Вообще-то я, конечно, певец руин.

Не люблю нового, слишком чистого и аккуратного. Нет, то есть существуют вещи,  которые невероятно хороши, когда они совсем новые.

Это я не про людей, неа. Люди как раз наоборот, на мой взгляд.

Ну, например, свежая тетрадь, только что купленная и открытая.   Или упаковка нательного белья.  (Я вообще, признаться, обычно покупаю его на один раз. Знаю-знаю-знаю. Сибаритизм и консьюмеризм. Ну вот есть у меня такой маленький бзик. Зато я экономлю на всяких шелках с вышивками и жемчугами – простые хлопковые майки и все прочее меня вполне устраивают).   

Что еще из нового прекрасно? Косметика, да. Зубные пасты. Кусочки мыла, еще никем не тронутые. Любым пластиковым вещам старость , увы, совсем не к лицу.

Но все остальное мне нравится старое. Мшистое, древнее и замызганное. Вот чтобы не совсем в хлам, конечно, а на грани.

Захожу в наш подъезд намедни – а там ТСЖ жильцам подарок сделало. Был у нас раньше каменный полуторасотлетний пол. Волнистый  и блескучий от бесчисленных сделанных по нему шагов. 

А теперь там – опа! - аккуратная керамическая плиточка поверх бетонцем приклеена. Цвета беж с солью.  Лепота и чистота.    

А мне интересно, люди, которые такое сотворили, они свои глаза где держат? В карманах на пуговицах?  Они не видят, что они изуродовали старый подъезд, нет? 

Когда в моей квартире ремонт делали, я очень попросила архитектора спасти пол. Пусть он будет неаккуратный и в трещинах. Но давайте не будем ничего из него выламывать!

- Слушайте, у вас тут в каждой комнате – по яме обгорелой, например. Это тоже оставлять? Что это вообще такое?

- В войну на этих местах самодельные буржуйки стояли. Да, конечно, оставлять!

-Но зачем?

А я не знаю, как объяснить.  Для меня свидетельства жизни - примерно в миллион раз важнее чистоты и порядка. В новых квартирах, например, я не чувствую себя в человеческом жилье. Это просто бетон и плиты,  и столбы, и евроремонт – и века должна пройти, прежде чем это станет домом. Тут должны рождаться, бегать, любить, жить и умирать люди. И только потом это можно будет назвать «Дом».

И да, мне нравятся приметы разрухи. Скрипучая мебель с потертостями. Разводы на штукатурке, мох в трещинах и все такое. Конечно, в умеренных количествах, но совсем без них как-то неспокойно мне. Не по-настоящему.

А еще я люблю хаос. На слишком стерильных улицах я чувствую себя несвободно. Хорошо заросший пустырь понравится мне больше газона. Помню, в той же Германии никак не могла привыкнуть к некоторым  тамошним паркам. Да, все зелененькое. Как ребенок раскрасил.  Тут  небо – оно синее. Тут трава – она зеленая. Стоит такой миллион штук совершенно одинаковой травы рядами по росту и делает вид, что это – природа.

Вот у нас на Страстном раньше идешь с собакой  и можно бесконечно рассматривать каждую кочку – что это там у нас выросло? Лебеда, девясил, пырей – ууу, какой у нас пырей…а это водосбор? Нет, ну какая прелесть, ты откуда тут такой взялся?

И смертельно чистые улицы – это тоже ведь скучно. Улица,  она должна быть чистой с утра, после того, как ее вымели и вымыли – а к вечеру мне нравится наблюдать, как она начинает обрастать жизнью,   пестреть брошенными фантиками, окурками, обрывками афиш и всякой  прочей ерундой.  И чем она замусореннее, тем чудеснее мне кажется ее утреннее превращение обратно в чистюлю.   

Мне нравится,  когда в городе есть бродячие животные.   Я вообще считаю, что в идеальном городе места хватает всем.    Да, некоторые из них кусаются, клюются и переносят лишай, и все они хором гадят, где ни попадя. Но лично я готова с этим смириться.  Жизнь – настоящая, а не стерильная – для меня важнее.  

Или взять, скажем, тополиный пух. Это мое самое любимое время года. Да, он лезет в нос и глаза. Он приставучий. Он горами валяется на улицах и колышется, как огромный разумный инопланетный гриб, захвативший Москву.  И поэтому в сезон тополиного пуха все становится немножко не в счет, вне правил. Его все ругают, я и сама его ругаю – и это замечательно. Все ругаются на тополиный пух и ненадолго оставляют в покое друг друга.  

Поэтому вырубку тополей, которую у нас сейчас  так активно ведут – я совсем не приветствую. Да, я знаю, есть люди, у которых на тополя аллергия, (хотя таких на самом деле мало. Вот, скажем, береза или ольха во время цветения  – куда более сильные аллергены). Но мне тут ближе японцы, у 30% которых жуткая аллергия на их священное дерево – криптомерию, которая, между прочим, цветет несколько раз в год. Но японцы вовсе не вырубают свою криптомерию, а ходят в масках, когда ее пыльца заполняет страну.  

Мне не нравится, когда все вывески одинаковые, когда  в палисадниках растут только одобренные советом жильцов растения, когда по квартирам бродят комиссии, требуя убрать с балкона неправильной цветовой гаммы куст и прекратить развешивать там белье.

Мне так скучно и неспокойно. Я гунн, вандал и варвар потому что. С глубокой внутренней потребностью сушить наволочки, привязав веревочку к конной статуе на Капитолии.