Мне нужно лечь спать. Именно сейчас нужно. Через 20 минут наступает мой крайний срок, но я уже знаю, что не лягу. Я снова в том времени когда проваливаешься в сны как в истинную жизнь. Просто проваливаешься и живешь там… Там – где-то там. За дверью, за горизонтом, за чертой. Там – живешь, а проснувшись просто ждешь тут перехода туда. Я не могу проснутся по утрам, просто не просыпаюсь. Нет утра – утро стерто из моих линий широкой жесткой кистью с желтой масляной краской резко пахнущей чем-то забыто-знакомым. Снова днем приходят они – тени, или люди, или мысли завернутые в обертку сознаний, просто приходят и живут перед глазами. В снах ты влюбленный вампир, что уже странно само по себе. Ходишь по странным улицам заблудившись в знакомых линиях и никак не можешь найти дом. А над небом висит картонное солнце и глупо хихикает как ты мечешься по нарисованным улицам пытаясь успеть туда, куда ты опоздал еще в прошлой жизни. Впрочем там ты горишь внутри и все остальное стоит того. В картинках ты разделяешь себя на зрителя и героя, чтобы точнее описать тех кто рядом, написать с нескольких углов, увидеть с разных лестничных пролетов, услышать из разных окон. Там ты видишь четыре тени и никак не можешь понять за которой из них скрываешься ты сам. И почему их стало четыре – ты не любишь четные цифры, они смущают тебя своей конечностью. Вчера была мысль – о трех состояниях: Будды, вселенского плаксы и язвы. Состояния – ощущений, чувств и слов. Разделение для обретения глубины. Или просто особенность организма. Сегодня натолкнулась на горсть чужих слов – о ком-то другом, или точнее скорее всего о ком-то другом. Впрочем какая разница о ком, если в них ты находишь ключ. Я благодарно киваю автору за подаренный ключ – и не важно, что он сам хотел вложить в свои слова. Мы пишем себя, но на самом деле это нечто за чертой водит нашей рукой. Просто приятнее думать, что это мы сами. Но это оно. Безликое. Невыразимое. «Разбрасываешь свои кусочки в чужих… он меняется на страницах и уже не тот что был у линии… а тебя никто не толкнет» (с) – ключ для меня….. Просто ключ к двери которая до этого была незаметной. Ключ не открыть, но увидеть. Открыто всегда, только повода заглянуть нет. Разбрасываешь себя в других в надежде потом собрать себя заново. Время собирать камни и время разбрасывать. Где оно время собирать?... Разбрасываешь себя в чужих… людях, мыслях, ситуациях, чувствах… как смотрящийся в зеркало разбрасывает свое лицо по стеклянным мирам. Разбрасываешь в чужих, чтобы увидеть в себе… Он меняется. Дааа…. как он менялся. Как было больно увидеть, что он был всего лишь мной. Лишь я и только я и никого другого. Слышать голос и понять, что лишь эхо собственного голоса отвечает на мучительный вопрос. Больно не то, что другой не такой, больно что это ты сам. Мечешься по зеркальным коридорам и хватаешь лишь собственное плечо вывернутыми судорогой пальцами. Скрюченные пальцы тянутся в попытке ухватить того, идущего впереди, отстающего на шаг, но ухватив плечо поворачиваешь лицо к глазам и видишь лишь себя. Гонишься за тенью лишь за тем, чтобы найти свое потерянное в другом коридоре отражение. И никто не толкнет, никто не разрежет кожу шепотом: «выбирай»…. Никакого выбора, путь определен тем первым шагом, который ты даже не можешь вспомнить. В других жизнях ты делаешь выбор и потом тысячу вечностей приходится идти лишь вперед потому что за спиной всегда обрыв. Выбираешь дорогу стрелы, и уже сама дорога ведет тебя вперед, хочешь ты этого или нет. Возможно это самый правильный путь, но что он стоит, если нет выбора? Всегда сомневаешься, потому что никто не любит свободу, так как ты. А свобода – это внутри и только внутри… Обреченность на поражение – всегда знаешь, что проиграешь. Ты проигрываешь все, что попадается в твои руки, ничего не умеешь удержать, потому что к твои шаги поцеловал ветер, а любое сокровище это кандалы для пустоты. Есть пустота когда кислота разъедает внутренности, а есть пустота когда становишься сосудом. Просто сосуд в который свет наливает ветер. Это две разных пустоты, просто слово лишь одно….. Сам… сам, сам, сам. «Своими ногами» - слова из другого разговора. Но что я могу сказать о пути одного если для этого нужно сначала убить в себе радость жизни, а потом убить радость смерти и шагов к этому так много и они так мучительно жестоки в своей равнодушной насмешке. Сомнения – я не уверена, что понимаю истинный смысл вопроса и не уверена, что на такие вопросы стоит давать ответ. Сомнения в том что этот путь стоит цены, которую нужно заплатить. Сомнения – так ли это нужно всем. Обреченность на путь – много говорят о его свете, но мало говорят о агонии содранной кожи. Стоит ли оно того? И нужно ли здесь и сейчас? Может завтра, или через тысячу ночей? Так ли нужно вступать именно сейчас? Я – не знаю. Наверное в этом и есть самая главная слабость – сомнения. Видеть множество вариантов и не видеть того одного, который необходим. Не неизбежен, а именно необходим. По сути всегда было желание стоять на двух лошадях в одно мгновенье, и пусть даже разорвут на куски. Но увидеть двумя, или тремя…. Или? Но не одним. Одним мало. Почему мало? Для кого мало? – не знаю. Просто хотелось увидеть чуть больше, чуть дальше, чуть глубже чем принято возможным. А может это не причина, а следствие. Выбор пути и собственная природа – что причина и что следствие. Познав ответ на этот вопрос станешь Буддой и тебя расколют молотом на тысячу глиняных черепков. Или шестьсот шестьдесят шесть – шестерка магическое число для тебя, хотя ты и не можешь сказать почему. Просто у нее хороший цвет. Хотя ты не знаешь слов чтобы его нарисовать. Ты находишь новый вид книги – книга в форме игры. Но на самом деле она лишь одна и вторую так и не создали. Все важные вещи могут быть лишь в единичном числе. На один век – одна книга. «Есть старая поговорка на Плоскостях… что доброта ведьмы более жестока, чем ее ненависть, и отравляет все к чему прикасается…» (с) – именно так. И с любовью также. Не всем дано и не всем можно. Когда громко думаешь слишком часто мысли обретают плоть. Нужна отрешенность, а ее теряешь получая огонь…… А еще внутри живет ледяной ветер – он просто спрятался там пока зима снова не вернется. Зима уснула, а ледяной ветер нашел дом внутри… И как мне объяснить эту разницу между мной вчера и мной сегодня если даже мне трудно подбирать слова для рисунка? И нужно ли объяснять – это тоже хороший вопрос…… Перестаешь обращать внимание на ответы, чтобы всегда выбирать лишь свои шаги. Не зависимо от поворотов дороги. Каменные клетки делают поворот, а ты шагаешь прямо, и не важно что там нет ничего, там нет луга с высокой травой и синеющим небом, там нет песка с огненным дыханьем ветра и нет леса с развешенными тенями на спутанных ветках. Там нет ничего – лишь твои шаги. А на самом деле ты сидишь под деревом и смотришь на дно цветка. Или спишь и во сне решаешь задачу из учебника по «иной логике»… Как составить слово «вечность» из 999 осколков если нужны все 1001? Нужно просто взять самый крупный осколок и вырезать недостающие части из себя и тогда выход из лабиринта будет найден. Но кто сказал, что там будет лучше чем внутри? – только тот кто не был. Не знающий… «спорит либо дурак, либо подлец… спрашивающий не знает, знающий не говорит» (с) спрашивающий либо подлец который знает, либо дурак который не знает. Знающий не подлец – молчит. Единственный верный ответ – молчание, потому что если сказать да – будет разбит лоб, если сказать нет – будут разбиты пальцы. А ответ будет продолжать лежать по середине в точке «ноль». Подлец это тот кто нашел выход, но хочет вернутся обратно в лабиринт, потому что горький огонь живет лишь там. Некоторым нужен лишь он… Ловушки. Ловушки шагов. Там одна, тут другая. Нужно быть очень осторожным и внимательным. А еще нужна жертва. Жертва – потому что именно «великое сокровище» и есть главная ловушка. Именно потому, что из нее не хочется уходить. Остаться внутри в погоне за миражом. Лишь за ощущения секунды. Там чувствуешь вечность, но здесь слышишь секунду. Хотелось бы знать что дороже на самом деле…. Упасть в объятья снов как в руки смерти, чтобы провалится в гулкий колодец потерянных ощущений. Ледяной ветер остается на страже снаружи, а ты уже внутри….. А рассветы становятся желтыми. Грязно желтые разводы словно края увеличенного в миллионы раз диска солнца….. (задумчиво) Не люблю желтый цвет. И солнце тоже… не люблю.