щелк – с сухим щелчком на моем левом запястье защелкнулись наручники, приковав меня к чугунной ограде. ты ласково погладила меня по щеке, сказала, что очень занята, улыбнулася мне на прощанье и ушла. я смотрел тебе вслед и даже дернулся было побежать за тобой, но наручники держали крепко. я кое-как примостился у ограды. сверху, с косой березы насмешливо каркнула ворона. ну, что, дурак, довыделывался? вечерело. в большом красивом доме за оградой зажглись огни. я смотрел, как в окнах мелькают человеческие тени – люди… живые, ходят, разговаривают, пьют вино, смеются, похлопывают друг друга по плечу – «как поживаешь, старина?», хозяйским жестом кладут руку на женское колено – «еще вина, милая?». и ты тоже там, среди теней. я прижался к холодной ограде, вцепившись в нее, как в родную, аж пальцы побелели. близоруко прищурившись, истово вглядывалась в светящиеся окна, силился рассмотреть в мелькающих тенях тебя. и каждый раз, когда рядом с мужским силуэтом обрисовался женский, сердце мое останавливалось и я переставал дышать. а потом совсем стемнело и окошки погасли – одно за другим. пошел дождь. я сел, сгорбившись, на корточки, потирая периодически немеющее под сталью наручников левое запястье, и попыталась уснуть. одежда на мне вся промокла, до трусов. дождь то прекращался, то начинался снова. под утро я наконец заснул. взошло солнце. начался новый день. мимо меня проходили какие-то люди. они смотрели на меня – одни с интересом, другие с жалостью, третьи с усмешкой, четвертые с неприязнью. один человек покрутил пальцем у виска. а вечером, как всегда, пришела ты. ласково погладила по щеке, и, заглядывая мне в глаза, задала обычные вопросы: «как дела,? что делал? ты чего такой?» я вздохнул и выдал обычные ответы: «нормально. ничего. все в порядке, не волнуйся».
ты приходишь каждый вечер. мы встречаемся у ограды. ты снимаешь наручники и в эти короткие мгновения я почти счастлив. перед уходом ты снова их защелкиваешь. не потому что ты такая плохая, а потому что ты не можешь взять меня в тот большой, красивый дом. и отпустить тоже не можешь. да и какой в этом смысл? я же сам не уйду…