Один раз, очередной раз я приехала в Питер. И мне надо было, потому что надо, не являться домой. Дело было зимой, вообще было довольно холодно. Я ходила-ходила, пошла в Дом книги, а потом в Буквоед, и именно тогда я купила Степного волка Гессе. Времени оставалось еще навалом, и в плеере еще не сели батарейки (у меня в старом кассетном плеере, но тогда он был еще новым, батареек хватало часов на 6, может, 8). И я пошла еще гулять. До Восстания, а потом на Пушкинскую площадь. Она маленькая совсем, и Пушкин там маленький стоит, и вокруг зеленые скамейки снегом занесены. Я снег стряхнула с одной, села и стала читать и Моцарта слушать. Забавно выглядела, наверное. Подошли какие-то иностранцы, семья с ребенком, они остановились около соседней скамейки, и ребенка стошнило в урну. Потом они ушли. В Питере зимой рано темнеет, читать уже не очень, и холодно. Но почему-то очень не хотелось вставать. Потом подошел мужчина. Пьяный, конечно. Достаточно пьяный. Помню даже вопрос, с которым он подошел: И что читает нынешняя молодежь? Я обложку показала, не без гордости. Нет, это Сартр был, точно. А Гессе в рюкзаке лежал. Он еще сказал, что предпочитает первоисточники. Мол, Сартр – это вторично. Меня тогда это немного задело, но я мерзла, и скоро стало по барабану. Потом он послушал, что в наушниках, и сказал, что под такую музыку хочется умереть. Он был сильно пьян. Мы пошли в какую-то кафешку, на Пушкинской же, и всю дорогу, и потом он все рассказывал, что ему 33, возраст Христа, он особенно подчеркивал, и зовут его, по-моему, Сергей. Это было года 3 назад, значит, ему сейчас где-то 36. Он был в приличном пальто. В жизни куча бесхозных мужчин в приличных пальто. Во всяком случае, в Москве и Питере. Как и должно быть. И он стал бомжем ровно день назад, ночевал где-то в подвале. Расплатился он сам, а, да, я его еще с вилки кормила.. бородатый такой дядька. И в плеере радиостанцию нашел, не помню, какую, но там блюз был, то ли джаз – что-то известное такое. Потом мы пошли куда-то, он еще раз всю историю пересказал, про жену что-то, да какое мне дело до чужих жен, а потом стал проситься ко мне домой. Забавно было. И с полной уверенностью, что я пожалею, если откажусь. На полном серьезе. Так я от него и сбежала. То есть пошла с нормальной человеческой скоростью, но он уже и стоял-то с трудом. Вот такая встреча была. Последние дни вспоминаю много разных мелких деталей.