Пять утра. Открыть глаза. Переупаковать рюкзак. Достать линзы. Снова упаковать рюкзак. Оставить один рюкзак и одежду. Одеться, расчесывая волосы, почесать к туалету. И столкнуться нос к носу с Гошей. Последние минуты – мы грузимся в автобус. В полудреме едем – впереди четыре дня неизвестности. Открывается вид на Лаго-Наки, внизу облака. Выходим за кордон. Завтракаем, температура +9С, а потом альпийские луга, коровки, лошадки, коровки и пятидесятилитровик за спиной. Топ-топ, вверх-вниз. После карабканий в Мешоко, тропки кажутся дивно-устойчивыми. Ноги устали, но выполняют программу топ-топ. На перевалах сердце хочет выскочить, но успокаивается на спусках. Впереди то появляется, то скрывается Оштен – собиратель туч, укрытый серой вуалью. Начав с высоты в 1900, мы доходим на перевале Абадзеш до 2100. На треугольном озере привал. Пленка опять бунтует – придется ночью перематывать ее вручную. До этого никаких фотографий – остается надеяться только на девчонок. Дальше несколько часов борьбы с собой. Плетусь в хвосте, но не в последней группе, а чуть впереди, одна. Периодически возвращаюсь мысленно к работе, гоню их прочь. Думаю о Мыше – и хочется одного: чтобы он топал рядом. Возвращаюсь мыслями к своей подготовке и тут же, забыв обо всем, глазею на альпийские луга: огромный клевер, алеющий душистый горошек, огромные лилии, шиповник, простирающий свои цветы на дорожки и можжевельник, разнотравье. Аромат такой, что хочется бросить все, сесть и дышать полной грудью. Впереди два перевала – Гузерипльский и Армянский. Каждый раз кажется, что сил не хватит, однако они находятся – на спуске нужно быть внимательной. На Армянской перевале меня ставят в начало – инструктора решают ориентироваться на самых слабых. Нас, трех девчонок хвоста, пасут впереди. Еще немного вверх – и с вершины видны малюсенькие красненькие домики приюта Фишт. Полчаса спуска – и мы на месте. Программа ТОП-ТОП на сегодня успешно завершена.

Вообще, на Фиште мысли не идут в голову. Замечаешь вещь и радуешься. Вакуум в голове только на пользу. Смотришь на Фишт, как он меняет цвет от сине-серого до золотого, как небо за секунды затягивает облачками и как из мути рождается облачко. Смотришь на быстрые воды Белой, как она пробивается среди камней, смотришь на седую голову Оштена, на лошадей, пасущихся на лугу, на струйку дыма от костерка. Смотришь на все – и сердце щемит. Совершенно не хочется в город с его сизыми улицами, рабочими заморочками и глупыми буднями.