Я смотрела на них и чувствовала себя богом. Богиней, скорее, подсказал льстивый голос. Нет уж, богом, раз это касается знания. Голос осекся. Именно знала в этот момент я явно больше, чем эти люди. Вместо брата я приехала на очередное занятие его дурацких психологических курсов, не без интереса, хоть и не по своей воле. Конечно, никакой пользы это посещение принести не могло ни мне, ни ему, но он почему-то захотел, чтобы "деньги не пропали даром", раз уж он сам пойдет как раз в этот день получать свой красный диплом. И вот человек десять сидели по кругу друг к другу спинами, я стояла в центре и выполняла весьма немудреную работу – передавала их записки друг другу. Читала и передавала. В комнате было тихо, слышался только шорох бумаги и треск ломающегося карандаша. Они переписывались давно, не первое занятие. Они успели познакомиться дважды – вне игры, своими настоящими именами, и в игре, придуманными, но так и не знали, кто есть кто. Не видя остальных, каждый давно определил свое отношение ко всем участникам, появились симпатии, ненависть, презрение. Мне их письма показались ненатуральными, неживыми. Мне, как учителю, сразу пришла в голову ассоциация с сочинениями школьников 8-9 класса, когда от ученика требуется уже большее, чем описание того, что он когда-то видел и держал в руках, но в то же время подросток не нашел еще своего пути выражения мысли, даже если таковая имеется. Хотя передавались и весьма неплохие по форме и языку записки. Не помню, был ли их адресантом один и тот же человек – игра продолжалась не так долго, сложно было запомнить их почерки. Интереснее было то, что любой обращавшийся к какому-нибудь персонажу связывал выдуманное имя с конкретным, определенным человеком из десятка. Это казалось забавным, потому что в большинстве своем эти сопоставления оказывались ошибочными. Чего пытались достигнуть организаторы игры? Что хотели доказать? До сих пор не могу точно сказать. Может быть, позволить участникам понять, чего они стоят, если не принимать во внимание общественное положение, внешность? Побудить к совершенствованию навыков вербального убеждения как средства продвижения по социальной лестнице? Может быть. Но нужна ли такая игра умному, успешному человеку, сидевшему в тот день лицом к одному из окон, который являл собой центр всей компании перед занятием и который стал объектом насмешек и почти изгоем в игре? И почему он продолжал играть?