С нашим мальчиком становится интересно. Сегодня во время прогулки узнала много нового о черных дырах и квазарах, пожирающих все на своем пути, а также прослушала забавную историю (реальную) про метеорит, попавший в ловушку, но сумевший из нее вырваться и улететь обратно в космос. Также мне пришлось выслушать пересказ летсплея какой-то игры, пока я не поняла, что это именно пересказ, а не спойлер, и не остановила бесконечный поток речи. 

Но я приятно удивлена, что на ютубе ребенка интересуют не только летсплеи, но и квазары.

А еще с ним теперь можно обсуждать книжки! Кот-то почти не читает, некогда. Но мне теперь есть с кем поговорить о прочитанном. Кстати, Даня мне недавно сказал явно глубоко обдуманную мысль: "А все-таки муми-тролли круче Макса Фрая." Мы с ним как раз вспоминали книжку "Волшебная зима". И я с ним соглашусь, пожалуй. Великая книга. 

А еще сегодня Данин папа долго рассказывал, каким, по его мнению, должен быть идеальный ребенок (заниматься спортом, иметь активную жизненную позицию, много друзей, начать думать о своем бизнесе, уважать старших, мыть посуду и т.п.). А мне так хотелось спросить у Дани, каким он видит идеального папу. Боюсь, что его идеальный папа живет где-то в другом мире со своим идеальным ребенком, и надеюсь, они там счастливы. Вместе занимаются спортом, ведут активный образ жизни, у папы свой бизнес, а ребенок ему с удовольствием помогает, ведь они друзья, много общаются и абсолютно друг другом довольны.

А мне вот нравится наш ребенок. Ну, то есть меня может что-то раздражать, но "базовая комплектация" устраивает. Да я его попросту люблю, может в этом все дело? Мамы просто любят. Мужа, какой он есть. Ребенка, какой он есть. Родителей, какие есть. Волшебный дар, ведь никто не идеален.

А у мужчин есть такая особенность: выстроить у себя в голове идеальный образ и подгонять под него человека. А если подогнать не получается (как правило) - комплексуют, причем оба. Один - неудачник я, папа никогда мной недоволен. А другой - неудачник я, и сын у меня такой же растет.

(И вырастет ведь. Потому что самооценка занижена еще в детстве. Или маменькин сынок какой-нибудь: только мама меня понимает и любит таким, какой я есть. Больше я никому, выходит, и не нужен.)

Наверняка какой-нибудь папа, сын которого целыми днями гоняет в футбол с друзьями, раздраженно ворчит: лучше бы книжку почитал!  В голове-то пусто! (А сам уже полгода ничего кроме вконтакте не читал.) А другой выходит из себя при виде ребенка за компьютером, хотя тот вовсе даже не играет, а к примеру осваивает программирование.

А рецепт-то простой: хочешь идеального ребенка - стань идеальным отцом. Чтобы ребенок папой гордился, хотел стать похожим на него. Общайся с ним, чтобы он чувствовал свою хоть какую-то значимость. Хочешь уважения? Уважай. Хочешь понимания? Понимай. Любви? Люби.

Кто читал "Дневники Адриана Моула" наверняка сейчас вспомнили

- Слишком рискованно заводить второго ребенка - вдруг выйдет еще один такой, как Адриан, - возразил папа. 

И тут они пошли вспоминать меня в младенчестве. 

- Это все чертов доктор Спок виноват, что Адриан вырос таким, - сказала мама. 

- Каким таким? - поинтересовался я. 

- Который только задницей и берет, - буркнула мама, а папа добавил: Прижимистым, вечно причесанным и вечно носом в книжку.

От пережитого потрясения у меня отнялся было язык, но, всеми силами пытаясь говорить звучно и непринужденно (а это нелегко, когда стрелы укоров бьют прямо в сердце), я спросил: 

- А какого сына вы бы хотели? 

Они отвечали мне всю дорогу до "Сейнсбери", все время, что мы стояли в кассу и шли обратно на многоярусную автостоянку. 

Папе идеальный сын представлялся прирожденным спортсменом, общительным и жизнерадостным. Он был способным лингвистом, рослым малым с румянцем во всю щеку и чистой здоровой кожей. Перед дамами он снимал шляпу. Ездил с отцом на рыбалку и любил с ним перешучиваться. Был на все руки мастер и обожал возиться с дедовыми часами. Мог претендовать на офицерский чин, голосовал бы за консерваторов и женился бы на девушке из хорошей семьи. Основал бы собственное компьютерное дело. 

Маме же идеальный сын представлялся пылким, чувствительным, но глубоко сдержанным. Он учился бы в школе для вундеркиндов. С младых ногтей привлекал бы внимание женщин и восхищал гостей остроумным разговором. Был бы изыскан в одежде и абсолютно лишен расовых, половых и возрастных предрассудков. (Его лучшим другом была бы престарелая африканка.) Получив стипендию в Оксфорде, взял бы его бурей и натиском, о чем писали бы в его будущих биографиях. Отказавшись от гарантированного места в британском парламенте, уехал бы в Южную Африку, где возглавил бы успешную негритянскую революцию. Затем, вернувшись в Англию, стал бы первым мужчиной, удостоенным чести редактировать женский журнал. Вращался бы в самых изысканных светских кругах и всюду брал бы с собой мамочку. Когда оба выговорились, я сказал: 

- Что ж, сожалею, если вас разочаровал. 

- Это не ты виноват, Адриан, - пояснила мама. - Это мы сами виноваты. Надо было назвать тебя "Брет"!!!