И уже неловко и видишь неуклюжим, у всего свое время, а время не случившееся, то которое видишь, оглянувшись назад привносит привкус пошлости. Но привычка и собственноручно подписанный договор о рисунках, обязательство перед словом, пусть даже и делом это уже не назвать. Но пусть остается, раз казалось важным в том вчерашнем дне, который вовсе даже ночь с хвостиком в виде утра и вечера. А самое смешное, что я почти не помню что там писала, лишь ощущенье осталось. Но зная себя он кривится и болезненно морщиться, и даже она смущенно отводит глаза. А кот, сегодня он почему то крайне четкий и плотный, так вот он выдирает листы и скатав в клубок гоняет по стенам вместо солнечных зайчиков. Но насмешливое хихиканье нарушает эту гармонию молчания и именно его маленькая когтистая лапка с длинными черными ногтями выуживает из банки каперсы и хрустит ими весьма нагло и целый день. Так вот именно эта рука-лапка нажмет на кнопку и будет долго царапать стекло выводя из себя и словно лишь для того чтобы выудить особо мелкий. И в наказание или поощрение – это вот будет ясно позже, скорее и то и другое, это как игра, ну в конечном счете как игра...
0.17-2.48
Когда мне говорят «всё будет хорошо» я чувствую себя лошадью. Обезумевшей от страха или бешенства лошадью с хлопьями пены на боках, встающая на дыбы, на грани сорваться с места разрывая мышцы. Или может стену проломить копытами. Самое забавное в этом что мне это нравится. Когда так говорят. Мне. И не спрашивайте почему. Причина и следствие – всего лишь ассоциации. Что-то с чем-то там преломляется и в итоге образ который по определению должен был вызывать гнев вызывает удовольствие. Цепочка ассоциаций – самая очевидная, та что на первом плане – обезумевшая лошадь нервно вздрагивающая с раздувающимися ноздрями. А может и без пены, но не знающая наездника. Атавизм или извращенная страсть к противоречиям?
Чем я занималась сегодня я никогда никому не признаюсь (P.S. в любое время через неделю-)). Но вывод проявился сам собой – как со мной идиоткой можно рядом находится – это выше моего понимания. Нет, я конечно тоже улавливаю непотребную необычность ауры, но в общем и целом…. – жуть воплощенная в чистом виде. Особенно это забавно если наложить на «сейчас» - наблюдается фотография из дурдома: в смирительной рубашке на лавочке под вязами… и с кляпом во рту. Я могу лишь склонить голову в смиреннейшем молчании по поводу безграничного терпения. Это уже повод или только его начало? Редкий случай – я осознанно конструирую влюбленность и это органично накладывается на момент, обстоятельства и линии ассоциаций. Смущает меня только одно – недостаток информации. Это вселяет неуверенность и путает карты. Но ведь так и должно быть?-) Это нормальный симптом всех маньяков склонных к экзальтации. Последнее время меня тянет на странные желания, часто, много и по долго. Это как беременность – жажда кофе, каперсов и трезвости перемешивается с дикой тягой на соленое, сладкое и острое….{Приходи уже быстрей, а? Пока картинка не застыла и момент еще живой.}В каком то смысле всё так оно и есть, ну если принять во внимание вынашивание концепции как равную степень. И я никогда не признаюсь (P.S. под пытками или без подготовки, резко, не думая) что сейчас слушаю. Я становлюсь устойчивой, переполненной адреналином и {Я думаю постоянно. Не могу избавится от мыслей. И от этого безумею. Выдергиваю себя за шкирку, но помогает слабо и не надолго. И я не хочу риска – его и так было много, когда есть что терять рисковать не хочется во все, но тянет поставить на кон всё с каждым днем сильнее. Чем сильнее сдерживаешься, тем сильнее тянет рискнуть. Это болезнь риска – алкоголизм рулетки. Колесо крутится и указательным пальцем, рывком запускаешь шарик. И шарик бежит обратно движению колеса и времени остается все меньше. И когда он упадет будет одно из двух – или все кончится не начавшись или начнется что-то иное, новое и не предсказуемое. Я часто удивляюсь насколько глубоко я могу быть слепой наружу при чертовской прозорливости внутрь. И когда перед глазами два рисунка – то что мне мнилось и то что наверное есть на самом деле я всегда удивляюсь разительной разнице между ними. Я с трудом сдерживаюсь чтобы не набрать твой номер, меня тянет этим желанием и мысли путаются. Это экзальтированность, эффект стекла и дерева – эмоций или нет, или они накрывают девятым валом, резко и неожиданно. И тогда захлебываешься этим величием, как если был глух и вдруг услышал. Звуки оглушают и разрывают сознание. И всё это через дикое, стократно усиленное наслаждение, экстаз обретения внутреннего слуха… Ты приходи скорее, пожалуйста, потому что иначе меня разобьет на части. Тут всегда так, это же как волны, если возносит к небесам значит обязательно потом упадешь в ад. Это компенсация, закон сохранения энергии. А если ты придешь то я или выплеснусь или успокоюсь и волны уснут на песке, сонным бормотанием утихнут внутри и я удержусь на этой грани, когда тут слишком много, а там слишком громко, удержусь на этом рубеже сознания, где волна свернется внутрь себя. А если ты не придешь меня накроет лавиной обрушившихся одним целым звуков, и тогда меня погребет под обломками этой новой личности и я долго буду ребенком с бессмысленными пустыми глазами. И я не могу об этом просить, потому что придется объяснять, а любое объяснение сейчас может сорвать с контроля, стать последним выстрелом. Ты приходи скоро, пожалуйста. Это сейчас мне очень нужно. Это так странно – знать, что я могу позвать, но не иметь возможности. Почти анекдотично, почти наигранно, но слишком реально, чтобы пытаться заговорить. Меня притягивает к телефону на веревочке, только она почему то впивается в горло леской и разрезает гортань сминая дыхание и мне безумно хочется тебе позвонить, но я не могу, потому что тогда придется говорить. А вчера ты был счастлив, но я побоялась спросить почему. И побоялось тут скорее обстоятельство не имеющее ничего общего со страхом. Просто это было бы грубым вторжением, точнее могло стать таковым, а могло и не стать, но я не люблю случайной грубости, она слишком вульгарна, только сознательно, настроением безразличия, но не так бездумно и пошло как любопытством. Мне хорошо с тобой, я это уже говорила? Тихо и как-то понятно. И страх не толкает на крайности, на желание извращенных исповедей, чтобы наотмашь и без вариантов. Просто тихо и слаженно, и очень уютно. И как-то просто, при том что часто не понимаю. Это так странно – я так часто не понимаю что ты мне говоришь, что почти забываю, что слишком часто не понимаю, что ты хотел сказать. И часто догадываюсь, но ответ слишком определен и конечен, чтобы могла поверить в правильность выводов. Ты приходи, а? Пожалуйста. Это было бы славно. Просто и без относительно. Без причины и следствий. Опять же признательность – мне так хочется ей поделиться, ну возможно немного лукавлю, но лишь самую малость и то, удерживаясь на грани баланса. Это, знаешь, как открытые настежь двери за секунду до полной распахнутости – уже чувствуешь как пространство колеблется и время уверенно путает линии жизни, но еще на краю, лишь на шаг обязательства удерживаешь эти рвущие мысли сомнения. Это как бабочка, прости за банальность, вдруг из кокона – ворохом красок и резкий взмах крыльев и просто срывает и уже запоздало понятно как это – подниматься на цыпочки, через голову и обстоятельства.} довольством. Отрешенная и насмешливо отвечающая и глаза почему то пугают все чаще и чаще. Что-то такое странное происходит, и главное не понятно вокруг или внутри, точнее не понятно где граница этого внутри. И появилась не решительность, сомнения и отсутствие интуиции, а фактов как всегда не хватает и в итоге выключаю ситуации как двери закрываю – легко и просто. Только всё равно ощущения остаются смутными. Каждый день я хотя бы раз думаю – странно. Этих странных на последнее время слишком много. {А как же страсть? А нельзя их объединить? Любовь к урагану и страсть к его воплощению, или обязательно только что-то одно как при выборе между двумя поворотами. Не люблю выбирать, если выбор это отказ. Просто упрямо – я хочу всё и сразу, пусть даже вторую половину я нарисую сама. И у меня болит что-то внутри, и почти вспоминаю, что это значит, тот старый и почти достоверный диагноз, и мне почти становится страшно. Отстраненный ужас понимания, что если «да», если верно, значит уже не будет выбора. Никогда. И без вариантов. Только определенность останется. И в это не столько обидно, сколько уныло – как увидеть захлопнувшуюся перед носом стальную дверь с кодовым замком. А код существует где-то там, он возможен, но найти его не вероятно. И это пугает, даже при том что сама бы выбрала именно так. Но все же хотелось бы выбора, в замен предрешенности. И одна боль накладывается на другую, и та, что знакомая, честно известная усиливает ту туманную, по памяти и скорее мыслями. Они сплетаются в единое целое и через багровое наслаждение спазмами тугой боли меня заставляет морщится. И словно режет по нижнему краю на пополам. А потом все проходит – это не вечно и не так безнадежно как думается. Лишь волна рожденная точно известными обстоятельствами, но они решаемы и вполне допустимы. И я пишу строчки, удерживаясь ими на поверхности, и ровными рядами букв снимаю остроту состояния. И когда пишу немного надеюсь, что ты узнаешь себя в этой путанице, потому что я знаю – ты прочитаешь, только не знаю увидишь ли этот момент моими глазами. Мне хотелось бы, чтобы увидел, на секунду мою половину истории, той самой хистори, что всегда вероломно обманчива и слишком сильно зависит от величины постоянных. И мне становится стыдно, потому что если в пробелах, между строчками, в промежутке за смыслами ты узнаешь себя, то родится момент непременной реакции, и тогда будет выглядеть как шантаж и предательство. Ведь это тоже шантаж, одна из его разновидностей, когда дают увидеть незрячее, вынуждая на мысли о действии. Но мне все же хотелось бы, чтобы завтра или на днях спросил – не тебе ли, и если нет, то кому. Или хотя бы отметил, пусть косвенно, но признавшись в сомнениях. Только не спросишь, при любых вариантах, для этого в тебе деликатности слишком много и, наверное преданности, этой жертвенности когда себя обрезают для верности. И мне очень хотелось бы знать твою половину рассказа, не моими словами и дикими ассоциациями, а как есть для тебя и твоими глазами. Знаешь, у тебя удивительно правильной формы губы – идеальные, словно карандашом по бумаге. И глаза удивительно правильные – не однозначные и всегда обстоятельные. Видишь, такие глупости в голову приходят, и лишь потому что безумно хочется разорвать твою ночь на обрывки телефонным звонком. И я знаю, что можно и наверное потому и нельзя, что уверенно «можно». Это было бы слишком чудовищно грубо и скатилось бы к пошлости. У нас есть удивительно общая, при том безумии несоответствий, черта – отвергать простое и усложнять до безумия легкое. Это очень сближает, если видишь начало точки отсчета. И знаешь, я не понимаю, слишком много тут и слишком пронзительно там, это меня смущает и путает, с ясности мыслей сбивает. Я не понимаю, ту линию за которой для тебя слова становятся кровью, ту параллель где слова превращаются в капли небрежно брошенные ветром на кожу. Где та грань за которой ты четко знаешь, что именно это и никогда по-другому, никаких двойных смыслов и значений с сомнительным прошлым. Мне хотелось бы знать – именно знать, тупо и просто, без узнавания изнутри и «наверно». Просто знать и четко видеть вереницу значений для переменных, что способны решить уравненье сомнений. Знаешь, мне удивительно остро хочется, чтобы ты позвонил сейчас и тогда бы могло показаться, что ты слышал, может быть смутно и несколько странно, но слышал. Только это ведь как мечта о бессмертии – слишком легко, надуманно через край, чтобы быть реальностью пусть даже абстрактной. Но это лишь половина ответа, а в другой кроется мое нежелание открывать тебе этот обрывок желания, хотя бы из знания, чем заканчиваются подобные ситуации.} И ведь снова буду смотреть честными глазами, истова веря, что именно так, а не иначе. И вдохновенно врать объясняя почему тут не так как было там, и ведь буду честна в этом, до микрона секунды правдива, но всё же лгать, потому что и это лишь временный фактор. И так не будет всегда, но лишь временами, по запаху ветра. Обстоятельством времени и всегда незаметно конечно.