Многие знают картину Альбрехта Дюрера "Руки". Но мало кто знает историю создания этой картины.

В 15 столетии в маленькой деревушке недалеко от Нюрнберга жила семья, в которой было восемнадцать детей. Восемнадцать! Для того чтобы прокормить такую большую семью, отец, золотых дел мастер, работал по восемнадцать часов в день. Он работал в ювелирной мастерской, но также брался за любую оплачиваемую работу. Несмотря на почти безнадежное положение, у двоих детей была мечта. Они хотели развивать свой талант в искусстве, но они знали, что их отец не сможет отправить ни одного из них на обучение в Академию в Нюрнберг. После долгих ночных обсуждений эти два мальчика заключили соглашение друг с другом. Они решили бросить монету. Проигравший пойдет работать в шахты, и на свои заработки будет оплачивать обучение брату. А потом, когда брат закончит обучение, он будет оплачивать учебу своему брату, работавшему в шахте, продавая свои работы, а если будет нужно, то также работая в шахтах. Они бросили монету в воскресенье утром, после церкви. Альбрехт Дюрер выиграл и поехал в Нюрнберг. Альберт пошел работать в опасные шахты, и на протяжении четырех лет он оплачивал обучение брата, чьи работы в Академии сразу же стали сенсацией. Гравюры Альбрехта, его ксилогравюры и его картины превосходили даже работы многих его профессоров. К моменту окончания учебы он уже стал зарабатывать неплохие суммы за свои работы. Когда юный художник вернулся в свою деревню, семья Дюрер устроила праздничный обед на лужайке, чтобы отпраздновать триумфальное возвращение Альбрехта. После долгого и незабываемого обеда, за которым звучало много музыки и смеха, Альбрехт встал со своего почетного места во главе стола, чтобы поднять тост за своего любимого брата, который столько лет жертвовал, чтобы исполнить мечту Альбрехта. В конце своей речи он сказал: «Теперь, Альберт, мой благословенный брат, пришел твой черед. Теперь ты можешь поехать в Нюрнберг за своей мечтой, и я буду заботиться о тебе». Все повернулись с ожиданием к Альберту, который сидел в другом конце стола. Слезы потекли по его бледному лицу, он покачал головой, всхлипывая и повторяя: «Нет...нет...нет...нет». Наконец он встал и вытер слезы. Он посмотрел на лица людей, которых он так любил, а потом, подняв руки к лицу, мягко сказал: «Нет, брат. Я не могу поехать в Нюрнберг. Уже слишком поздно для меня. Посмотри! Посмотри, что эти четыре года в шахтах сделали с моими руками! Кости на каждом пальце были переломаны как минимум один раз, и недавно у меня появился артрит в правой руке, что я даже не могу удержать бокал во время тоста, а уж тем более я не смогу провести красивые линии на пергаменте или холсте карандашом или кистью. Нет, брат, для меня уже поздно». Более 450 лет прошло. Сейчас сотни портретов, рисунков ручкой или серебряным карандашом, акварелью, рисунки угольным карандашом, ксилогравюры и гравюры на меди висят в каждом великом музее в мире. Скорее всего, вы знакомы хотя бы с одной работой Альбрехта Дюрера. Может быть, у вас дома или в офисе также висит репродукция одной из его работ. Как-то, чтобы отдать дань уважения Альберту за всю его жертву, Альбрехт нарисовал загрубевшие руки своего брата, направленные в небо. Он назвал свою сильную картину очень просто: «Руки». Но весь мир почти сразу открыл свои сердца этому шедевру и назвал эту картину «Руки молящегося».

«Дрезденский алтарь» — алтарный образ (центральная панель 117×96,5 см, боковые панели — 114×45 см каждая) Альбрехта Дюрера, датируемый 1496—1497 годами (возможно, дорабатывался в 1503—1504). В настоящее время находится в Дрезденской картинной галерее. Эта работа была одним из первых заказов, наряду с полиптихом «Семь скорбей», который выполнял Дюрер для саксонского курфюрста Фридриха III. Дюрер встретился с курфюрстом во время визита последнего в Нюрнберг в апреле 1496 года. Алтарь предназначался для часовни замка Виттенберг, первоначально была выполнена лишь центральная его часть с изображением Девы Марии с младенцем. Выбор техники темперной живописи (в то время как в этом регионе уже широко была распространена масляная), вероятно, связан с желанием ускорить выполнение работы. В 1503—1504 годах, возможно, в связи с эпидемией чумы, к алтарю были добавлены две боковые панели с изображениями Святого Себастьяна и Святого Антония, покровителя больных «антониевым огнём». Авторство боковых панелей — предмет многочисленных споров, предполагается, что они выполнены учениками Дюрера, либо нидерландскими художниками, либо Кранахом, который в то время жил в Виттенберге. Триптих, вопреки традиции, не предназначен для складывания, оборотные стороны его крыльев не расписаны. На центральной части представлена Дева Мария, склонившаяся над спящим Иисусом. Рядом с младенцем, лежащим на подушке на широком подоконнике, изображены книга, символ Священного Писания, и груша — первородного греха. Облик Марии отсылает к произведениям Дирка Баутса, резкая скульптурная моделировка которого перекликается с манерой Скварчоне и Мантеньи. Считается, что Марию художник писал со своей жены Агнес Фрей. На заднем плане видна мастерская Святого Иосифа, глубину помещения Дюрер показывает строго в соответствии с законами линейной перспективы. Колорит картины весьма сдержан. Два ангела поддерживают над головой Девы богато украшенный венец, остальные заняты уборкой комнаты. Центральная панель помимо главной сцены содержит важные сюжетные детали. Так, рядом с Девой Марией на пю­питре помещена книга. Это аллюзия на Книгу Премудрости Соломона. Таким образом, ясно, что Дюрер трактует Ее образ как «Virgo Sapientissima» (с латинского - «Дева Мария Премудрость») или «Mater Sapientiae» (с латинского - «Матерь Премудрость»). Ангелы держат над головой Девы корону, что указывает на нее как на «Regina Coeli» (с латинского - «Царица Небесная», так она именуется в мистической литературе XII-XIII веков). На заднем плане слева Иосиф-плотник трудится за своим верстаком, справа - вид улицы и стоящий у дома осел, намекающий на бегство в Египет. #живопись

Перед нами один из ранних автопортретов художника. Дюрер изобразил себя в легком трехчетвертном ракурсе на фоне окна, за которым виден бескрайний пейзаж. Фигура занимает все полотно, поза спокойная, взгляд сосредоточенный, свет из окна освещает лицо, прекрасно уложенные волосы, руки, изысканный костюм. Поверх плеча наброшен светло-коричневый плащ, стянутый витым шнуром, на руках - тонкие кожаные перчатки. На затененной стене ниже уровня окна можно прочесть по-немецки: «Я написал это с себя. Мне было двадцать шесть лет. Альбрехт Дюрер».