А давайте я кои-то веки за Путина заступлюсь.  В новостях тут обсуждают психологический портрет человека, который мог нарисовать «Кошка вид сзади»

(для марсиан, которые не в курсе, поясню – Путин приехал пиариться на фоне начала учебного года и накалякал на какой-то сверхмодной школьной доске вот такой рисунок).

Ну и пошла бадяга специалистов-душеправов о том, что нарисовать такое мог только человек одинокий, неуверенный в своей мужественности, с нарушенными связами и прочая и прочая.

Я же в этом рисунке вижу только одно – его создал человек, который не умеет рисовать в принципе. И поэтому рисует то, чему его научили в детстве. Среди школьников ходили такие шаблоны-заготовки шутливых рисунков, которые мог повторить кто угодно – достаточно было заполнить простую комбинацию понятных форм. И два самых популярных были

«Кошка, вид сзади» и «Слоник, вид сзади».

Этими кошками и слониками были густо заполнены миллионы тетрадок советских школьников.  На уроках от тоски порой можно было вешаться – поэтому привычка тихо мазюкать ручкой на последней странице тетради была у всех – даже у тех детей, которые при более счастливых для них обстоятельствах держались бы за километр от любых форм изобразительного искусства.  Так что шаблоны были страшно популярны. Были еще, помню «Остров с пальмой» и «Портрет принцессы» - их тоже мог аккуратно перерисовать кто угодно. .

Способные к рисунку дети обожали копировать морды героев диснеевских мультфильмов. Еще более способные – орнаменты. Оригиналы малевали,  что в голову придет. А будущие дизайнеры с фантастическим правдоподобием воссоздавали шариковой ручкой на клетчатом листе игру света на хромированном крыле заграничного автомобиля во всем его хищном великолепии.

Был и еще один тип рисунка-игры  –страшно популярный. Слушая об ужасах фашизма и героизме наших отцов и дедов, советские дети массово рисовали в тетрадках – концлагеря.  Аккуратные ряды бараков. Ряды миниатюрной колючей проволоки. Крошечных человечков «палка-палка-огуречик» на апельплац.  Виселицы и газовые камеры. Овчарок размером с блоху. Грузовички, подвозившие «циклон Б» и увозившие трупики, горки с которыми всегда украшали край рисунка.

Суть рисунка-игры была не столько макабрической, сколько хозяйственной, требовалось нарисовать самое продуманное, самое интересное и необычноей лагереустройство.  Хороший, качественный концлагерь на разворот большой тетради  рисовался неделями, если не месяцами – ими потом хвастались на переменах.  

Помню, я, избегавшая концлагерной темы, пыталась рисовать в этом стиле что-то другое. Устройство средневекового замка, дом большой семьи, ферму. Но получалось как-то бессистемно и неинтересно.