Два с половиной часика провела за просмотром фильма «Гэндзи» на японском. Потому что ни перевода, ни субтитров обнаружить не удалось.
С японским у меня плохо. Хотя нельзя сказать, чтобы я не понимала ни одного слова на этом замечательном языке, потому что иногда я умею определять, когда японцы говорят слово «фудзи». Но часто оно мне, видимо, просто мерещится. Ну не может же быть, чтобы злой дух, размахивая огненным мечом над головой понурой жертвы, кричал «фудзи!». Потому что «фудзи» - это глициния, цветочек такой. Ну в самом деле, вы же, например, не станете, срубая кому-то голову, орать «ромашка!»

Ах да, почему в фильме про любовные приключения прекрасного собой хэйанского аристократа бегают духи с огненными мечами я не знаю. И знать не хочу. Злые духи в оригинале есть, но они тоже очень травоядно-хэйанские, максимум, потаскать соперницу за волосы могут и лицо ногтями поцарапать (что, правда, не мешает соперницам потом от испуга и обиды умирать.)

Ну и, конечно, анахронизм в фильме на анахронизме едет и увесистым анахронизмом погоняет. Так что, возможно, мне еще повезло, что я японского не разумею. С костюмами и интерьерами явно работали хорошие историки, но тем страннее выглядит все остальное. Например, хэйанские аристократки не носили бровей – они их сбривали начисто , а потом тушью рисовали себе высоко-высоко на лбу такие мохнатые квадратики. В фильме все дамы, конечно, щеголяют натуральными бровями. И улыбаются, демонстрируя белоснежные зубы – при том, что, начиная с раннего девичества, хэйанским красавицам зубы в обязательном порядке чернили специальным лаком.

А вообще там с первых кадров все прекрасно. Канцлер Митинага насилует придворную фрейлину, поэтессу Мурасаки Сикибу , пардон, в позиции догги-стайл. Судя по всему, прямо посреди сада перед императорским дворцом. Современникам, которые описывали Сикибу как чопорную и чрезвычайно сдержанную немолодую даму довольно неприятного характера, (во дворец она попала уже вдовой где-то в возрасте сорока лет), эта сцена, несомненно, доставила бы истинное наслаждение.

А еще мне очень жалко Алешу, которого супружеский долг вынудил не только смотреть странный фильм на непонятном языке, но еще и два с половиной часа сочувственно кивать головой, когда я очередной раз жалобно взвывала.
- «Ну где, где они видели такое расположение церемониального занавеса??!!!»
- «Ужасно, ужасно!», - сомнабулически поддакивал Алеша.