И вообще с лучевыми костями мне не везет. Второе изувечнное мною сочленение принадлежало человеку, который отважно пытался спасти жизнь и мне и моему ребенку.

Сейчас я попрошу удалиться людей чувствительных и тонких, потому что пост посвящен столь неаппетитной теме как РОДЫ.

Я глубоко уверена, что есть женщины, самой природой предназначенные к тому, чтобы не быть женой и матерью. Например, я.
Я всегда это подозревала, но дурацкая привычка проверять отвлеченные идеи эмпирическим путем привела к тому, что я-таки собралась плодиться и размножаться.
Чудовищно.
Тому кто все это придумал...
Нет, ну правда - в чью больную голову это пришло?

Тошнило меня все девять месяцев. От всего. От запахов,пейзажей, мыслей и просто так. Добавьте к этому постоянно испытываемое - где -то на уровне солнечного сплетения - фзическое отвращение ко всему же. Тяжелейшую депрессию, на которую не хватает никакой силы воли, потому что сила воли, это (у-у-у, всхлип-всхип) - такая же га-адость, как и все остальное.

Мозги отказали, единственное, что я могла читать - сказки набранные крупными буквами. (именно тогда я выяснила, что все народные сказки - это страшные и грустные повествования о смерти и тщете всего сущего. В общем, все умерли).

Наконец у меня начались какие-то эпилептические припадки и меня благополучно доставили в модный роддом, где сказали, что хватит издеваться над природой и давайт быстрее стимулировать этой девушке роды.

В родддом я приехала в джинсах, так как никакого живота почти не было - долгие годы спорта сделали свое дело и мышцы отлично все держали. (Что, как мне сказали, не шло на пользу ребеночку).

Через день-другой стимулирующие иньекции сделали свое дело и все началось.
Ну, что я могу сказать? Такая боль НЕ имеет права на существование. Я, в принципе, довольно терпеливая. Я легко вырезаю сама себе с мясом рыболовные крючки из пальцев. Мне однажды почти наживую резвали язык. Я кикбоксингом в конце концов, занималась.
Но это было - за гранью добра и зла.Схватки сразу шли по минуте - с перерывом в пять секунд. И спустя какое-то время (плюс минус бесконечность по моим подсчетам), я поняла, что так дальше нельзя и предприняла попытки с собой покончить. Таким простым и приятным способом, как разбивание головы об стену (окон в хитрой комнате не было, а то, конечно, все бы разрешилось довольно быстро).

Разумеется, врачам пришлось вмешаться. Четыре или пять человек меня держали, а еще одна дама - анестезиолог, накачивала меня калипсолом - но что толку? Наркоз уже просто не действовал - настолько активно были задействованы все нейроны, и единственное что изменилось после его появления в моей крови, это то, что за компанию с медбратьями и хирургами вокруг койки стали шмыгать туда сюда пара розовых паукообразных слонов.

И тогда главный хирург принял волевое решение - забрался на меня с ногами и стал изо всей силы давить на живот.

Это стало последней каплей - с о звериным воем я размела вцепившехся в меня санитаров, легко, словно котенка, стащила с себя врача и бросила его в угол - силы, знаете ли, иногда берутся буквально ниоткуда. В эту минуту ребенок и родился ... все действие с начала и до конца заняло один час пятнадцать минут ровно.
Поспав полчасика в углу на каталке, я очнулась и поняла, что хочу есть и курить. Пришлось сбежать и прокрасться в окошечко для передач в общий корпус, в палату, где оставались мои вещи, прод.запасы и сигареты. Когда я возвращалась, благоухая свежим никотином и дожевывая колбасный ошкурок, мне встертилась бригада рааниматологов которые носились по реанимации, разыскивая родильницу.

И я сразу узнала много интересного. Что я - психбольная, что меня нужно лишить материнских прав, что я здорова как лошадь и морда у меня наглая, а Карен Семенович, лучший врач их больницы теперь долго не сможет оперировать, потому что у него сломана рука....


А через несколько лет в этой больнице рожала моя сестра и все повторилось по новой. Хотя она никому ничего не сломала, а просто откусила кусок талии у повернувшейся ей под зубы медсестры.