1.03.04. 14.53
Утром в полдень пронзили двумя тонкими лезвиями. Одно прошло наискось от желудка к сердцу и пробило дыру. Второе крест на крест с другой стороны, но чуть ниже. Улыбнулась, подумав: «а может быть вот так просто? Может уже?» и задохнувшись – «черт возьми, но как все-таки больно то». Замерев в неподвижности, судорожно пыталась сдержать смех, который начал душить – смешно: сначала просить, а потом возмущаться, что слишком больно. Во сне снились ленты багрово-алого цвета. На тонких деревянных палочках. Длинные ленты, которые я пыталась закрутить на палки. Через несколько часов спицу вставили в сердце – хорошо так вставили, душевно. С чувством, и боль от пробитых в полдень дыр в теле тут же отозвалась шипением. Теперь знаю – это были толстые иглы, сапожные, для сапог великана. Сталь с про вздетой в нее лентой цвета крови. А вот в сердце воткнули булавку. Где-то далеко кто-то вставляет булавки в восковую куклу в надежде влить в меня проклятие – а вот и не выйдет. Зря стараетесь. Хотя больно. И главное резко так – мгновенно и быстро. Точно в центр. Между ребрами. (смех) Пульсирующий мягкий комок пронзен булавкой с завершением в виде глаза, и становится маленькой птичкой проткнутой веткой. Птичка бьется на сухом копье и ветка дрожит. Крохотные перья на груди окрашиваются кровью, а голову тянет влево. Чем больше бьется, тем острее ощущается боль внутри – ветка скрежещет по костям, раздирает сосуды, быстро увеличивающаяся дыра наполняется кровью и тельце брызгает каплями как слишком сильно сжатый в руках персик. Крохотные перышки, крохотные капли крови – каждый по отдельности. Перья топорщатся от напряжения, а капли зависают на остриях пуха. Где-то там маленькая кукла, слепленная из воска пытается заменить меня. Почти вижу как на том конце провода огнем вспыхивает фигурка опаляя руки владельцу. Почти вижу. Яркое пятно огня, расплавленный воск выгоревший до плотного черного комка и руки с пузырями ожогов. (рассмеялась) Правда теперь в сердце дырка. А между прочим оно у меня давно после мышьяка, а значит не может восстановится, не зарастет, так и будет с дырой. Хорошо хоть не насквозь, а то можно было бы про вздеть ленточку и носить на браслете…. На лодыжке…. Било бы меня по щиколотке и мягко клацкало – шаг-клацк, шаг-клацк. А еще можно было бы рядом бубенчик, тогда была бы уже мелодия. А еще рядом палец, указательный, мумифицированный, для глухого звука. И глиняную фигурку птички. Вот и музыка была бы всегда со мной. Дырка в сердце, между прочим, осталась. Правда там уже давно много дырок, теперь новая появилась. Не сердце, а пластмассовый еж для иголок – маленькие дырочки с четко заточенными краями, чтобы булавки вставлять. Бамц – это булавку вставили в левый висок, а вот и не удачно. Там у меня давно уже дыра насквозь, через правый. Там даже серебряная трубочка для этих целей вставлена – чтобы вставлять лезвие, по краям которого ленты висят. Чтобы красивошно было (хихикает). Так что – это привычно. А еще можно груз повесить – чтобы вытягивать… ну что-нибудь, не важно что. Потом рука наметила новую цель – между легкими, чуть ниже гортани, но рука дернулась и попала в правое легкое – в верхний угол. Застряла булавка между ребрами и погнулась. Теперь не вытащишь. Косо вот вставляешь – (погрозила пальчиком) не хорошо. Не правильно, нужно по прямым линиям, чтобы дырки были симметрично. Чтобы рисунком, а так – фу. Тренироваться нужно.