Почему в начале 1944 года несколько тысяч эстонских мужчин отправились на Нарвский фронт? — задается вопросом историк Мати Мандел на страницах Eesti Päevaleht. К 1944 году всем было ясно, что Германия проиграла войну и Эстонию от Советов может спасти только чудо.

Но народ не забыл, что происходило в Эстонии в 1939-1941 годах. Не было забыто уничтожение независимости эстонского государства. Не были забыты массовые убийства лета 1941-го и депортация 14 июня. Тогда бойню прервала война, а в 1944 году убийцы вновь стояли у границы и грозили продолжить начатое. Поэтому эстонцы пошли на фронт — чтобы попытаться спасти себя и своих близких, — указывает ученый.
Реклама




Мати Мандел призывает донести до сознания здешних инородцев то, что творили в Эстонии в 1939-1941 годах советские власти, и то, что происходило в сибирских лагерях. И добиться, чтобы Россия признала не только массовые убийства в Хатыни, но и преступления, совершенные в Эстонии и Латвии (а также в Литве, Белоруссии и на Украине) в довоенные годы.

Каждый ли посетитель замка в Курессааре узнает в полной мере, какие ужасы там происходили в 1941 году? Ведут ли туриста в Тарту во двор тюрьмы, где осенью того же года были эксгумированы тела 200 безвинно казненных? Где экспозиции, знакомящие с подвалами на улице Пагари или пыточными камерами Батарейной? Где монумент всем убитым в сибирских лагерях и умершим от голода на поселении? — спрашивает Мандел. — Все ли получившие гражданство неэстонцы знают, что творилось в Эстонии в 1940-1941 годах? Почему до сих пор от них не требуют таких знаний? Это ведь гораздо важнее, чем знание эстонского языка! Не удивительно, что не все живущие здесь русские понимают, что эстонцы, в немецких мундирах сражавшиеся против Красной Армии на Нарвском фронте, не были нацистами.

Как могут две живущие в Эстонии национальные группы уважать друг друга, если одна обвиняет другую в геноциде, а другая не понимает, почему ее не считают освободительницей?

Эстонский народ не обвиняет русских как нацию, понимая, что от коммунизма пострадали больше всех сами русские. Но для взаимопонимания необходимо, чтобы русский знал и понимал, что здесь происходило, — убежден ученый.

Мандел резюмирует следующим образом. Пока здешние неэстонцы не поймут, какие преступления были совершены сталинизмом в отношении эстонского народа, трудно надеяться на взаимное понимание. Сейчас невозможно даже почтить память погибших на войне.