Собаксы-собаксы... Да. Никогда не могла жить без них. Дом пуст если не слышно, как кто-то там невдалеке когтями по полу шкрябает.

Но это не значит, что все мои собаки всегда вызывали во мне безудержный восторг. Наоборот, оглядываясь на пройденный кинологический путь, могу самокритично заявить: мое песье воспитание - это, конечно, конвейер уродов.

Единственным достойным псом был Матти. Матиас Влиьгельм Кайзер Первый, барон фон Рейхсталер, рыжий боксер удивительной жизнерадостности и широты духа.
И то, что он дрался со всеми кобелями , сдирал шапки с прохожих и любил стартовать с места в карьер так, что человек с другой стороны поводка уносился по асфальту со скоростью сорок км.в час - это такая еруда по сравнению с тем, что вытворял прочий парад собачьих уродов.

Ворюга и уголовница мастинша Бэрли,
Ее сестра - кривоногая убийца Петра,
Одноглазый Нельсон , пожиратель морских свинок

Когда-нибудь я про них про всех расскажу всю правду.

Хотя хуже того, что живет у нас сейчас... Я говорю про Шведа. Если бы мне сказали: "вот тебе миллион долларов, пойди и придумай самую отвратительную собаку на свете" - после долгих и мучительных размышлений я бы положила на стол заказчику точное описание того, что сидит сейчас дома и с нетерпением меня ждет.

Он неопрятен, уродлив, настырен,лохмат, капризен, труслив и подозрителен. Хуже того:он очень умен. Слишком умен для собаки. И потому постоянно пребывает в экзистенциальном ужасе. "Помогите, я гений, запертый в теле хомяка!" - это наш случай.

Большую часть своего существования Швед терзается бессмысленностью бытия. Выглядит это так. Он садится посредине комнаты и начинает громко стонать, глядя тебе в глаза. В стонах слышны вопросы "Где я?", Что я?", "Для чего я послан в этот мир?", "Когда будем обедать?".

Если кинуть в Шведа ботинком, он примерно полминуты задумчиво жует этот ботинок, после чего опять принимается за прерванное занятие. Ноет он все тоньше и выше, пока, наконец, не доходит барьеров ультразвука.
Тут любой неглухой человек вскакивает и начиает орать:"Что тебе надо?! ЧТО?!! Ты гулял час назад. У тебя миска - полная жрачки! Иди, поиграй с детьми. Или с кошками!"

С детьми и кошками играть Швед не любит - одни толкаются, вторые царапаются. Оценив количество потеницальных метательных снарядов в непосредственной близости от обрабатываемого объекта, Швед выходит из комнаты и садится под дверью. Голову он, однако, из-за двери выставляет - и продолжает концерт.

- Ладно, - кричит человек - неси! Неси своего крокодила, будь он проклят!

Швед приносит из кухни резинового крокодила - и пихает эту обслюнявленную ценность человеку в руки. Человек продолжает печатать одной рукой - другой он трясет перед шведовым носом резиновой штукой. Влево-вправо. Вправо-влево. Влево-вправо. Швед сидит напротив и восхищенно качает башкой в такт крокодиловым перетурбациям. Любое замедление и сачкование фиксирует возобновлением стенаний...
Уж очень он любит это дело. Еще Шведу нравится громко лаять по ночам, писать на шкаф и отдирать куски поролона и обивки с мягкой мебели. И вообще совершать любые Плохие Поступки - весь кайф, насколько я понимаю, состоит в мазохистском предчувствии Больших Неприятностей. Когда он с визгом удирает от меня по комнатам - на него приятно посмотреть: настолько он в эти моменты полон жизни и энергии.

А вот гулять он не любит. Нервничает и с подозрением посматривает на небо. Кажется, у парня легкая степень агорафобии. Или он ждет вторжения инопланетян, питающихся белыми мохнатыми собаками. Поэтому любые продолжительные вылазки в лес, на природу, на дачу - это глубокое нервное потрясение. Прилипнув к ногам хозяина, Швед идет, но воет от горя и ужаса.

Как и всякий законченный неврастеник он лишен умения радоваться простым и здоровым жизненным ценностям. Еда хороша только та, которую мы сперли с тарелки или вынули из помойки. Еду, насыпанную в миску, Швед каждый раз рассматривает с унылым видом гурмана-скептика, вынужденного обедать в привокзальной столовой. "Мы, конечно, будем ЭТО есть. Но лишь потому, что вынуждены насыщать свою греховную плоть", Он садится перед миской и, наморщив от отвращения нос, по кусочку вытаскивает передними зубами мясо - жует медленно и страдальчески. (А вот захлебываясь от восторга сожрать за десять секунд вкусную, питательную, кишащую витаминами дохлую ворону в сквере - это да. Это по-нашенски).

Еще ему нравится грызть человеческие ноги. Швед научился делать это на грани болевого порога, когда жертва хоть и морщится периодически, но все-таки позволяет ему жамкать свои пальцы челюстями. Все лучше , чем слушать его тоскливые завывания.

Ну что, что ты хочешь, чертова псина?! Почему ты смотришь на меня с таким видом, словно я могу открыть тебе секрет гармонии во Вселенной - но не делаю это только по своей злокозненности? Да, прости , я понимаю. Ты не умеешь читать, не можешь говорить , не понимаешь мелькания на экране... И даже такой простой радости, как сесть и выкурить сигаретку - ты тоже лишен. На твоем месте я бы тоже взвыла...

На всякий случай мы поверили его на глисты... но нет, все в порядке. Видимо, все проблемы - в Уме.

А Базиль однажды предложил надавать Шведу кирпичом по башке - мол тогда он сразу потупеет и станет веселым и довольным жизнью псом.

Но по-моему это как-то чересчур радикально.