Мама послала ко мне в кабинет Гайку - срисовать ему лапу, чтобы отпечаток сей лапы передать Оле, которая у себя на Октябрьском зайдет в один очень хороший детский обувной магазин.... Да что я рассказываю? Кому из нас в детстве ноги не обрисовывали на картонке? Меня всегда еще оскорбляло то, что взрослые не хотят пальцы обводить - хотя я их ТАК старательно растопыриваю.

- Ой мам, только давай быстрее. А то там мой дедушка выкинул в окно коробочку и сейчас в углу на полу плачет!

- А что, Виталий Трофимович пришел? - удивляюсь я, опустив непедагогичное породолжение своей мысли "и совсем сглузду двинулся?"

- Да нет, не тот! Папин папа!

- Так он же уже... того ....ааааа, кино что ли идет?

- Ага черно- белое!


Выхожу в гостиную... работает телевизор, идет "Чук и Гек", Гайка сидит на полу у ног Нины Цезаревны. Та увлеченно поясняет
- Ну и вот, после того как закончился суд и дачу поделили, Сергей Иванович двадцать лет не разговаривал с Владимиром Ивановичем
- С Геком?
- Да, с Геком. Я-то с ними здоровалась, и с женой его, и с дочкой, а Сергей Иванович сразу сказал что отныне брата у него нет.
- А в кино они вон обнимаются....
- Ну это в кино. А так-то они друг друга всегда терпеть не могли... Просто дядя Гайдар этого не знал - он к ним в гости приходил обычно когда поздно уже было и дети спали. А во сне они, конечно, не дрались и не ссорились. Но потом, когда их родителей арестовали....

- Мама, - спрашивает Гайка, - а ты меня в честь них назвала? Гек Серегин, Чук Серегин, Гай Серегин - похоже ведь, правда?
- Нет, - говорит Нина Цезаревна. - Тебя назвали в честь моего папы - Цезаря и моего брата - Юлия... Папу моего, твоего прадедушку, расстреляли, а Юлечка пропал без вести...

Перед лицом этой великой советской истории я не посмела открыть рот и сказать Гаю, что вообще-то его назвали в честь Гая Валерия Катулла - самого веселого и бессовестного поэта Римской Империи.