Например, собрания ветеранов Второй мировой, воевавших на стороне Германии, ассоциируются у одних с попыткой восстановить независимость Эстонии, у других — с фашизмом, Холокостом, концлагерем в Калеви-Лийва. Точно так же памятник на Тынисмяги ассоциируется не только с оккупацией, но и с победой над Третьим Рейхом, возможно, самым важным событием в истории прошлого века. А с чем ассоциируется у множества людей, допустим, флаг США — страшно и подумать. И ничего, мир не рушится. Одно дело — символы, другое — реальная жизнь, которая вовсе не обязана этими символами ограничиваться.

Дело не в памятнике на Тынисмяги как таковом. Все гораздо хуже: судьба памятника — тест на националистичность Эстонии. Националистам, которые требуют его снести, не нравится не только памятник; главное — им не нравятся люди, которые собираются у памятника и возлагают к нему цветы. Этих людей — нас с вами — опять стали называть инородцами, "muulased".

Идет очередная волна национализма, и неэстонцев опять чернят в открытую. Когда "колумнист" Антс Юске пишет в Eesti Päevaleht, что поход в туалет Национальной библиотеки для многих людей, пришедших к памятнику девятого мая, стал поводом впервые посетить эту самую библиотеку, это показательно. Таков националистический склад мышления, построенный на иррациональном, совершенно нелогичном предрассудке, на, если угодно, нелюбви, а то и ненависти, из которой уже "логично" вытекает все остальное. Юске никак не может знать, в который раз "инородцы", которых он видел у туалета, посещали библиотеку. Он, наконец, мог бы задуматься о том, откуда люди, ни разу в библиотеке не бывавшие, знают, что там на первом, открытом для всех, этаже есть туалет. Тем не менее, Юске уверил себя в том, что окружающие его русские — в основном варвары и ужасное быдло, которому кроме "pesen-pljasok" (цитата из Юске) ничего не интересно.

Нелюбовь заставляет националиста, словно ведомое инстинктом животное, выискивать врага. Поскольку националист не любит "инородцев" заранее, шестым чувством, надеяться на его разумность не приходится. В его разуме рождаются теории о маргинальной самоидентификации местных русских, об их растущей агрессивности, и эти теории с удовольствием печатают уставшие от спокойной жизни газеты. Под теории, разумеется, подводятся социологические обоснования. Авторы-националисты смело обобщают. Им не терпится поделить народ Эстонии на два четко сформированных сообщества: патриоты-эстонцы по одну сторону баррикад, агрессивные невежественные русские — по другую. Они "так видят".

Политиков понять сложнее — эти обязаны быть прагматиками и понимать, что тот, кто выступает против памятника, автоматически переходит для русского электората в разряд "политический труп". Многие русские граждане Эстонии будут теперь голосовать за Андруса Ансипа или Кейт Пентус? И кто еще желает стать политическим трупом?

Характерно, что людям, требующим сноса памятника ради установления спокойствия, поразительным образом отказывает здравый смысл. Националистов раздражает вовсе не памятник как таковой, но "инородцы", в обилии проживающие в Эстонии. Недаром профессор Таллиннского университета Рейн Руутсоо в своей статье в той же Eesti Päevaleht пишет, что проблемы с памятником — это вершина айсберга, и подробно расписывает, какие проблемы создадут для Эстонии неэстонцы. Так что когда и если памятник снесут, это будет не конец распри. Это будет самое ее начало.

Самое смешное то, что в действительности все обстоит куда более тихо-мирно, чем националистам хотелось бы. Разжигатели розни обрадовались бы, если б эта самая рознь как-то себя проявила — тогда они оказались бы правы, пусть и задним числом. Им не приходит в голову, что подавляющее большинство русских Эстонии хотят всего-навсего жить в цивилизованной стране, где закон отражал бы их естественные права (вытекающие в том числе из разнообразных международных конвенций) и эти права уважались бы.

Националисты, желая реализовать свою нелюбовь, стремятся к угнетению наших прав. В частности, права собираться у памятника, символизирующего победу над фашизмом; у памятника, подобного тем, что стоят во многих европейских столицах, где никто не додумывается обливать их краской; у памятника, который священен для сотен тысяч жителей Эстонии. Если сдать памятник сегодня, дальнейшее наступление национализма ждать себя не заставит.

Отсюда: всем тем, кто не считает себя националистом и хочет просто жить спокойно, следует за свои права и свое будущее бороться. Причем — исключительно правовыми методами, спокойно и без агрессии. Никто не может запретить возлагать к памятнику цветы, и полиция, что бы ни говорил глава МВД, обязана нас защищать.

Националисты ждут истерики — тогда их питаемое нелюбовью мироощущение подтвердится. Они уймутся, только если столкнутся со спокойной, цивилизованной реальностью, с которой им придется научиться жить дружно. Как пел персонаж Леонида Броневого в фильме "Покровские ворота":

Пой, ласточка, пой,
Мир дышит весной,
Пусть поджигатель шипит и вопит -
Голубь летит!