А вот никогда я этого не пойму. Лицемерных воплей о том, что детская жизнь дороже. И всегда будут лицемерными. Перед смертью равны все – старые, молодые, больные и здоровые, это только смерть не равна, а перед ней все в равном положении. Принятие смерти, отношение к ней – это разное, а остальное… Опять же к чему эти вопли? С точки зрения вечности – разницы между смертью грудного ребенка и взрослого нет никакой. С точки зрения ценности – тоже. Это вообще вопрос не решаемый – из ребенка может вырасти будущий серийный маньяк или создатель нового вида биологического оружия, которое уничтожит всю планету, или какая-нибудь просто гадость с единственным на жизнь предназначением – отравлять существование окружающим. С той же вероятностью в 50% из него может вырасти гений или новый мессия. Так же как и обычный средне статистический человек. Опять же еще вариант – вырастет человек обычный, а вот уже его потомки… А вот старушка-пенсионерка, стоящая одной ногой в могиле, которой и так было отмерено меньше года жизни может за этот год спасти другого, который будет важным, или своим теплом одарит соседских детей и из них вырастут люди. При чем именно люди и именно благодаря персонально ей. Хотя вполне возможно она всего лишь старая идиотка с никчемной жизнью, которая и до предполагаемого критического события была никому не нужна. Не известно это – кто важнее для мира, вечности или жизни. Опять же если вопрос стоит о выживании человечества, то тогда понятно в общем виде. Молодняк – это будущие инкубаторы для следующего миллиарда пожирателей падали. Потенциальный. Хотя и тут вижу нюанс – не факт, что потенциальное станет реальным. Очень даже не факт. Может к моменту полового созревания вирус новый появиться и стерилизует всю планету… Дети стоящие дороже жизни взрослых. Это если оценивать. А когда вопят – именно оценка и есть. А любая оценка всегда ошибочна, в силу произвольности критериев. Опять же – что такое 300 смертей? Ничто. От шести миллиардов – даже не один процент. И вообще надоели эти постоянные стоны по поводу терроризма. Засрали весь эфир. Надоело. От автомобильных аварий в год погибает значительно большее количество людей, но никто же не орет и не бьется в истериках. От инфарктов, рака и прочих побочных эффектов жизни тоже погибает процент больший. А если приплюсовать все убитые загрязненной атмосферой годы – так вообще кошмар. И тоже никто не орет. А тут на тебе – катастрофа вселенская. Пожары, обрушившиеся коробки домов, китайский грипп – смерть приходит разными лицами, и суть на самом деле не меняется. Какая мать вашу разница как умер? Дети между прочим вообще часто умирают. Чаще чем взрослые, хотя бы потому что иммунная система еще не отлажена. И синдром внезапной детской смертности тоже пока еще никто не отменял. И дети зараженные в больницах СПИДом, сифилисом, гепатитом и гриппом, который при всей кажущейся простоте на практике часто служит причиной весьма неприятных и долговременных негативных последствий. Мир такой. Был, есть и будет. Опять же, извините меня, можно подумать что люди, и в частности дети, стали умирать в последние лет пять. Вот раньше все жили вечно, а тут на тебе – смерть пришла и подарков принесла. Войны – крупные, мелкие, локальные, территориальные, колониальные, религиозные, политические – были всегда, это в природе человека. Сколько лет шла Столетняя война? Именно. И между прочим в ее анналы не вошли мелкие события в виде вырезания под чистую деревень и мелких городов. И кстати даже сейчас есть горячие точки, это прелестное название заменило слово «война», только суть от этого не меняется. «В Сьерра-Лионе до сих пор идет война» (с), а если не там, так где-нибудь еще. Единственная очевидная ценность детей может быть только для государства. Наше время – это время самых сильных государств которые помнит история. Никогда человек не находился под таким тотальным контролем со стороны власти как сейчас. Коммуникации, эфир, массовая культура оказались более значимыми для порабощения отдельно взятого человека, чем средневековая плетка. Мы все рабы, где бы не жили. Рабы государства – нас выращивают с иллюзией свободы и вставляют кирпичиками в пирамиду. Жрем что положено, идем куда положено и живем по сути так как запланировано. Удавки не видны, но от этого не становятся менее ценными. В мире практически не осталось уголков свободных от социальных институтов. Свобода – это вымирающий вид. Система. Единый организм живущий по своим законам. Так вот для системы дети крайне важны – ей важно, чтобы ее ячеек становилось все больше. Дети – будущие солдаты государства, будущие муравьи для которых уже припасены свои бревна. И кстати – мне вот безумно интересно, почему никто не плачет ежедневно над каждым погибающим за пять минут видом? А ведь погибают – животные, растения, насекомые. Умирают тихо и незаметно. Вымирают. Уступают дорогу великому Человечеству, с его коронной идеей быть выше и дороже всей остальной планеты. И сказал Бог – приди и сожри на хрен эту сраную планету, надоела она мне, сил больше нет. От библии к гуманизму – человек центр и мерило всего. И всегда. На-до-е-ло. Заебло, если честно. С детьми я только одно могу понять – боль. Пытки, изнасилования, издевательства – вот это недопустимо по определению. С детьми – это гадко. Им труднее принять, понять и терпеть. Опять же чувствительность больше. Да и бессмысленно. Если ради выгоды – так ребенок ни хрена не поймет, стало быть – бессмысленно, если доказать свою силу – так опять же бессмысленно ибо ребенок изначально слабее, тут даже сомневаться не стоит. Вспоминаю относительно недавний случай – парочка, детей убивала, или там калечила, в общем страшные вещи творила и как сказано было ради карманных денег. Так меня позабавил только один момент – они роста оба были весьма скромного, почти карлики. И вот для меня в этом ответ – два убогих, слабых искали тех кто еще слабее. А если ростом с сидящую собаку типа терьер – так кроме детей и кошек никого и не остается. Так что издеваться над детьми – это да. Мерзко. Как любая слабость возведенная в абсолют. Момент с наслаждением от чужой боли – спорный. Тут как раз логика обратная. Но все равно, на мой вкус – нужно себя ограничивать. Потому как с детьми – слишком легко, просто и предсказуемо. Нет простора для фантазии и воображения. А значит – убого. А вот убожество – это единственный порок не достойный прощения… А с точки зрения природы ценность представляют лишь способные к деторождению самки – уже способные, а не детеныши. Детеныши в природе мрут как мухи и выживает один из десяти, в среднем и лучшем случае. А часто и того меньше. Так что у человечества тут уже перебор шансов на лицо. Опять же мне одно интересно – если мы убивать друг друга перестанем, если вот без смерти – как быстро мы засрем планету до полной нежизнеспособности. Год? Десятилетие? Век?.... И вообще, лично мне – насрать. Да хоть пару десятков тысяч чужих людей обоего пола и всевозможных возрастов. И любыми путями, способами и вариантами. Не плачу же я над умершим от цирроза печени китайцем в данную минуту. А между прочим он умер. И был весьма достойным членом общества, прекрасным отцом и великой души человеком. И не плачу, и не радуюсь. Умер китаец и умер. Чужой он мне человек, я за него не в ответе. За себя бы хорошо – чтобы всегда и во всем. Опять же вот если бы родной и близкий – тут дело другое. Спорное, но другое. Идеалом бы хотелось видеть в себе песню радости Мастера, но на практике выходит плач с причитаниями и домыслами. Другое дело когда своих. Но опять же тут момент важен – круги близости и количество возможных близких. Отдельный вопрос к скольким людям вообще можно искреннюю привязанность испытывать – двум, трем или десятку…
Нет, ну в общем виде, конечно понятное дело. Ужасно. Тут то спора нет. Только ужасы – это тоже непреложная черта человечества. Натура у человека такая – страстная и с воображением. Так было есть и будет. Что в этом нового – вот что не ясно. Это как сокрушаться, что у человека две руки. Ужасаться, удивляться, негодовать. Вот все звери как люди, один человек – двурукий. Позор и бесчестие для вида. Только это не новость, это уже в самом термине заложено. Человек – и этим всё сказано. Вот если бы коровы сбежали с бойни и по дороге изнасиловали и убили охранников, а потом пошли и взяли в заложники их детей – вот тогда бы стоило бы вопить. Это было бы действительно странно, немыслимо и непреемлемо. Разорвать их на кусочки и скормить собакам и головы для устрашения других повесить над каждой бойней. Пусть перед смертью бояться… В общем заебало. Лицемерие – не в одной плоскости, так в другой. Хотя я допускаю, что мне ничтожной просто не дано понять величие и широту других сознаний. Не дано. Так слава дьяволу и не претендую. И то хлеб.
Мысль дня – отсутствие репродуктивных тенденций в организме делает человека крайне равнодушным к судьбам других.
P.S. Вопрос дня – а калашный в написании и истоках, оно как? И ведь ответ уже находился. Но снова благополучно забыт.
P.S.S. А на хрен было писать вместо того, чтобы спать идти? Завтра вставать между прочим. А всё потому что общаться с собой крайне приятно и познавательно – и позиции сходятся и мнения роднятся, да и человек интересный. Но всё равно – холодной ненавистью ко всему. Без исключений на «себя любимого». Равенство и равноправие как приправа к бессоннице.
P.S.S... Ну ладно – не лицемерных, тут я погорячилась и не правильно использовала термин. Скажем – не вполне искренних, или не до конца перед самим собой честных. Это тоже была оценка – а все оценки, как известно, не стоят затраченного на них времени, ничего они не стоят. Сие - упущение, и большая его часть – небрежность. Пренебрежение точностью. Лень было искать правильное слово – взяли первое попавшееся под руку, слегка сходное по форме и в общем виде родственное по содержанию. Нужно работать над автоматизмом реакций – чтобы изнутри, всегда и во всём. Задержка в полчаса – необходимо убрать реакцию первую или свести разрыв перед второй до пяти секунд.