания Берингова пролива плотиной. С юга планировалось качать к плотине огромными насосами теплую океанскую воду — устроить искусственное теплое течение. Была и другая идея — гнать гигантскими насосами теплые воды Атлантики вдоль наших северов — продлить Гольфстрим, чтобы растопить льды Северного Ледовитого, установить постоянное пароходное сообщение по Северному морскому пути, засеять Сибирь пшеницей… Был еще проект затопить часть сибирской равнины, перегородив Енисей. Создание искусственного моря должно было смягчить климат в Сибири.
— А я в детстве читал фантастический производственный роман Казанцева «Мол северный» — о постройке супердамбы, которая отгородила бы наши северные моря от льдов Ледовитого океана.
— Неудивительно. Тогда идеи улучшения климата будоражили общество и серьезно обсуждались на государственном уровне. В 1960-е годы Академия наук провела несколько международных конференций, посвященных проблеме искусственного изменения климата в России. Советская власть готова была вложить миллиарды, чтобы хоть чуть-чуть повысить среднегодовую температуру. Или хотя бы одну только влажность!.. И вот теперь, когда все происходит само собой, бесплатно, наши экологисты рвут на себе волосы: ай, потепление грядет!..
А между тем через сто лет потепления вечная мерзлота отступит на 200 км к северу, освободив нам для жизни территорию, равную двум Франциям. Виноград будет вызревать под Орлом. Но главное даже не это, а повышение зимних температур. Я даже не говорю о наших замерзающих и потому вечно простаивающих морских портах, о тратах на расчистку дорог от снега и прочем. Возьмем одно только отопление жилищ и предприятий. Подсчитано,что каждый градус потепления экономит нашей стране примерно сто миллионов тонн условного топлива в год.
Значит, за один век этот градус сэкономит 10 млрд тонн топлива — это примерно столько, сколько содержат все нефтяные запасы России! И все это богатство нам свалится с неба. Теперь ответьте: стоит ли России бороться против глобального потепления за свой счет?
Киотский протокол несправедлив к России. Половину произведенной энергии Россия расходует на банальное зимнее отопление. То есть просто на выживание, в отличие от какой-нибудь Испании или Франции, где центрального отопления в домах вообще не предусмотрено. Это во-первых. Во-вторых, в России самое большое количество лесов, поглощающих парниковый СО2 и выделяющих кислород, — целая тайга от океана до океана, почти 50% мирового нетропического лесного резервуара. И это тоже не учитывается в должной мере.
А в-третьих, ограничение выбросов — совершенно бессмысленное мероприятие: развитые страны, подписавшие Киотский протокол и наложившие на себя добровольное бремя его соблюдения, выделяют в атмосферу всего треть (!) мировых промышленных выбросов парниковых газов, поэтому, как бы они ни старались, вся их «экономия» моментально перекроется промышленностью остального мира. Так чего ради России душить свою промышленность?
— Запад боится, что льды на полюсах растают и их затопит.
— Наоборот! Сейчас наблюдается прямо противоположная картина — толщина антарктических и гренландских льдов за последние тридцать лет почти повсеместно растет. Механизм здесь простой: повышается температура —
испаряется больше воды, то есть в воздухе становится больше влаги — часть этой влаги поступает в полярные области, где и выпадает в виде снега.
А то, что гренландский ледовый щит разрушается... Да куски ледника всегда отрывались от Антарктиды и Гренландии. Кстати говоря, разрушение паковых льдов в Северном Ледовитом океане даст России еще один козырь: Северный морской путь станет круглогодичным и будет доступен для судоходства в течение не нескольких недель, как сейчас, а в течение многих месяцев. То есть Россия сможет выполнить роль транспортного моста между наиболее динамично развивающимися регионами — Объединенной Европой и Восточной Азией. Для сравнения: расстояние от Лондона до Йокогамы через Суэц — 21 тысяча километров, а через Севморпуть — 14 тысяч.
— Вопрос: почему же Европа так уперлась в этот Киотский протокол?
— Главным закоперщиком в этом вопросе является Германия. Она всегда страдала от загрязнений, причем не только своих. В Европе преимущественное направление ветров — западное. Все, что выбрасывается в Англии и Франции, выпадает в Германии и почти никогда наоборот.
Именно в Германии были большие проблемы с кислотными дождями, выбросами азота и серы, загрязнением Рейна. В конце 1980-х годов в Германии нашлась пара десятков недостаточно хорошо образованных ученых — я их всех знаю лично, но фамилии называть не буду, — которые вошли в созданную германским бундестагом комиссию и легко убедили совсем уж необразованных депутатов.
По версии «киотских мудрецов», среднегодовая температура на планете поднимется за 100 лет на 5–6 градусов. Что такое 5–6 градусов? Для сравнения: повышение температуры от пика малого ледникового периода (конец ХIХ века) до самой теплой декады последнего тысячелетия (1990-е годы) составило всего 0,7 градуса.
Представить себе повышение температуры в десять раз большее можно только в горячечном бреду.
— Откуда же тогда взялись зловещие киотские прогнозы?
— Исключительно из результатов модельных экспериментов. Люди, которые занимаются математическими моделями, чистые математики, они не климатологи и поэтому совершенно не считаются с результатами инструментальных наблюдений и с данными палеоклиматологии. Получилась у них в расчетах цифра 5, они ее и объявляют.
Но, к счастью, уже в ближайшие пять—десять лет вопрос об их неправоте разрешится сам собой: сейчас эффективная концентрация углекислого газа в атмосфере уже превышена на 65% по сравнению с доиндустриальной эпохой. То есть теоретически две трети расстояния до «катастрофы» (удвоения) мы уже прошли, а земной шар нагрелся всего на 0,7 градуса.
По нашим прогнозам, удвоение эффективной концентрации CO2 на Земле наступит во второй половине ХХI столетия и дальше в силу определенных геофизических причин начнет медленно снижаться. А максимальное повышение среднеглобальной температуры по сравнению с доиндустриальной эпохой составит не 5 и не 10, а всего 2оС, и произойдет это еще весьма не скоро — примерно через 200 лет.
— И чем же обернутся для землян эти два градуса?
— Это чуть выше, чем пик потепления, который случился шесть-семь тысяч лет назад и который в памяти человечества остался как золотой век… Климат тогда был не только теплее, он был ровнее по всему земному шару, осадки тоже распределялись равномернее, пустыни Сахары не было, на ее месте была саванна.
— Ладно. Если Путин решил бороться с потеплением, то, может быть, нам за это хотя бы заплатят? Россия ведь будет продавать квоты на свои «недовыбросы» от неработающей промышленности…
— России Протокол разрешает выбрасывать столько парниковых газов, сколько она «производила» в 1990 году, когда еще на полном ходу работала социалистическая промышленность, а именно — 800 млн тонн в пересчете на чистый углерод. Сейчас Россия выбрасывает 600 миллионов тонн. Но экономический подъем уже через несколько лет потребует развития промышленности, и Протокол обернется буквальным удушением российской экономики.
Теперь уже России придется платить за свои выбросы!
К тому же не факт, что нам удастся что-то заработать на продаже квот. Ведь чтобы деньги появились, нужно, чтобы их кто-то заплатил. Кто? США платить не будут, поскольку не хотят подписывать Киотский протокол.
Значит, деньги нужно искать среди стран, которые свою подпись поставили, но не хотят снижать выбросы. Из крупных стран таковых всего три — Япония, Канада, Испания… Продать-то им Россия может довольно много — все, что мы сэкономим за так называемый расчетный период действия Киотского протокола (с 2008-го по 2012 год), то есть 1 млрд тонн в пересчете на углерод. Но купить в мире готовы не больше 400 миллионов тонн.
Сегодня больше 20$ за тонну выбросов никто не предлагает. А ведь продавать квоты будет не только Россия. Украина, например, провалилась в экономике настолько, что может сбить цены на квоты до нескольких долларов за тонну.
Идея сокращения парниковых выбросов — один из тех мифов, что периодически овладевают массами. Я даже не говорю про коммунизм… Но вот совсем недавно миллиарды долларов человечество истратило на мифическую «проблему-2000» — а кто сейчас о ней помнит? Миллиарды долларов угрохали на борьбу с озоновой дырой, сокращая выпуск фреонов, хотя убедительных доказательств влияния фреонов на озоновую дыру как не было, так и нет… Теперь вот взялись бороться с воздухом.
— А я читал, что Землю вскоре ждет очередной ледниковый период…
— Верно. Больше того, если бы человек не нагрел атмосферу своими парниковыми газами, планета уже начала бы сваливаться в этот ледниковый период… Нашу планету ждет печальное будущее — в конце концов она превратится в замерзший шар, повторив судьбу Марса. Ведь частота и масштаб оледенений растут от эпохи к эпохе. На протяжении последних двух миллионов лет Земля пережила около двух десятков ледниковых и такое же количество межледниковых периодов. Причем ледниковые периоды примерно в десять раз длиннее «оттепелей» — на каждые сто тысяч лет холодов приходится примерно десять тысяч лет тепла. Последняя «оттепель» началась двенадцать тысяч лет тому назад. Человеческая цивилизация зародилась именно в этот краткий период потепления. Наше время заканчивается. Через пару тысяч лет ледовые шапки покроют почти всю Европу. Мы своими стараниями и модификацией состава атмосферы продлили жизнь цивилизации по меньшей мере на две тысячи лет.
— Полторы тысячи лет до оледенения — большой срок. А пока что мы живем в краткий исторический миг глобального потепления. Очень выгодного для России.
— Единой страны под названием Россия не будет! Если посмотреть график климатических колебаний, наложенный на историю России, мы увидим, что, как только происходит пусть даже небольшое похолодание или иссушение климата, в России начинают превалировать объединительные тенденции. Все периоды максимальной территориальной экспансии России происходили в эпохи ухудшения климата. А как только наступало потепление, Россия сыпалась как карточный домик. То есть именно климат и только климат управляет державными амбициями
нашей страны.
Возьмите, к примеру, XII век, когда приключился распад Киевской Руси после смерти Мстислава Великого. XII век — это период самого благоприятного климата на территории нынешней России, кстати, очень похожего на современный… Потом климат резко ухудшился, и Россия начала собираться — при Василии Темном, Иване Калите, Дмитрии Донском, Иване Третьем… Во время царствования Ивана Грозного наступило новое потепление, Россия свалилась в Смутное время и раздробилась…
— А почему тогда все другие за наш счет расширились? Почему для них закономерность не работает?
— Работает. В этих странах было как раз ухудшение климата — за счет иссушения. Во времена глобального потепления, которое было в последние 30 лет перед 1000 годом, произошло иссушение степной зоны, отчего пришли в движение степные кочевники. Иссушение степи и, соответственно, недостаток корма для скотины заставили кочевников волной пройтись по Европе. А вот когда в середине XVII века грянуло новое резкое похолодание, Россия опять пошла на подъем — воссоединилась с Украиной, отбила утерянное у Польши и Швеции,
выиграла Северную войну. Плохой климат преобладал до начала ХХ века. И к началу ХХ века Россия достигла своего территориального максимума… Аналогичные зависимости относятся ко всем государствам — Китаю, Индии, Римской империи… Холод — имперство, экспансия. Потепление — расслабление, таяние империй.
— Так, может быть, хитрый замысел Путина в том и состоял, чтобы воспрепятствовать распаду России путем задержки глобального потепления?
- Не знаю, мне сложно отвечать за Путина, он такой непостоянный…

Источник:
Александр НИКОНОВ,
журнал «Все ясно»,
специально для «Новой»
20.01.2005