14.55 Что-то происходит… предчувствие… сильное….

Вода вгрызается в плоть, и начинаешь понимать. Холодные льдинки проникают под кожу, и приходишь в себя, теперь дурман иллюзий уже не так всесилен. Как в сильном опьянении, когда холодный ветер целует в виски, начинаешь понимать, что пьян и все вокруг видишь искаженно. Прижимаешь ладонь к стальному холоду белого глянца – ощущения есть, кожа чувствует холод, структуру поверхности, тело чувствует ладонь, но ты отчетливо понимаешь, что это тоже иллюзия, что ты втиснут в чужое тело, это тело лишь пространство через которое ты заглядываешь в эту иллюзию. Ты где-то в другом месте, где-то, но не здесь. Как в глубоком сне внезапно осознаешь, что спишь, чувствуешь, ходишь, ощущаешь, но понимаешь, что на самом деле ты спишь и ты сам находишься в другом мире, сюда заглядывают твои мысли, но ты не_здесь. Вода впивается в тело и холодными струями ведет по лестнице вверх. Тело отзывается дрожью и вспышкой пронзает мысль: «что-то происходит…». Падаешь на колени, всхлипываешь сухим плачем и, ударяя ладонью по воде, неожиданно удивляешься, как вода прогибается под твоей рукой. Холодные брызги ударяют по лицу, но ты уже почти не чувствуешь, почти не ощущаешь ударов, только память рефлекторно отмечает прикосновения воды к коже. Удивляешься, что вода прогибается, где-то внутри ты помнишь, что так бывает не всегда. Пружинить – ты отчетливо помнишь, что вода должна пружинить и отталкивать ладонь, пружинить, а не прогибаться. Вода не должна пропускать руку. Одновременно ты понимаешь что мысли не правильные, возможно просто удивляешься что иллюзия может быть такой реальной. Медленно раскачиваешься и начинаешь безмолвно выть, почти больно, почти мучительно – «что-то происходит, со мной что-то происходит, просто понимание пришло только сейчас…». Вода вгрызается в плоть, проникает под кожу, разрывает сознание на осколки. Повернув ладонь, прикусываешь там, где проходит граница между безымянным и мизинцем, чувствуешь как тончайшие кости хрустят на твоих же зубах, чувствуешь уязвимость тонких рук, податливость кожи… чувствуешь как прозрачность кожи сминается под давлением зубов, язык проводит по костяшке мизинца и жгучее желание разгрызть собственную руку охватывает целиком. Боль воспринимаешь очень отстраненно, как нечто необходимое в моменте, но совершенно не существенное. Разгрызть тонкие кости, вырвать кусок плоти из руки и увидеть белые осколки в красных сгустках. Белые сердцевина, вправленная в алые лепестки. Возможно, тогда боль станет пульсирующим красками цветком в голове, приносящем понимание. Мысль: «Боль открывает двери, только боль может открыть Дверь. Боль – это ключ». Если смешать наслаждение с болью, если удовольствие до боли, тогда можно подняться по ступеням вверх, тогда спираль будет поднимать сознание все выше и уже на самом верху, там где боль станет невыносимой, откроется дверь… Не реальность. Иллюзия. Пол – черное в серо-голубых разводах, стены – серо-голубые с разводами на тон светлее, зеркала с изменчивыми отражениями, это все не_реальность. Иллюзия. Теперь ты это чувствуешь. Нервно вздрагивая, проводишь полотенцем по коже стирая застывшие ртутными шариками капли воды. Холодными пальцами дотрагиваешься до руки, чтобы еще раз убедиться в наличии ощущений, убедиться в реальности происходящего. Видишь отражение расширенных в ужасе зрачков в зеркале и снова повторяешь про себя: «это не реальность, это – иллюзия… что-то происходит, что-то растет». Растет. Как настойчивые изгибы дикого винограда разрывают землю, оплетая собой все к чему прикоснуться, что-то растет из тебя. Пока оно только внутри, но скоро разорвет кожу, и тонкие жгуты вырвутся наружу. И глаза, глаза тоже будут разорваны. Зрачки будут проткнуты изнутри спицами зеленых побегов, и что-то вырвется наружу. Что-то растет внутри. Со мной что-то происходит. Не знаю что, не знаю когда это началось, но оно происходит. Что-то живет внутри и готовится родится. Сгустки ворочаются внутри медленно пробираясь наружу… Не_реальность, реальность плывет, глаза сами собой закрываются, смотришь на мир и сквозь копья ресниц видишь вместо объемного мира плоские картинки. НЕ реальность, иллюзии, но где тогда настоящее? Где, где, где – эху слов, которые звучат только в глубине сознания, вторит хриплое дыхание. Где? Какое оно – настоящее, какое оно? Стеклянные декорации. Совершенство прорисованности, но иногда, на секунду, через цветное, плотное в своей лжи стекло просвечивает что-то другое. То, что находится за_стеклом. Сквозь фальшивые стены стеклянных декораций просвечивает другой мир. Мир, где нет власти иллюзий. Не_реальность состоит сплошь из стеклянных иллюзий. Отражения сменяют друг друга в калейдоскопе фальшивых образов туманя мысли ложью. Стеклянные вещи, стеклянные персонажи, стеклянные маски, стеклянные слова, стеклянные… На секунду хочется ударить изо всех сил по стеклу и разбить его на тысячу острых осколков. Хочется увидеть как фальшивые витражи разлетятся стеклянными брызгами, пусть даже задевая кожу, пусть даже рисуя на коже знаки, которые будут гореть кровью из порезов, пусть даже ценой глаз, которые проткнут острия стеклянных кинжалов, пусть даже через боль, но увидеть… Увидеть как стеклянные декорации разлетятся на куски. Увидеть секундой то, что за ними… Но стекло слишком сильно, его власть слишком беспредельна…. ударяешь, но твои руки лишь жалко скользят по холодной поверхности, на границе слуха слышишь злой язвительный смех, а пальцы тщетно ломают ногти о зеркала. Хриплый стон вырывается из легких, и тело сотрясают сухие рыдания. Стеклянные декорации. Мир иллюзий. Не реальность…. Теряя по каплям последние силы, безвольно опускаешься на пол, прислонившись спиной к холодной стене. Закрываешь глаза и образ пронзает мысли сталью………... Идешь по лабиринту. Так давно идешь, что уже не помнишь где было начало. Устало переставляешь ноги, скорее по привычке, просто потому что уже не можешь остановится, каждый шаг отзывается в теле тупой болью, но все равно идешь. Коридоры петляют, издевательски корчат рожи картинками, путают мысли своим шепотом, а ты идешь. Упорно идешь вперед. Усталость. Черная, вязкая, тягучая усталость. Она так давно проникла в плоть, что уже не знаешь бывает ли по-другому. Усталость – ноги, наполненные свинцом, тело, тяжелое словно состоит из песка, глаза с тяжелыми веками. Усталость. Ты идешь – петляешь поворотами, карабкаешься по лестницам, падаешь скатами спусков, ползешь там где потолок смыкается с полом каменным мешком, на цыпочках идешь там где только каменное лезвие пути пересекает провалы, петляешь поворотами, карабкаешься по лестницам. Ты идешь. Идешь по лабиринту. Так давно, что уже не помнишь каким было начало. Ты давно потерял себя, тебя давно уже нет, осталось только глупое упорство и знание что где-то должен быть выход. Глупое упорство быть сильнее усталости, быть сильнее себя – через себя, через боль, через усталость, но идти и вера, что где-то должен быть выход. Надежды уже нет, ты понимаешь, что, скорее всего нет и выхода, но вера в Дверь – это последнее что у тебя осталось. Впрочем нет, вера в выход тоже давно умерла, просто так легче убеждать себя продолжать идти. Ты идешь на зло лабиринту, без веры, без надежды, идешь из чистого упрямства. Лабиринт туманит мысли, опутывает сознание иллюзиями, но ты упорно идешь вперед. Из чистого упрямства. Лабиринт шепчет: «остановись, останься в одной из комнат, отдохни, пусть боль покинет твое тело, остановись… просто остановись в одной из комнат, выбери любую – по вкусу и останься в ней навсегда». Ярость красным цветком распускается в животе и, уцепившись за нее, ты продолжаешь идти вперед. Ты не помнишь, кто ты, не помнишь какой, ты вообще уже ничего не помнишь. Осталась только ярость, которая адреналином бьет по венам и тянет вперед. Ярость распускается красным цветком, и ты кричишь в мертвую тишину лабиринта: «Я люблю тебя». Твой голос срывается стоном, мысли судорожно пытаются понять кому ты кричишь, а эхо безмолвных коридоров ударяет ответной волной. Шепотом упрямо повторяешь: «я… тебя… люблю». На секунду ты почти вспоминаешь, память на секунду возвращается, и сознание снова погружается в сумрак беспамятства. Упрямо переставляешь ноги и продолжаешь идти вперед. Нагло усмехаешься мертвым глазам, которые следят за тобой: «теперь я знаю». За фальшивыми каменными стенами есть другие коридоры. Где-то там, в переплетении линий лабиринта идет Он. Твой смех злостью разрезает мертвую тишину каменных стен: «это я уже вспомнил»………