Вернулись из отпуска. Катались на лыжах. В итальянском Сестриере.



В последний день мы, конечно, выползли раньше всех и не собирались уходить пока служащие подъёмников не станут гоняться за нами с палками. Погода, однако, распорядилась по-своему.

Солнце растопило снег до состояния противной каши и удалилось. Во-первых, для того, чтобы ветер смог делать своё холодное дело, а во-вторых, чтобы стало плохо видно кучи снега на большой скорости. И мы ушли раньше. Однако укатались так, что... устали. В номере прилегли буквально на секундочку.

Когда "секундочка" истекла, я решил, что неплохо бы снять линзы и надеть очки. Пошёл к куртке, в кармане которой лежал очечник и увидел, что карман расстёгнут и пуст. Опаньки! Запасных очков нет (и дома тоже), а в линзах весь день у меня получается плохо...

Начал вспоминать, за каким @#@$%ом я расстегнул карман. Вспомнил. В кабинке подъёмника-"яйца", ища на проплывающих крышах стоящих рядом с олимпийской деревней домов фигурку Пиноккио, я случайно выпустил из рук лыжи, которые не преминули треснуть одного из друзей по лбу. Причём не тому, которому бы я не прочь самостоятельно треснуть лыжами по лбу, а тому, у которого на первой неделе катания "чудесным" образом оказалось вывихнуто плечо и левая рука ещё не успела до конца вернуть былую силу...

Именно после этого неприятного события, находясь в рассеянном состоянии, я и расстегнул злополучный карман, чтобы положить туда перчатки. Перчатки туда не влезли - они же горнолыжные - а застегнуть забыл. Потом мы плотненько отобедали в ресторанчики и отправились докатываться. Где-то во время обеда или докатывания пластиковый чёрный очечник и отправился из моего кармана "погулять".

Осознав всё это, я ломанулся в ресторан. Он на горе, но слава богу, всего в метрах 100 у подножия, практически на плоском месте. Пять вечера. Подъёмники закрыты. Ресторан тоже. Вообще они там работают где-то с полудня часов до трёх, потом часов с семи до десяти. Но это нормальные рестораны, а на горе вечером никого не бывает... Походил по веранде, где мы сидели, ничего не нашёл.

Пошёл в отель - спросить, нет ли у них где какого-нибудь "стола находок". Нет, говорят, но можно спросить в центральном прокате лыж. Иду туда, нахожу англоговорящего (я могу связать несколько слов на итальянском, но из фразы "не находили ли вы чёрный очешник с очками?" я знаю только "чёрный" и "очки"), спрашиваю, он кивает и ведёт меня в хранилище. Я не верю своим глазам. Приходим, он достаёт горнолыжные очки и даёт их мне. Нет, говорю, обычные очки, в такой чёрной коробочке... Он пожимает плечами и ведёт меня в другую комнату. Там ещё огромная куча потерянных горнолыжных очков... Увы. Благодарю и ухожу.

В горе бреду по посёлку, попутно заходя в магазины. Купил новые перчатки. Успокаиваю себя, что справлюсь и с линзами, а дома в воскресенье закажу себе новые.

Время к семи. Темнеет. Наудачу возращаюсь к склону. О чудо! В ресторане горит свет. Бросаюсь к нему. Вижу, как вдалеке, между ним и мной, в горы поднимаются люди. Человек двадцать. На лыжах. Это итальянские солдаты. Днём они учились спускаться с горы, а теперь, наверное у них ночное восхождение. Логично. Воевать надо уметь и ночью.

Но я отвлёкся. Добираюсь до ресторана. Свет горит, но внутри никого. Начинаю стучать. Ура, есть люди внутри. Испуганно смотрят сквозь стеклянную дверь на меня. Делаю максимально доброе лицо. Открывают. Частично на английском, частично на итальянском, а в основном - жестами, объясняю, чего хочу. Нет, отвечают, ничего не находили.

Выхожу на улицу и сразу же проваливаюсь по колено в снег. Вылажу и иду в номер. Замёрзший и расстроенный.

Заходит один из друзей, зовёт в магазины. Иду. Рассказываю попутно про очечник. Он начинает на меня ругаться. Говорит, что видел, как он упал на подъёмнике, но поскольку такого у меня никто никогда не видел, никто и не подумал, что это мой. Тем более, что маловероятно уронить такую большую вещь и не заметить. Возвращаемся на гору. Идти метров двести по почти ровному месту и ещё метров сто в гору. Темно. Ратраки, которые укатывают трассы, сделали своё дело и уже ушли. По укатанному можно идти, хотя и скользко, в остальных местах проваливаешься по колено или глубже. Страшно.

Долго ползаем по склону с утлым фонариком из мобильника, ничего не находим и с насквозь мокрыми штанами спускаемся к подъёмнику с мыслью, что кто-нибудь мог найти очки и передать служащим. Свечу фонариком в будку. Там ничего нет. Возвращаемся в номер.

Из гостиницы выезжали в пять утра. В автобусе оказалась девушка, которая тоже поднималась на этом подъёмнике и видела, как очечник выпал. Она подобрала его и пыталась догнать нас, чтобы отдать, но не успела. Взяла его с собой, чтобы отдать рускоязычному гиду. Чудом оказалось, что мы летим с ней в одном самолёте. Вот так.

До сих пор не могу поверить.