В прошлом посте разместила стихотворение Николая Стефановича... И вот стала заодно читать его подборку стихов в интернете, и с удивлением обнаружила, что просто полно потрясающих произведений, которые так и просятся быть сохраненными на память - чтобы потом перечитывать на досуге, вновь переживая сильные чувства приобщения к великому искусству.
Действительно просто потрясающие бесподобные стихи... И очень хорошо подходят к вдумчивому, серьезному, печальному настроению Страстной недели...


***
Когда еще я этот видел дворик,
Где снег размяк, разрушился, размок?
И так же был загадочен и горек
В сыром тумане мартовский дымок.

Пройдут столетья, спутаются даты,
И снова будет в памяти провал,
И тот же дворик, ветер горьковатый,
И кто-то вдруг припомнит, что когда-то
Он это всё уже переживал…


***
Когда всё спит, а месяц бледно-розов, -
Сквозь мрак и ночь, преградам вопреки,
Зовут куда-то дальних паровозов
Просторами промытые гудки.

Внезапный свист как ток прошел по нервам,
Всего, что чувствую, не передашь...
Быть может, этот зов услышал первым
Какой-то древний предок наш?

И в этот миг тоска его слепая
О вечном счастье в сказочном краю -
Тысячелетья вдруг пересекая,
Сквозь жизнь проносится мою.


***
Конские гривы, Луны сиянье,
Потусторонняя лебеда...
Что это, призраки, марсиане?
Путь ниоткуда и в никуда?

Где я такие же видел тени,
Звезды, продрогшие на ветру?
Или в беспамятстве, до рожденья,
Или увижу, когда умру…


***
Я кончился...
Б. Пастернак

И облака, и блеск стрекоз,
И зноем пахнущая зелень, -
Внезапно всё в тебе слилось,
Ты вновь един и беспределен.

Ты вездесущ, как божество,
Как небо солнечное, светел
И смерть не значит ничего
Исчезновенья своего
Ты, вероятно, не заметил.
1960(?)


***
Я как в гробу, я словно взаперти, -
Теснят углы и стены отовсюду,
И вырваться труднее, чем верблюду
Через ушко игольное пройти.

А в небе синем облако, спеша,
Летит куда-то вдаль, посол крылатый,
Я отпустил бы с ним тебя, душа,
Когда б, разбитая, лететь могла ты.

<1940>


***
И любится, и верится не очень,
И хлещет ливень, словно я бреду
Среди плевков, затрещин и пощечин,
Затормошен, запутан, заморочен,
И вновь земля в смятенье и в бреду.

Ищу чего-то самого простого.
Такой же ливень, судя по всему,
Бывал еще до Рождества Христова, -
Когда-нибудь всё повториться снова,
Но ничего я так и не пойму...

март 1977


Ночь

Обшарпанный и неуклюжий,
Весь город кажется утопией,
Когда задумчивые лужи
С ночных домов снимают копии.

Когда делиться больше не с кем
Тревожным запахом жасмина,
А улиц некие отрезки
Ночуют в темных магазинах.

Как дым, летящий из трубы,
Над миром Путь простерся Млечный...
В такую ночь до жизни вечной,
Быть может, пять минут ходьбы.

<1938>


Утро

Сейчас в заборах ни одной доски
Не назовешь по-прежнему доскою,
И не уймешь крестящейся руки -
Так утренние улицы легки
И небо православное такое.

Познай же Бога, ясного насквозь,
Пока портфелям, тезисам и книжкам,
Пока вещам закрыть не удалось
Лицо Его, открывшееся слишком.

14 ноября 1942. Пермь


Полдень

Веет невидимым Китежем
В каждом овраге и кустике.
Полдень к стволам привяжите же,
Иначе снова упустите!

Час узнается двенадцатый
В поле по треску кузнечьему...
Тут бы всему и начаться-то,
Только начаться-то нечему.

10 сентября 1940. Мцири


***
Все звезды сад к себе привлёк,
И в радостном смятеньи
Ласкают старый флигелек
Ветвей косматых тени.

И вновь, как сотни лет назад,
Дремучему туману
О чем-то листья шелестят...
Войду однажды в этот сад
И тоже вечным стану.


***
Осень синеет, избавив, очистив
Ветви в саду от изношенных листьев.

Флигель загадочен, неузнаваем.
Звезды столпились над темным сараем,

Не было так никогда и нигде, -
Будет, быть может, на Страшном Суде...


***
До чего ж характер
Труден и не прост
У слепых галактик,
У безумных звезд.

Мрачная эпоха,
Произвол планет...
Хорошо, что плохо,
Если Бога нет.


***
Казалось, душу исковеркаю,
И страшен груз, и нет пути,
Но крест сверкнул над старой церковью,
Во мгле невидимый почти.

А над церковного оградою
Летят большие облака,
И окрыляя вдруг, и радуя,
И ноша тяжкая легка...


***
Июньской ночи вкрадчивая нега,
Когда-то в детстве слышанный напев.
В степи туманной молится телега,
Оглобли к небу звездному воздев.

А про Того, Кого, казалось, нету -
Я понял здесь, на скошенном лугу,
Что каждой так Он двигает планетой,
Как я и бровью двинуть не могу.

Волшебно всё: кусты, солома, камень
И кровь, в моем стучащая виске,
И "Отче наш", пропетое сверчками
На непонятном людям языке.

В оглоблях, к небу звездному воздетых,
Тоска о всех просторах и планетах.

Август 1937 Тарасовка
______________________

И напоследок вот это, на редкость гениальное, стихотворение...


***
Если в мир возвратятся усопшие,
А могилы растают, как дым, -
Воскресение это всеобщее
Нам покажется очень простым.

Ни архангелов белых, ни ладана,
Только встреча, и то второпях,
В переулке, нежданно-негаданно,
С тем, кого схоронили на днях...

Всё свершится совсем не торжественно,
Словно тут ни к чему торжество, -
Будет скромным второе пришествие,
Мы не сразу заметим его.


[700x266]