Можно было бы снести в центре все новые дома и на пустырях разбить сады. Тех, кто жил в снесенном новострое, пристроить в специальное гетто где-нибудь за кольцевой. Там были бы подземные паркинги, бетонные перекрытия, закрытые лоджии — все, что некоторые ценят больше красоты. Новая градостроительная доктрина могла бы быть чрезвычайно простой: в центре города, например, строить нельзя. Утопический градоначальник мог бы понимать, чему не зазорно появиться в Новой Голландии, кто будет жить в заброшенных особняках в конце Английской набережной, каким образом предоставлять мастерские художникам и как приучить водителей уважать прохожих. Какие фестивали и соревнования стоит проводить зимой, чтобы люди ехали в Петербург не только в белые ночи, и чем помочь «Посланию к человеку» и «Стереолету» — чтобы они стали «Санденсом» и «Сонаром». Но все это прожекты пустые: губернаторами становятся «крепкие хозяйственники», без новостроя невозможно. Зато возможно облегчить жизнь любителям неторопливых застолий (открыв кафе с дастарханами), велосипедистам (поставив возле офиса паркинг для велосипедов), жителям северных районов (запустив паром), несовершеннолетним (установив автоматы по продаже презервативов); несложно придумать что-нибудь для спортсменов, собак, старичков, туристов, мужеложцев, семейных, клерков и шахматистов. Еще проще посадить под своими окнами цветы, покрасить парадную, в одностороннем порядке отказаться от стеклопакетов в пользу деревянных рам и латунных шпингалетов. «Афиша» составляет список вещей, которые могут немедленно сделать Петербург наряднее, дружелюбнее и симпатичнее. Иллюстрации: Маша Краснова-Шабаева.

Музей современного искусства

В самых экзотических странах в такое учреждение можно зайти и вкусить один и тот же евроамериканский стандарт: на входе должна встречать огромная абстрактная картина, потом стоять что-нибудь столь же гигантское из железа. Если в городе нет вообще ничего, но есть хороший музей современного искусства — для современного туриста это уже не потерянный город. Захолустный Бильбао, с филиалом Музея Гуггенхайма превратившийся в ого-го что, — самый известный пример. В Петербурге роль музея современного искусства играет коллекция Петера Людвига, где есть абстракция и что-то из железа имеется, но нет размаха. Надежда — на того же Гуггенхайма и его сотрудничество с Эрмитажем. Благодаря которому когда-нибудьчто-нибудь такое появится непременно: положено.

Детское кафе

О любом городе можно судить по тому, как в нем относятся к детям, сколько в нем детских площадок, аттракционов и игрушечных магазинов. Печально, что главный детский ресторан в Петербурге — это «Макдоналдс». Там справляют дни рождения, туда ведут своих чад 1 сентября. А ведь для того, чтобы кафе стало детским, мало включить в меню жиденький молочный коктейль и увешать все воздушными шариками. Нужно, чтобы все в кафе было продумано — от высоты столиков до музыки. Тогда дети будут считать это кафе своей территорией, которую не нужно ни с кем делить. Как в лондонском парке Корамз Филдз, куда родителей без детей не пускают.

Велосипедные дорожки

Трудно говорить об этом в запруженном машинами городе, но тем не менее: между проезжей частью и тротуаром должны умещаться велодорожки, а при школах, гостиницах и бизнес-центрах — появляться велостоянки. Такова общеевропейская тенденция: от Хельсинки до Милана главными видами городского транспорта становятся велосипед и трамвай. За городом велодорожку пускай ограничивают кусты. Тогда езда на велосипеде перестанет казаться игрой навылет.

Рыбный рынок

Рыбный рынок — непременный атрибут портового города, и совершенно непонятно, почему его нет у нас. Тех двух самолетов, что по понедельникам и четвергам привозят в «Пулково» коробки свежайшей дорады, барабульки, тунца, солнечника, морского языка, креветок, омаров и устриц, на первое время хватило бы. Потом с Ладоги, Чудского и Ильмень-озера подтянулись бы продавцы речной и озерной рыбы утреннего улова. Рядом с ледяными прилавками появились бы небольшие коптильни, а на них судаки, терпухи, сиги и угри. Тут же можно поставить и обеденные столы. Скорей бы!

Городская навигация

Толковая навигация необходима в любом городе. На каждом углу должен стоять указатель — желательно на двух языках, как это сделано, например, в Афинах. Удобно, когда на остановках есть карты района и схемы движения автобусов, а в кассах метро бесплатно выдают схемы общественного транспорта. Отдельный разговор — поездки за город: попробуйте, скажем, добраться до Старой Ладоги без атласа и проводника. Хорошо бы поручить создание новых планов и схем, которыми ежедневно будут пользоваться миллионы людей, дизайнерам, а не студентам «Политеха». Провести тендер, пригласить студии, которые придумывали навигацию для Нью-Йорка, олимпиады в Афинах, амстердамского аэропорта или магазина IKEA.

Музыкальный супермаркет

Конечно, нет на свете ничего лучше небольших независимых магазинов, торгующих чудо-музыкойиз-под расписной полы, — вроде московской «Трансильвании» или нью-йоркского Other Music. Однако подобно тому, как норма нужна для того, чтобы сполна насладиться отклонениями от нее, так и музыкальные супермаркеты, вопреки распространенному мнению, не убивают маленькие лавки, а делают их сильней. Прелести супермаркета — в вольных просторах, в нескончаемых распродажах, в разбегающихся глазах, наконец. Понятно, что на топе плебейский mp3, понятно, что поп-музыка вообще потихоньку загибается, но все же хотелось бы, пока интерес к гитарным и прочим звукам не иссяк вовсе, навестить в центре города огромный музыкальный магазин а-ля HMV, где, согласно пошлой мечте Жванецкого, есть все.

Парки и скверы

Первым делом надо привести в порядок парки: чтобы прыгали белки, плавали утки, играли дети, бегали спортсмены, смотрители убирали с газонов мусор, садовники подстригали траву, люди чинно сидели в кафе, где не орет радио, а ночью светили фонари и медленно проезжали охранники. Скверики в центре застраивать не надо — лучше их тоже почистить, посадить в них цветы и поставить скамейки. Тогда бабушки из соседних домов отлипнут от телевизора, а клерки из ближних контор смогут съесть обеденный бутерброд, сидя на травке без галстуков и ботинок. Пример Лондона доказывает — шум деревьев над головой успокаивает, а кормление белок смягчает нравы.

Клубы для пожилых

Даже в Испании, не самой благополучной стране в Европе, полно клубов, в которых шестидесятилетние Пепе и Кармен могут отплясывать танго, болеро и румбы, а не жаться в парке вокруг баяниста, как это в лучшем случае происходит у нас. Молодые могут устраивать в этих клубах самые модные вечеринки города, что и случается в барселонской «Паломе», — но как показывает пример той же Испании, отсутствие в стране нормальных пенсий — не причина, чтобы старики не могли наслаждаться жизнью. В идеальном городе все должны настаивать на том, чтобы жить быстро, но наотрез отказываться умирать молодыми.

Ландшафтный зоопарк

Принципы предельно ясны даже далеким от «Гринписа» людям. Во-первых, обширная (возможно — загородная) территория с разнообразными ландшафтами, чтобы животные жили в условиях, хоть сколько-нибудь приближенных к естественным, — и на улице, и в павильонах. Во-вторых, никаких решеток. Вместо них — замаскированные кустами рвы, ручьи и речки, или же тонкая проволока, по которой бежит ток небольшого напряжения, или, как максимум, стекло. Обе заповеди придуманы звероторговцем Карлом Гагенбеком больше века назад и воплощены им в гамбургском зоосаде; нынче на них ориентируются в прогрессивных зверинцах всего мира — от Берлина до Сингапура.

В Петербурге не хватает «пати басов» — автобусов, в которых играет живая музыка, ресторанов с лежачими местами, простых магазинов вроде h&m, gap и bodyshop, кинозала с фильмами на языке оригинала, аквапарка, остроумных граффити, кислородного бара, красивого интернет-кафе с «макинтошами», ресторана на телебашне и других высотных развлечений вроде бассейна в застекленном чердачном этаже, зимних садов, тематического парка аттракционов, кинотеатра imax, фестиваля уличных театров, мусорных баков вдоль газонов с пакетиками для собачьего дерьма, ночных служб доставки еды, милиционеров на роликах, публичной библиотеки со свободным доступом и интернетом, как в парижском центре жоржа помпиду, водного такси как вида городского транспорта, открытой театральной площадки, чтобы маленькие театры не мыкались, магазина иностранных книг и журналов, морской набережной, как в других морских городах — с кафе и видом на корабли, автоматов с презервативами в туалетах, дизайнерских гостиниц закрытых детских площадок, куда можно сдать ребенка и забыть о нем часа на три, сложноустроенных подземных или неуродливых надземных парковок, чтобы не биться за каждое место, магазинов симпатичной осенней и зимней одежды вроде l.l.bean или barbour, кулинарных курсов, веселого пешеходного квартала разнообразных кафе, клубов, лавок вроде бастилии, рю муфтар, сен-мишель, сохо, маникюрного бара, уличных автоматов c газировкой, ипподрома с тотализатором — это красиво, старомодно и нерационально, кафе с играми — от домино и до го, мороженицы, в которой простое, вкусное и дешевое русское мороженое подают и в вафельке, и в посудинке на ножке, радио с театром у микрофона, стихами и радионяней, закрытых футбольных полей, которые можно было бы снимать напрокат, ночного парома, который ходил бы в навигацию, «грязного» бара, в котором ставили бы жака бреля, сержа генсбура, леонарда коэна, клумб, а также цветов на уличных фонарях и на подоконниках, магазинов, которые уже не кулинария, но еще не деликатесы — как deli в нью-йорке, cупной с обширным меню, чтобы, когда хочется борща, тебя не упрашивали «попробовать соляночку», открывающихся рано кафе с завтраками — кофе, бутербродами и бубликами-бейгелами, туристических фирм, специализирующихся на необычных путешествиях.

http://spb.afisha.ru/article?name=wishlist