Ни хуя я писать не хочу. Абсолютно причем. Ни сейчас, ни когда бы то ни было потом. И говорить, как обычно, тоже не хочу. С той лишь разницей, что никогда больше. За эту уже почти прошедшую неделю я столько хуйни начинала писать, что удивительно почему ни одну из них не довела пусть не до конца, но хотя бы до середины. Одни эпиграфы и начала. Бесконечные и паршивые как все мои попытки записывать. На хуй. Всё, что я хочу на данный момент это понять, что со мной творится. Даже не так – блядь, как обычно, напишешь одно слово, а потом три листа поясняешь что сказать то хотел. Хочу увидеть мысли. Это только кажется, что когда точно понимаешь что происходит, тогда точно видишь свои мысли. Ни хуя. Может у кого-то так и есть, а мне лишь достается общее ощущение понимания и обрывки конечных ответов. Хочу знать. Хочу! знать! Что! я! на самом деле! Думаю! Именно так – с восклицательными знаками или интонацией сплевывания. За окном молнии – дождя нет, а молнии есть. Тихо, сумрачно и молнии. Небо похоже на белую вату в темноте. И резкие неожиданные для тишины вспышки. У матери там что-то такое по телевизору играло, что-то знакомое, но вспомнить так и не могла. Хорошая мелодия. Но не возможность вспомнить раздражает, поэтому забила ее шум 40 симфонией. Она идеально подходит для этого настроения. И блядь по хуй. По хуй, что ее я слушаю вот уже 24 года подряд и перерыв в наших отношениях был вынужденный и от силы может года на четыре. Я зла. Не так. Я отчаянно зла сейчас. Блядь, вот ни хуя себе резануло – в ладонь шириной (ну на вид, по крайней мере) и длинная, ровно от начала окна до горы. А дождя так и нет. Allegro Molto – та часть, которая научила меня умирать. Смутно помню – мне лет пять\шесть и слышу мелодию (не знаю уж каким Макаром я добралась до нее в том возрасте, то ли случайно наткнулась, то ли черт в меня вселился, но факт остается фактом – самое четкое воспоминание о тех годах это четыре части жизни ведущей к смерти в перевернутой последовательности). Так вот – это часть о том как несешься по лестнице все выше и выше, чтобы потом на самом верхнем пролете, почти успев добежать, упасть и видеть как из тебя вытекает кровь. Медленно, странно, без ощущений, время становится вязким, а мысли мутными. И свет постепенно сужается по краям. И думаешь отстраненно, что видимо уже всё. Хотя скорее удивляешься, что все было так просто. Вот. Собственно я к чему – лестницы хороши для собирание мыслей в одно целое. Я отчаянно зла сейчас. Спокойно, без истерии и бешенства. Тупо и спокойно. Смешно – это как откровение. Словно остановился неожиданно и проникся идеей. Так наверное неожиданно резко и не в тему понимают годами проживаемый коан. И когда перестают думать – бац и всё. Понимание достигнуто. Или резко вспоминают, что забыли дома выключить газ (сидя в самолете на пол пути в Багдад). И между прочим молнии стали сильнее. Это уже даже не прилично. Это слишком идеальные декорации – если бы у кого-нибудь больного на голову появилось бы желание поставить фильм, лучшего кадра быть просто не могло быть. Очень похоже на картинку. Секундная вспышка, слишком быстрая чтобы глаз мог уловить ослепительный свет проникающий в каждый закуток пространства, но достаточно сильная чтобы сознание успело запомнить – постфактум, по памяти восстанавливаешь момент когда ночь была абсолютно белой… Я перечитываю твой дневник – не знаю почему мне ударило в голову распечатать его снова, так вот распечатав, наткнулась на самые первые записи. Наткнулась и охуела. В прямом смысле – тут по-другому не скажешь. Это не удивление, это шок в последней стадии. И больше всего мне интересно почему я этого не читала. Вот это интересует больше всего. На данный момент я дочитала до 11 ноября. А, вспомнила, мне стало интересно сколько я тебя уже знаю. Ну, условно сколько и условно знаю. Это и подвигло меня на подвиг. Выяснилось примерно без полутора месяцев год. Собственно где-то так я примерно и помнила. Вопрос был – ноябрь или декабрь. Не знаю, что именно я хотела от этого знания, но видимо что-то мыслилось важным. В любом случае я пришла к любопытным выводам. Во-первых я была крайне невнимательной, во-вторых интуитивно я воспринимаю людей точнее чем по факту – наверное обрывки информации складываются в линии и картинки лишь когда суетливый мозг не мешает. В-третьих, хотя нет, к этому выводу я пришла параллельно. Возвращаясь к попытке понять что и как. 1) Я – выдохлась. Полностью и абсолютно. То в каком виде я сегодня проснулась – это не ужас был, это был кошмар наяву. Мало того, что я как последняя идиотка проспала (а проспала по детски – вот сейчас еще пять минут, и пять минут разумеется на полтора часа растянулись), так я еще и хуйней страдала полдня в итоге. Я – выдохлась, я уже не способна на подвиги, я уже даже на обычные дела не способна. Не могу ничего и никак. Я уже не принимаю решений – я их просто игнорирую. Я уже не способна делать выборы –на них я просто плюю. Я уже не способна взять себя в руки и определяться я тоже уже не могу. Мелочь – определиться что и как мне надо. И – не могу. Апатия – все эмоции разъедаются плесенью, все чувства распадаются в труху, а мысли плавятся асфальтом оставляя несмываемые пятна на сознании. 2) «Ебанутый» - мысль вечера. Нет, я конечно всё понимаю, но некоторые поступки других людей меня просто шокируют. Я их не понимаю настолько, что впадаю в ступор на целых пять минут. Пять минут на полную тупость и ни одной версии происходящего. Если тебе что-то от меня надо – то нах так то? Впрочем потом я подумала, что это мне кажется что надо. А на самом деле ни хуя. И в этом разгадка. Ни хуя не надо, поэтому можно идиотничать. Так что продолжением мысли стало: «ебанутая». И я просто выкинула всю ситуацию из головы. Если я что-то не понимаю – плевать сто пятьдесят раз. Надо будет – объяснят, не надо – тем более. P.S. это момент случайный, к тебе отношения не имеющий. 3) «Я ебал такую жизнь» - постижение реальности на чужих примерах или здравствуйте – шутки жизни раз в сто лет на чужих примерах. Факты, которые мне сегодня выдали за вечерней беседой нагнали на меня тоску и напомнили о безысходности. Так вот – несколько фактов из жизни людей, которые мне чужие, абсолютно чуждые и объединяет нас лишь некое относительное знакомство и примерно общий возраст (статус, жизненные обстоятельства и т.д. и т.п.). Номер раз – дама, тридцать лет, разведена как год – муж ушел неожиданно и не понятно, десять лет брака, по сути хотела вернуть или хотя бы понять. Узнает «приятную» неожиданность – беременна, скоро пять месяцев, рожать в марте. От того случайного и вынужденного с кем сейчас живет. Оба не разведены, ему развод не дают. Он не плохо, просто он чужд. Этакий истинный военный и это рядом с ней, чудовищем экстравагантности. О любви речь вообще не шла. Просто так сложилось. Первый аборт в тридцать лет – это уже не обсуждается. Не хочет ни жить с ним, ни рожать, ни тем более такую семью иметь. Полностью повторяет судьбу своей матери. Номер два – тот же возраст, но более удачная карьера. Муж – капризный садист с претензией на манию величия. Год стажировался в Германии, а теперь остается в Москве под предлогом карьерного роста. Разумеется она к нему никаким образом поехать не может. Забавно – те же десять лет брака и тоже отсутствие в браке детей, при их общем желании. И судя по описанной ситуации – развод не за горами. Может не в прямую, но на практике. Полное повторение судьбы его родителей, только зеркально. №3 Моя сестра. Десять лет брака, нет детей, развод, нахождение первой швали подвернувшейся под руку, беременность, роды и совместное проживание. Самое смешное, что у бывшего мужа тоже сразу после развода ребенок родился. Чудеса прям – бесплодные десять лет и стоило развестись как на те вам. Совпадения такие смешные. Повторение судьбы нашей бабки. №4 немного до тридцати, дикое желание иметь семью всю жизнь, наконец-то обретенный кандидат и просто чудеса как оно все выходит. Начиная с его отъезда сразу в день свадьбы, до полного не желания родителей обеих сторон признавать этот брак. №5 Моя подруга (ну относительно как и все остальное –почти подруга). Повторение судьбы матери. Точная копия – именно то чего она боялась больше всего. Муж, который с возрастом не только не смог успокоиться, но еще больше сошел с ума на почве женщин. Это уже как болезнь. Нет, без шуток, я все могу понять, но у него это все разумные границы переходит. От старости бежит – на каждый день ищем новый вариант. На каждый – это не преувеличение. Она – сошла с ума ровно до той стадии, что кидается на него (буквально – он уже боится, что убьет ее по обкурке – не успеет подумать и ответит, а тогда всё, там мужчина крепкий, переломом не отделаешься), про еженедельные скандалы бурные и каждодневные мелкие и так понятно. По делам – ненависть истинная. Десяти лет пока нет – второй брак. Лишь половина пройдена, но то как оно идет и мутирует…. Собственно я урезала картины и так они выглядят еще примитивнее чем на самом деле. Там были и другие моменты – но это не важно. Для себя набрасываю, и так вспомнить потом смогу. Картинка – ни один из мне известных браков не пережил десяти лет. Ни один. Все браки повторяют судьбу родителей одной из сторон в самом худшем варианте. Не только браки, но жизни. Подозрительное совпадение с обстоятельствах беременности – не неожиданность, а полная не вписываемость и ненужность. И именно к тридцати. Это как-то вот на размышления безрадостные навело – что ни одна крайняя осторожность уже не будет чрезмерной. Потому как возраст. Опять же – возраст в принципе. Возраст и итоги. К чему каждый из нас пришел. Дело собственно не в этих людях.. на хуй блядь, заебешься писать. В общем не в том дело. Просто помня планы, затраченные усилия, стремление к целям и видя то что получилось через десять лет само собой думается – будущее не безрадостно, оно фатально и слишком похоже на фарс. Дрянная комедия с элементами частноличностных трагедий. Будущее здесь, в моих двадцати восьми, а сейчас – это мои восемнадцать (ну условно, просто возьмем за рубеж десять лет). Я конечно и тогда предполагала, что всё будет именно так, но видеть что была права не утешает. И какая же это всё хуйня – мысли одного часа, одного дня, одной минуты. Бытовые страхи и банальные ужасы. Это комично, но слишком реально чтобы смеяться. И еще. Чтобы не забыть. Пытаясь оценить всё от чего я отказалась за эти десять лет в угоду гипертрофированному максимализму и совершенно идиотским принципам «или так как я хочу целиком или пошли на хуй» я пришла к выводу, что ни черта – «со щитом или на щите», и никаких переговоров о компромиссе. И не потому что… Просто. Из ослиного упрямства. Из мрачного похуизма смешанного с брезгливостью. Пусть меня вынесут вперед ногами, но я никогда не признаю себя побежденной в споре. Меня проще убить, чем убедить. И пусть так и остается. И возвращаясь к предыдущему пункту – выдохлась. Нет внутри ни полетов, ни планов, ни надежд. И даже желания что-либо делать тоже нет. Я воспринимаю жизнь как войну за новых рабов – или смерть или рабство, третьего не дано. Рабство обстоятельств, страхов и случайностей. Рим против Дакии. Троян и отрубленная голова Децибала. На самом деле я не помню – что именно помню, Дакию или какой-то другой момент. Да не важно на самом деле. Всё это не важно. И Дакия с ее пожарищем и чужие беременности и мои двадцать восемь. Просто когда видишь как жизнь надевает кандалы обстоятельств даже на чужие жизни начинаешь крайне трепетно относится к своей – все мы эгоцентристы если по смотреть по внимательней.
4) «Пиздец, на хуй» - достижения на работе, или никогда не радуйся удаче, пока день не закончился. В три я была довольна собой, а к пяти уже сошла с ума, потому что испортила все окончательно и с минимальными усилиями и так, что исправить не представлялось возможным. Завтра будет крайне интересно узнать и чего же я в итоге сделала. Сейчас вспоминается моя фраза на выходе – хорошо, что я не составляю списки смерников, вот такая ошибка могла бы стать действительно ужасной. 5) И ни хуя я не плагиатор, и мне не обидно, мне странно. Не плагиатор как минимум потому что помню чужие тексты весьма смутно, а перечитывать мне почти всегда лень, и как максимум из бешенной гордости. Но вот, что на самом деле интересно – я знаю как всё есть, я уверена как всё есть, но меня отравила тень сомнения – а вдруг я просто не до оцениваю подсознание. Ну а вдруг? Противно если так. Опять же вспоминая мою же фразу – когда человек усиленно пытается убедить себя или других в чем-либо, значит знает кошка чье мясо съела, только не признается. И понимание, что все основные идеи так давно были уже сказаны, что при желании можно было бы вновь отсалютовать эллинам не спасает. Опять же наводит на размышления как и кто воспринимает мои слова и это вновь приводит к мысли, что говорить, а тем более писать надо меньше и проще. Без идей, без выкладывания и попыток разобраться. Чушшшшшшшь…. Всё чушь. 6) Вдохновение, каким бы убогим оно не было можно убить лишь сочетая два фактора одновременно – сказать автору, что он гениально ворует чужие идеи и параллельно завести его в дебри несуществующего счастья. Сначала меня оплевали как автора – это было так, неприятно на пять минут, но излечимо. Но потом меня довели до эйфории. Любовной горячки и страстной потребности. И вот это было убийством – потому как чего писать когда и так все ясно… Сделать ничего нельзя, вариантов нет, любовь есть – пусть все остается так как есть и идет так как идет… 7) «Че делать то дальше?», и вообще что делать, и в принципе и в частности – что делать? Прав был Николай Гаврилыч, ой как прав – есть только два настоящих вопроса и это первый по важности. Что мне делать с собой, что мне делать с жизнью, что мне делать с моими почти выношенными желаниями. Что делать – вариантов не вижу, вот в чем ужас. Вариант один и приевшийся до оскомины. 8) Я знаю чем все закончится. На этот раз – просто сойдет на нет. Предрешенность – никаких молний и фанфар. Именно потому что все слишком реально. А когда реальность, тогда со словами «я приду завтра» уходят навсегда. Просто растает насущная потребность и всё. А внутри останется тоска и жуткая потребность. И лишенность чего-то важного, что словами не выразить. 9) Ни хуя не могу отвечать – ни времени, ни сил, ни мыслей. Тишина и пустота внутри. 10) Я точно знаю как обмануть карму – ни хуя не будет так как там планировалось, будет так как я сказала. Даже если это тоже было записано в книге Судеб. 11) Я боюсь старости. Я на самом деле боюсь старости. Я боюсь ее до одури. Боюсь до липкого льда пота по позвоночнику, до спазм в желудке, до трясущихся рук и бешенного ритма сердца. И ни хуя не морщин и ветхости – на хуй пошли. Я боюсь того, что скрывается за внешним увяданием – маразма, довольства собой и примирения с жизнью. Я не хочу с ней мириться. Я ее ненавижу. Всем нутром ненавижу. Она мне противна и отвратительна. И вообще мы уже лет двадцать как полностью разорвали отношения. 12) Блядь, мне двадцать восемь лет и я ебанутая так же как и десять лет назад. Мне 28 – и мой жизненный план сбывается с катастрофической точностью, но я уже не помню что там мне в бреду самолюбования хотелось еще. Мне. 28. Это же пиздец как уже много. И к чему пришли? И даже бог с ним к чему пришли, дальше то куда идем – вот что паскуднее всего. 13 и последнее. А вот этим ты меня добил. Потому что ты говоришь мои слова. Или мысли? Женщины говорят\видят правду чаще, а мужчины глубже. Женщина – это набросок мысли, не оформленный, не додуманный, не до конца проверенный, с надеждой на иной выбор. А мужчина – это один раз и до конца. Так что потом – только вешаться или забывать. Хорошо, что тебе мои слова не нужны. Это очень хорошо. Потому что мне не чего сказать. Больше нечего. Мне не хотелось бы, что бы всё сложилось иначе – потому что знаю, что иначе быть не могло и не может. Я чувствую себя змеей лежащей над обрывом и мечтающей хотя бы раз узнать, что такое полет. Это не тоска, это глубинная неудовлетворенность. Сошедшая с ума лента, вообразившая теорию полетов. Только нет и полетов, для меня, и быть не может. И понимание это делает меня злой…..
Еще оказалось, что прошедший год окончательно излечил меня от самой возможности строить иллюзии – больше не получается. Когда мне в нос сунули набросок моей мечты у меня резко отрубило. Так что меня больше не спасет самообман иллюзий или забвение в эйфории экзальтированных эмоций, и притворится что надежда есть я тоже больше не смогу. Так же как верить или планировать, или хотя бы мечтать о планах. Ни хрена я больше не могу. У меня даже усталости больше нет – от безнадежности и отчаянья. И их тоже нет. Лишь мрачное наплевательство. «Ломка – разморозка – ломка – разлом» (с) – так вот разморозки меня лишили. Одна ломка осталась, да и к ней как оказалось привыкла. Уже не производит разрушающего впечатления. Приходов нет. Действуют все меньше и реже. «Смерть – есть одежда для жизни» (с) – вот в чем штука то. И одежды так же убоги как и предмет.
P.S. я люблю тебя. Жаль что этого мало. Как для тебя, так и для меня. И все хорошо именно тем, что не иметь имея легко, просто и утешительно. Так что я не гоню. Так, просто захотелось зафиксировать один день каким он был.