и время, вытянувшись вдоль судеб, никогда не лечит, а просто ставит все по местам, и давние обиды уже не болят только в том случае, если время даст им точную оценку, и ты поймешь, насколько она не высока, а если время не обесценит, то боль лишь все сильней, ожидание все горше, надежда все отчаянней. но все всем простится и со всеми попрощается, и кто-то хлопнет дверью, и будет жить с этим чудом уже кто-то другой, без нас, без тебя, без меня, в другое время, в другом месте и эта счастье будет уже называться по-другому, и никто никогда не узнает, что ты моим именем тихонько назвала Любовью.