...Ты мне палец покажи с надписью "Ленинград" --

все, ешьте меня серебряными ложечками. ©

...Бог ты мой, до чего же иногда бывают странные книги и до чего же при странных обстоятельствах они появляются.
Книги, донельзя льнущие к сердцу и напитывающие вдохновением, которые хочется читать и перечивать, несмотря на то, что запомнил ее до последней буквы.
Это вообще замечателбьное свойство текстов Ларионовой, но эта новелла стоит наравне с "Ненастоящему" или "Леопард с вершины Килиманджаро".
Спасибо тебе, Rosina-2 -- за то, что ты надоуськала меня скачать ее с либ.ру, а еще за то, что я не набросился читать это после скачивания, ибо читать за "большим компом" такие засасывающие вещи не хватало усидчивости. Да и не то, хотелось просто носить ее с собой, читать лежа, сидя, обедая... Распечатывать или дождаться, пока куплю КПК? Записал на диск и почти забыл, а на самом деле все время об этом помнил. И боевое крещение моя телефонная читалка приняла именно на писаниях Ларионовой.

"Формула контакта". Дело не в гуманизме написанного, а в чудовищном совпадении. Одно дело быть осведомленным о том, что это - ленинградская писательница (см. выше), но совсем другое дело было обнаружить в текстках то, от чего бы еще год назад с отвращением отмахнулся. [Хотя нет, "Девочек" Людмилы Улицкой читал с удовольствием пять лет назад, да коробили имена "Гаянэ" и "Эмма Ашотовна".]

Да, господа армяне, речь о вас.
Мало того, что в священном тексте обнаружился некий Самвел, да так он же еще и на родном наречии у нее залопотал. Правдо, мало и невнятно пробуровил (в смысле, транскрипция с ошибками, непонятно на какой стадии вкравшихся -- рукописи, типографии или файнридинга). То есть сначала я решил было, что имя Самвел присутствует просто так, для колорита обертки, но какая же конфекта обнаружилась в этом фантике! Человек, равнодушный к армянскому, так бы не смог написать. [Армяне Улицкой ничего армянского в себе не содержали, кроме имен.]
А какой персонаж-то!.. Поэт, к тому же. Ей-богу, приревновал мою ленниградскую  к тому армянину.  Может, что не сам его написал, кто знает. И отсылки, опережающие мое арменофильное развиие... Да хоть к той же Сароян, о которой только слыхал краем уха, дескать друг и "соратник по цеху" Егише Чаренца... Даром что "Патгам" читал в оригинале, переводить пробовал (ой, херня-то какая, прости господи... так, слова поперемешивал... впрочем, это недостаток подавляющего большинства акростихов). И все.

... Ну да вернемся к Ларионовой. К Самвелу, который поблескивал лакомо-развлекательным цукатиком в и без того безусловно густонасыщенном, концентрированном плове писательской мысли... Дурашливо комментировал я каждое его появление вслух в режиме приема, будто бы это был любимый обитатель очередного застеколья. Короткими репликами об одному мне видимой трансляции:  "Вот, стервец, стихи зачитал...", "...девушку подразнил...", "...вот уже сотню экранов прочел, а Самвел куда-то запропастился... ". Так вот, полушутя и подкалывая (благо назначение этого персонажа и было таковым изначально), я и сам не заметил, что привязался к нему. И в конце, когда тот оствался один на рущащейся базе, держа пульт управления силовым полем, чтобы могли спастись остальные... Короче, все домашние были ести не перебужены, то были вынуждены приоткрыть сонный глаз: "...Армянин погиб."

Ей-богу, до самого утра читал, лег вздремнуть, просыпался каждые 20 минут, кошмары мучили. То гады мохнатые мясомолочные, то смерчи и землетрясения возле экспедиционной базы "Колизея", и стукнувшая по башке мысль при очередном всплытии из пучины сновидений, принадлежащая не то мне самому, не то кому-то из улетучившихся персонажей сна: "... - Не понимаю, что с Самвелом... - Погиб..." Так я переживал только одну вымышленную смерть вымышленного чужой фантазией "друга" -- Альбуса Дамблдора.

По пробуждении сразу бросился дочитывать-перечитывать, а попутно наглядеться-напечалиться, упорно не желая отпускать нас-трое-ние. И вряд ли пока возьмусь за другое "из Ларионовой", пока не утолиться моя светозарная, живительная, ободряющая лирическая кручина. Буду читать какую никчемунеобязывающую и скорозабвенную чушь, от которой не останется следов ни на уме, не на сердце.

Это значит, что книжка хорошая.

P.S. Тикнайк у паронайк! помогите опознать тексты -- автора (не Рипсиме ли это Сароян) и переводчика. Да где достать -- именно в этом переводе. Хотя с этой кошкой-лариошкой шутки плохи -- боюсь, она и сама могла такое сочинить, да вложить в уста героям; прецеденты были. Текст ниже.

           * * *
          ...будто  где-то  в  Эдеме
           он встречал серафима
           с ереванскою розой в руке... 

          * * *
          Я, наверное, не права.
          Ты мне злые прости слова.
          Ты мне радость и боль прости.
          Ты домой меня отпусти...

          Мы смотрели вчера с тобой,
          Как змеится Аракс седой,
          И его вековая мгла
          Между мной и тобой легла.
          Близко-близко встал Арарат -
          Под закатом снега горят,
          Но нельзя подойти к нему
          Никому из нас. Никому...