Нож пробивает стекло, пыль оседает на пол
Дышит метель тяжело, локти устало на стол.
В рамке сосновой кричат тысячи колотых лик
Холод могилный твой брат, теплый далек материк.

Родина горный хрусталь сеет в холерные рвы
Горькая стелется гарь и не поднять головы.
Всходы кичливым зверьём зеленью мертвой шумят
Светлой бедой среди них ядом не тронутый взгляд.

Слать иноверецев на смерть издревле богом дано
С цокотом на эшафот капает жизни вино.
Дерзко посмел быть собой, смех твой был весел и дик
Ты остаёшся со мной в рамке за тысячей лик.