Проживающих в Таллине и других больших городах бездомных, питающихся из помойки, во времена президента Константина Пятса в срочном порядке отправляли в рабочий лагерь для лентяев. Способен ли трудовой лагерь решить проблемы и нынешних бездомных?

В июле 1939 года префект Таллина и Харьюского уезда получил от помощника комиссара предписание: "Представляя здесь список лентяев с прилагающимися данными, докладываю, что упомянутые в списке личности постоянно пребывают на рынке и в его окрестностях, где своей неопрятной внешностью, распитием и продажей денатурата и приставанием к посетителям рынка нарушают чувство приличия граждан и являются серьезным несчастьем для окружающих", — значится в документе.
Помощник комиссара указывал в докладе на серьезную проблему и сообщал, что в холодную или дождливую погоду бездомные забираются в подвал и другие помещения театра "Эстония", откуда их трудно вытащить. Доклад, полученный от комиссара, со стола префекта попал вместе со списком в руки судьи и после долгого обсуждения родилось решение: собрать этих людей в рабочем лагере для отлынивающих от работы, решение вступало в силу сразу же, — пишет Postimees.

Константин Пятс разрешил основать рабочий лагерь на территории Харкуской тюрьмы летом 1938 года, сразу после того, как стал первым президентом Эстонии. Лагерь был задуман для мужчин-алкоголиков в возрасте от 18 до 60 лет, не желавших работать и пропивавших деньги, которые им удавалось где-то достать.

Лагерь Пятса подчинялся министерству суда и, помимо того, что мужчин принуждали в нем работать, их пытались отучать от алкоголя и наркотиков. Лодырничавших и пивших на свободе мужчин посылали работать как в лагерь, так и на работы по всей Эстонии.

Способен ли такой трудовой лагерь решить проблемы нынешних бездомных? Заместитель канцлера по криминальной политике министерства юстиции Маргус Курми заявил, что об этом нельзя сейчас говорить по нескольким причинам. "Во-первых, неправильно наказывать за проступок реальным лишением свободы. Тюремное заключение — все-таки очень суровое наказание, предназначенное для людей, совершивших тяжелое преступление, — отметил он. — Во-вторых, я почти уверен, что такое учреждение не сможет содержать себя. Рабочие способности и привычки асоциалов весьма ничтожны".

Министр социальных дел Марко Померанц также сказал, что не поддерживает создания таких современных концлагерей: "Наша цель — добиться того, чтобы люди сами научились справляться в жизни, создание искусственной среды этому не поможет".