Ф., мой первый муж приехал в Москву - тут у нас некий важный аукцион состоится. Вчера заходил ко мне - принес задержавшийся подарок на день рождения - дивный рисунок пером "Побег мавров из осажденной крепости" Винченцо Газотто. Прикупил на Кристи - и даже рамка той эпохи.
Я старательно демонстрировала восхищение, соображая между тем - что с появлением этой красотищи в доме для Базиля станет еще одной мертовой зоной больше. Он и так никогда не подходит к туалетному старинному столику, подаренному отцом Гая, не открывает ящик стола с моими "добазилевскими" фотоальбомами, каждый раз презрительно щурится на кресло с головками ангелов, которое маме некогда тот же Ф. презентовал...

Да и сейчас вот - пока Ф. пьет кофе на кухне, сетуя на развращенность нравов современных политиков, Базиль держит оборону в кабинете и демонстративно оттуда не выходит.

- Знаешь, что я сейчас буду делать? - говорит Ф. - Я пойду на Арбат продавать свой "ролекс".
- Зачем? Тебе что, деньги нужны? - удивляюсь я. Я ведь знаю, что на этом аукционе у него двенадцать весьма нехилых лотов - у меня, например, никогда не будет столько средств, чтобы купить хотя бы пару из них.

- Хочу вспомнить прошлое. Подарить себе свою бывшую мечту. Сколько я на этом Арбате в свое время вертелся, вспонить страшно. Помнишь, когда мы были еще детьми?
Ну, допустим, детьми тогда была я, а он - красивым, но брутальным юнцом с криминальными наклонностями, но хорошо, предположим, помню. Да мы там, собственно говоря, и познакомились.
- Представляешь, как был бы я счастлив, если бы мне тогда попал непаленый золотой ролекс - и я бы впарил его в скупку за полштуки баксов...
- Слушай, не дури. Часы стоят дороже - что бы тебе тогда просто не вышвырнуть их в помойку?
- Я не дурю. Ты просто не понимаешь как это тогда было: на хвосте - контора, напряги с кокурентами, но у меня в кармане - непаленый ролекс и я сейчас его махну на незаконную валюту. Хочу вернуть те ощущения. Хотя бы на минуту..

Через час Ф. позвонил мне. Сообщил, что часы продал и сидит сейчас на скамейке на Гоголях, пьет пиво.

Псих он все-таки.